Беглянка для дракона. Приют изгнанных жён

Глава 20

Голос звучит резче, чем я планировала, но ничего не могу с собой поделать. Каждый раз, когда этот дракон появляется на пороге, внутри всё переворачивается. И сегодняшняя встреча с Лореном только подлила масла в огонь.

— Я приехал предупредить, — говорит он спокойно, но в этом спокойствии чувствуется сталь. — Пропала ещё одна женщина. Этой ночью. Её муж успел прислать вестника.

Сердце пропускает удар.

— И поэтому ты решил, что должен лично явиться сюда? — скрещиваю руки на груди. — Не мог прислать вестника?

— Мог, — Астрод делает шаг ближе, и я отступаю, упираясь спиной в перила крыльца. — Но я хотел увидеть тебя. Убедиться, что с тобой всё в порядке.

— Со мной всё в порядке, — отрезаю я. — Как видишь.

Он смотрит на меня долгим взглядом, и даже в сгущающихся сумерках я вижу, как темнеют его глаза.

— Ты плохо выглядишь, Таиша. Под глазами тени, ты осунулась. Сколько ночей ты не спишь?

— Не твоё дело, — огрызаюсь я, но внутри что-то ёкает. Неужели это так заметно? — Я управляющая приюта, у меня много забот.

— И поэтому ты одна по вечерам ездишь? — в его голосе прорезается что-то новое. — И позволяешь каким-то графам себя провожать?

Ах вот оно что. Ревность. Я чувствую, как внутри закипает злость пополам с какой-то непрошенной горькой радостью. Ему не всё равно? Или просто собственник, который не потерпит, чтобы его бывшая невеста кому-то улыбалась?

— Это граф Лорен, мой знакомый ещё по Академии, — говорю холодно. — Мы случайно встретились в городе, и он любезно согласился проводить меня. Потому что темнеет рано, а ехать одной вдоль болота не самое безопасное занятие.

— Любезно, — повторяет Астрод, и в его голосе столько яда, что хоть собирай. — Я заметил, как любезно он тебе руку подавал. И как смотрел. И как улыбался.

— А как он должен смотреть? — вспыхиваю я. — И вообще, какое тебе дело до того, кто и как на меня смотрит? Ты разорвал помолвку, Астрод. Ты сказал, что всё кончено. Так с какой стати ты сейчас стоишь здесь и прожигаешь меня взглядом, будто я тебе что-то должна?

Он молчит. Секунда, другая. Потом тихо произносит:

— Я не могу тебе объяснить, Таиша. Не сейчас.

— А когда? — в голосе предательски дрожит. — Когда очередная женщина пропадёт? Или когда меня саму увезут неизвестно куда? Ты тогда прибежишь объяснять?

— Не смей так говорить, — рычит он, делая ещё шаг. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

— Ты не позволишь? — я смеюсь, но смех выходит горьким. — Ты уже позволил случиться самому главному. Ты разбил мне сердце. Ты отобрал у меня будущее, которое я рисовала себе каждый день. Ты помнишь тот бал? Помнишь, как мы танцевали? Как ты смотрел на меня? Я была самой счастливой девушкой во всём королевстве. А потом ты просто... просто вышвырнул меня из своей жизни. Без объяснений. Без причин.

Голос срывается, но я не позволяю слезам пролиться. Только сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони.

— И теперь ты приходишь с предупреждениями и ревнуешь к каждому, кто на меня смотрит? Знаешь что, Астрод? Иди ты со своей заботой куда подальше.

Он замирает. В сумерках его лицо кажется высеченным из камня.

— Таиша, — тихо говорит он. — Я...

— Что ты? — перебиваю. — Скажешь наконец правду? Объяснишь, почему тогда, на балу, ты перечеркнул всё, что между нами было?

Молчит. Только желваки ходят на скулах.

— Вот именно, — киваю я. — Нечего сказать. Так что забирай свои предупреждения и уезжай. У меня полно дел.

— Тот граф... — начинает он снова.

— Лорен просто знакомый, — отрезаю я. — И даже если бы он был больше чем знакомый, тебя это не касается. Ты сам выбрал свою дорогу. Я выбрала свою. Уяснил?

Астрод смотрит на меня так, будто я ударила его по лицу. Потом медленно кивает.

— Уяснил. Но артефакт всё равно возьми.

Он достаёт из-под плаща небольшой камень на цепочке.

— Если будет опасность — раздави. Я сразу узнаю, где ты, и приду.

— Не нужен мне твой артефакт, — отворачиваюсь.

— Таиша, — он берёт меня за руку, и от этого прикосновения по коже бегут мурашки. Совсем как тогда, на балу. Как в те бесконечно счастливые дни, когда я думала, что впереди у нас целая жизнь. — Пожалуйста. Ради тех женщин, которые здесь живут. Если что-то случится, ты не простишь себе, что не взяла.