Беглянка для дракона. Приют изгнанных жён

Глава 21

Астрод все ещё держит мою руку в своей горячей ладони. И от этого прикосновения по коже бегут предательские мурашки. То самое чувство, что я так отчаянно пыталась забыть все эти дни.

Артефакт остаётся зажатым в моих пальцах, когда Астрод аккуратно убирает свою руку.

– Пожалуйста возьми, – говорит он так, словно приказывает, а не просит. Умело давит на то, что дорого для меня. – Хотя бы ради тех женщин, которые здесь живут. Если что-то с кем-то из них случится, кто будет виноват? А так я смогу помочь тебе.

Смотрю на него с подозрением: когда это его начала волновать судьба изгнанных жён? В сумерках его лицо кажется высеченным из камня – резкие острые скулы, твердая линия губ, прямой нос. И только глаза живые, в них светится решимость, с которой мне не справится.

Ненавижу его этот взгляд. Ненавижу себя за то, что он по-прежнему заставляет моё сердце биться чаще.

– Хорошо, – соглашаюсь я нехотя, хотя внутренне признаю, что он прав. – Я возьму ради них.

Астрод удовлетворенно кивает с таким видом, будто изначально был уверен в таком исходе. Бегло кивает, отступая от меня на шаг, разворачивается и идёт к своему коню, привязанному неподалеку.

Я остаюсь стоять на крыльце, сжимая в руке артефакт. Смотрю, как он садится в седло, как бросает на меня последний взгляд через плечо, тёмный и полный чего-то, что я не могу прочесть в нём, а потом уезжает. Стук копыт за забором быстро затихает, удаляясь

Понимаю, что это глупо, но мне хочется показать язык ему в спину и крикнуть что-нибудь вроде:

“Какой же ты гад! Самоуверенный гадский драконище!”

Но конечно же ничего подобного я и шёпотом даже не произношу. Вместо этого молча захожу в приют, иду по коридорам, радуясь про себя, что никто не попадается навстречу.

Поднимаюсь к себе и сажусь на кровать, не раздеваясь. Только сейчас позволяю себе разжать свою ладонь и начать разглядывать артефакт, тускло поблескивающий на ладони в свете сумерек.

Цепочка тонка и изящная, а сам артефакт представляет собой кристалл тёмно-синего цвета с мелкими серебристыми искрами внутри, которые переливаются, будто живые, танцуют. Похож на те, что используют для экстренной связи аристократы высшего света.

Дорогая вещь. Очень дорогая.

И против воли на меня накатывают воспоминания. Наш первый танец. Его рука на моей талии, другая рука нежно держит мою. Его шёпот: “Ты прекрасна, Таиша!” и блеск глаз, в которых мне виделась любовь.

Первый поцелуй, прогулки при луне и нежные слова, от которых кружилась голова, обещания, что заставляли сердце замирать, а потом с удвоенной силой пускаться вскачь. “Я всегда буду рядом, никогда тебя не брошу”....

А что теперь?

Злость душит за горло. Горячая, горькая, она поднимается из самых глубин души.

– Не нужен мне твой артефакт! – шепчу я в темноту, представляя перед собой лицо Астрода. – Не нужна твоя “забота”! Ты сам! Сам меня бросил. А теперь приезжаешь, думаешь, что имеешь право ревновать к каждому столбу, суёшь какие-то камни!

В злости швыряю артефакт на сундук, стоящий в углу комнаты. Камень глухо ударяется, и судя по звуку, падает куда-то вниз, в щель между сундуком и стеной. Цепочка коротко звенит, затихая.

Вот так! Пусть там и лежит, гниёт там вместе с моей доверчивостью.

Падаю на подушку лицом вниз. Слезы наворачиваются и жгут веки, но я не позволяю им пролиться. Ни слезинки больше из-за этого дракона. Никогда.

***

Просыпаюсь на следующий день разбитой, с тяжелой головой и опухшими веками. Кажется, что всё-таки плакала во сне. За окном серое утро, болото, как всегда, наслало к нашим окнам туман.

Но стоит проверить дрова, сложенные в коридоре, как настроение неминуемо улучшается: все сухие, слава богам.

В столовой уже завтракают, женщины переговариваются вполголоса, но при моём появлении замолкают и смотрят с любопытством.

Жанна, конечно же, не выдерживает первой:

– Леди Таиша, говорят, к вам вчера дракон какой-то приезжал? и что ему было нужно?

– Предупреждал о том, что женщины пропадают в округе, – сухо отвечаю я, присаживаясь за свой стол. – Просил передать вам, чтобы были осторожны.

Хоть я и вру, но видимо очень убедительно. И мои слова сразу завладевают всеобщим вниманием.

– Пропажи? – пересправшивает Кора, будто нерасслышала, – Какие ещё пропажи?

– Женщины исчезают, – говорю я, решив, что они все имеют право знать. – те, кто связан с драконьими родами. Так что без крайней нужды не выходите за территорию, а если пойдете, то только вместе с кем-то.

Лира бледнеет и вжимается в сутл. Вальда, напротив, беззаботно хмыкает:

– Ну, нас вряд ли кто тронет. Мы же тут в приюте уже никто, и не жёны драконов и не свободные женщины.

Мне нечего на это ответить, и я молчу. Лишь Жанна продолжает вслух строить догадки, что за дракон приезжал, почему он не зашел в приют, а быстро уехал и… ищет ли он себе жену.

Устав слушать эту бессмысленную болтовню, я тороплюсь закончить завтрак, чтобы подняться в свою комнату. В голове крутятся мысли о том, что надо решать проблему влажности и сырости радикальнее. Да вот как это сделать ума не приложу.