Беглянка Мэлори Йорт

Глава 6. Кто таится в темноте

Стон боли подсказал, что нас по-прежнему трое. Не берусь утверждать к добру ли это. Просто факт – кровосос уцелел.
– Слабовато бьешь, Реми, – вздохнула, дорисовывая знак подчинения нежити. Без эликсира шанс маленький, но вдруг Темнейший расщедрится именно сегодня? Сто́ит попробовать, на всякий случай!
– Мисс Риорт, не помню, чтобы настолько с вами сближался, – рыкнул маг. Смотрите какой обидчивый. Переживет, наверно. Усмехнулась, стряхивая символ, приправленный колдовскими словами. Вампир у стенки перестал шевелиться. Обнадеживает. Вдруг опять что-то напутала и прибила его с концами.
– Какой же ты зануда, – вздохнула, выбираясь из-за спины мага. – Давай посмотрим в каком состоянии наш покуситель.
Мой уверенный шаг в сторону вампира резко оборвался. Сложно сдвинуться с места, когда тебя хватает за шкирку кто-то повыше и, как выяснилось, посильнее. Так сразу и не скажешь, что в этом тощем тельце столько мощи.
– Куда? Жить надоело? – прошипел маг, продолжая меня удерживать.
– Просто посмотреть, – попыталась вырваться, но куда там! Цепкий, зараза. Не мужчина – воплощенная девичья мечта, как ни крути. Бабуле этот парень однозначно придется по вкусу. И сейчас я имею в виду вовсе не гастрономические изыскания.
– Давай ты вначале контракт расторгнешь. И потом можешь самоубиваться любым известным способом. Слова не скажу! – мне продемонстрировали договор.
– То есть это не от заботы о благополучии невинной девы? – хищный оскал удался особенно хорошо, раз маг немного вздрогнул. Но пальцы не разжал. Такой своего не упустит.
Со стороны поверженного противника вновь раздался стон боли. Выжил, клыкастенький. Значит, все же символ смертоубийственной силой не обладает.
– Главное результат, мисс Риорт.
– Что, цель оправдывает средства? Звучит очень по темному, господин стихийный маг. Разве вас этому учат? Я считала, такие лозунги могут продвигать исключительно ведьмы и колдуны. Да отпусти уже! Не пойду к вампиру, – пообещала, скрестив перед собой пальцы на обеих руках. Женщины семьи Йорт способны выкрутиться из любой ситуации. Помню, бабуля рассказывала, как однажды после шабаша заплутала и вместо того, чтобы лететь в сторону резиденции, завернула в службу инквизиции. Могу представить, как там все впечатлились голой нетрезвой девицей на метле с кокетливым розовым бантом на шее. Бабуля Йорт до сих пор уверена, что чисто технически могла считаться одетой.
Судя по недоверчивому взгляду, маг почти готов был ослабить хватку. Но тут пошевелился вампир.
– Хозяйка, за что? – о, пусть криво, но заклинание сработало.
– За попытку сожрать, – не стала лукавить, игнорируя вопрос, застывший в очаровательных синих глазах. Некогда с садоводом объясняться, потом займется пытками, вытаскивая из меня интересующую информацию.
– Я больше так не буду, – неубедительно пообещал вампир, отлепляясь от пола.
– И меньше тоже, знаю, плавали, – хмыкнула, аккуратно царапнув обломанным маникюром мужскую руку. Почему-то беседа с клыкастеньким бровастенького не успокоила. Наоборот, маг напрягся, задвигая меня за спину. Мой герой!
– Мэл, что происходит?
– Вампир решил перестать быть диким и сделался ручным? – невинный тон получился как по учебнику. Я и ресничками похлопала, но на спине у Ремика глаз обнаружилось – оценить старания агроном не смог.
– Сам по себе? – хмыкнул маг.
– Ну-у, возможно, впечатлился моей красотой, – бабуля обязательно станет гордиться.
– Сомневаюсь…
– Что-о-о? Господин Лайтграу, вы головой при падении ударились? – аж задохнулась от возмущения. Нет, сказать ведьме подобную гадость может только лихой отморозок. Или самоубийца, который не ценит жизнь.
– Тише, мисс Риорт, – вздохнул Ремик, резко выбрасывая вперед руку. Рык гнева сделал мужчину несколько угрожающим. Ах, сколько удивительных сторон скрывается за маской скромного садовода. Вампира снова впечатало в стену. Красиво, что ни говори.
– Хозяйка, давайте я магу кровь пущу, – злобненько прошипел потерпевший. Не сдается, бедолага. Помочь пытается. Хороший символ, рабочий. Запомню на будущее, уверена, что еще не один раз пригодится. С моим-то характером.
– Я тебя сейчас упокою, нежить поганая, – ласково пообещал маг.
– Не тронь Бусика, – тут же бросилась на защиту своего приобретения.
– Меня зовут Нильс, хозяйка, – попытался вякнуть под руку, но маг сжал свои пальцы в кулак и вампир хрипло заскулил.
– Реми, оставь в покое мою зверушку, – узкая сутулая спина при ударе оказалась крепкой, кулаку стало на мгновение больно.
– Мэл, с нежитью заигрывать нельзя. Любой некромант в трех словах объяснит почему!
– Потому что у нее психика слабая? – ковырнула ножкой каменный пол.
– Потому что у тебя шея тонкая, – устало огрызнулся садовод. Пф, что он может знать о прочности шей женщин дома Йорт.
– У Бусика зубы коротки. Не дорос еще, – бросила небрежно. – Все, начальник, отпусти моего вампирчика.
– Мэл, а как ты сумела его подчинить? – подозрительность в интонациях скрыть у Иеремии не вышло. Может, плохо старался?
– Повезло? Я впервые провалилась в настоящее логово. Вот везение новичка и сработало! – вдруг маг не в курсе, что такое только с азартными играми возможно?
Не знаю что подействовало, но маг дрогнул. И вампира освободил. По доброте душевной или в надежде доказать мою неправоту? Не на ту нарвался, что я могу сказать.
– Бусик, иди ко мне.
– Нильс, госпожа, – робко вякнул кровопийца.
– Неважно. Отведи нас на поверхность. Здесь темно и плохо пахнет, – настоящая женщина всегда сумеет настоять на своем. Особенно если она – ведьма. Хотя приходится признать, что не каждая ведьма в итоге оказывается настоящей женщиной. Чаще обычная мстительная склочная змеюка, завидующая каждому мимокрокодилу. Без разницы чему завидовать, главное – иметь столь привлекательную возможность. В одной со мной группе училась парочка таких. У них не было ни дня удовлетворенной спокойной жизни. То грудь не того размера у соседки по комнате, то платье не того фасона. Цвет волос, выражение глаз, привычка излагать мысли, пить чай, дышать. Эти особы буквально из ничего создавали себе повод злобненько полыхнуть взглядом в сторону предполагаемой конкурентки.
Бусик сдался. И никому не интересно, что зовут его иначе. Вампир устало махнул нам рукой, предлагая следовать за ним. Поплелся куда-то в темноту, шаркая и, кажется, прихрамывая. Ну, это уже на совести Ремика. Я бедолагу физически не мучила. Практически милосердие проявила, в отличие от некоторых злобных агрономов. Иеремия тоже прихрамывал. Наверняка при падении помялся сильно. А у меня только коленка чесалась. К ветру, не иначе. Или тогда уши зудят? Не помню. Память натурально девичья стала из-за организованного родственницами стресса.
– Бусик, а почему ты живешь под землей? – кажется, шли мы целую вечность. И молчать так долго оказалось выше данных природой возможностями.
– Нильс, госпожа, – в очередной раз горестно вздохнул вампир. – Я сбежал подальше от тягот войны. Видите ли, бессмысленное кровопролитие никогда не прельщало вашего покорного слугу. А у нас кланы сцепились.
– За территорию? – интерес не был поддельным, наоборот, помню, бабуля рассказывала про кровососов, у них постоянно шли разборки по поводу нарушения границ. Ведь нельзя взять и добровольно отдать свою столовую пришлым. И угощать их на халяву тоже долго не получится. Бабуля в тот раз весьма красочно расписала на примере волков и овец. Мне, кажется, было лет десять, так что впечатлений хватило.
– Да из-за бабы! – натурально взвыл провожатый, выразительно щелкнув клыками.
– Не может быть! Вы же того, не по женщинам, – не сдержала удивления. В стороне негромко усмехнулся Ремик.
– Что-о-о? А по кому же тогда? По мужикам? – вызверился, насколько позволяло заклинание, Бусик.
– Нет. Я не о том! Реми, хватит ржать, прокляну! Бабуля рассказывала, что вы в принципе любовный интерес после превращения теряете, – привычная картина мира рушилась, и, сдается мне, господин Лайтграу получал от краха непередаваемое удовольствие.
– Какого к плешивым оборотням обращения? – с тихим шипением уточнил вампир. Гнусненькое хихиканье Иеремии мгновенно напомнило чуть было не заваленный экзамен. Правда, проклинать нанимателя пока не стала. Потом накажу, когда спасусь от бабули с тетушкой.
– В вампира, – ответила уже на чистом упрямстве.
Бусик взвыл. В темноте, с раскатистым эхом подземной пещеры впечатление сей звук произвел непередаваемое. Но ведьмы не сдаются перед угрозами расправы, а здесь всего лишь вой. Подумаешь, велика важность. Страшно, конечно, но не падать же духом.
– Немедленно прекратить истерику! – как можно тверже распорядилась, используя командные бабулины интонации. – Ишь что удумал, не оборотень ведь!
– Вот же ведьма, – прошелестела темнота голосом Иеремии. Догадался? Или обидеть хотел?
– Рассказывай, что там за сверхженщина, из-за которой разумные лидеры начали войну, – приказала, в уме прибавив Ремику на всякий случай еще один минус, из которых затем измыслю кару. Бусик послушно рассказывал, заранее предупреждая о выбоинах в полу, поворотах, выступах. Мы шли неспешно, проникаясь историей. Реальность значительно отличалась от нарисованной воображением картинки. «Баба», как окрестил ее вампир, в действительности была магом высокого уровня. Судя по тому, как интересовался Реми – в магических кругах особа известная, но ведьмам не интересная. Иначе обязательно знала имя Ярены Мстиславичус. Изначально волшебницу нанял клан Бусика. Для чего именно вампир не сказал. А потом в гости приехал глава соседей. Положил глаз на Ярену, попытался переманить. Мстиславичус оказалась дамой не промах, совершенно не торопясь расторгать старый контракт и заключать новый. Она водила за нос двух глав, успешно раздавая авансы то одному, то другому. Пока, не вильнув хвостиком, вовсе не сбежала в Цитадель. На повышение квалификации стервы, не иначе. Недальновидные вампиры тут же обвинили в исчезновении Ярены друг друга и с радостью принялись за взаимное истребление. Мне никогда не понять такого нелогичного поведения. Бусик же, убедившись, что разум покинул его народ, предпочел схорониться подальше от кровопролития, малодушно сбежав.
– М-да, господин Нильс из славной крепости Аурли, вы бы хоть изредка на поверхность выбирались, – с усмешкой произнес мой наниматель. – Тогда, как минимум, узнали, что кланы Аерек и Нигуа заключили мир еще в прошлом году, после чего Ярена вышла замуж за обоих глав.
Вот теперь я госпожу Мстиславичус прямо зауважала. Это ж насколько надо быть дерзкой, чтобы плюнуть на общественную мораль? Нет, двоемужество вполне законно, только встречается крайне редко. Чаще все наоборот, живет себе городской чмачо, пузо до колен, чего там под сальным холмом сам не ведает, но в кошельке звякаю не редкие золотые, а целые связки. И девки из платьев выскакивать готовы, лишь бы в жены попасть. Гадость, конечно, только каждый в жизни устраивается как может. Ведьмы же в принципе никого не судят. Особенно за брак по расчету, измену по неосторожности или флирт по настроению. Для этого существуют государственные обвинители, завистливые соседки, менее удачливые соперники. Правда, у ведьм разводов не бывает. Исключительно похороны. Потому замуж мы выходим редко.
– Пришли, хозяйка, – Бусик указал в сторону слабо светящегося отверстия. – Вон выход на поверхность.