Беглянка в академии магии, или Не умеешь – не колдуй

Глава 1

За месяц до описываемых в предисловии событий

– Миссис Нориман? – глубокий голос с легкой хрипотцой заставил меня посмотреть на мужчину внимательнее.

Высокая фигура, закутанная в черный плащ, немощной явно не выглядела. Да и голос выдавал своего владельца. Это был мужчина в самом расцвете сил, а не дряхлый старик, для которого я две недели корпела над амулетом.

Вообще, в нашем королевстве изготовление любых магических предметов под строжайшим контролем. Будь то безделушка на счастье или изобретение, влияющее на здоровье и психику. Ведь если в предмет вливается магия, он перестает быть безопасным для обычного человека, который не может разглядеть фон.

Я это знала всегда, потому что с рождения была окружена артефакторами. Сильнейший магический дар передавался в нашей семье из поколения в поколение. Исключительно по мужской линии. Женщины в графском роду тоже без силы не оставались, но она была иной. Мягче, легче, спокойнее. Такая магия не способна была вдохнуть в предмет жизнь, но отлично справлялась с поддержанием уюта в доме. В народе её называли бытовой.

Но и на старуху бывает проруха. Так что ровно восемнадцать лет назад род графа Кроуффорда обзавелся крошечной девочкой, рожденной раньше срока. Мужчины поохали немного, огорченные неутешительными прогнозами лекаря, да и успокоились. А вот моя бабушка, у которой в роду водились дриады, провела древний обряд. Призвала стороннюю силу, прочитала мудреное заклинание, да и выходила младенца.

Наутро в саду не осталось ни одного живого дерева. Даже трава, и та пожухла. Зато новорожденная расти стала не по дням, а по часам. А от ее смышлености отец с дедом вскоре схватились за голову.

В общем, не знаю, кто виноват, но я с раннего детства почувствовала к артефакторике тягу. Да и давалось мне и теория, и практика чрезвычайно легко. Только вот, сила, благодаря бабушкиному вмешательству, у меня была смешанной, и предметы в моих руках не просто наполнялись нужным зарядом, а в прямом смысле оживали.

Прыгающие, словно лягушки, часы, танцующая метла, тарелки, поющие хором – вот лишь малый список сотворенного безобразия. Но благодаря папе, деду и пятерым старшим братьям, не прекращающим меня обучать, с возрастом я смогла разделить магические потоки.

Одно огорчало: диплома артефактора мне не видать, как своих ушей. Ведь на нужный факультет в Академиях девушек не принимают. Была у меня мыслишка подать запрос королю, но дед с бабушкой убедили, что ради одного человека законы переписывать тот не станет.

Я сначала поверила. Но потом поняла: родственники что-то скрывают, зачем-то оберегая меня, словно бесценную статуэтку.

В ход пошли книги и долгие разговоры, в результате которых выяснить правду мне так и не удалось. Устроили, понимаешь, всеобщий заговор, а после того как я спросила об этом в лоб, заставили скрывать не только способности, но и полученные навыки.

Конечно же, я состряпала революцию, оживляя все, что попадалось мне под руку. По дому и саду носились часы, сахарницы и папины амулеты на длинных паучьих ногах, шокируя вышколенных слуг и менее вышколенных разносчиков почты.

Я хотела показать свое недовольство и отвоевать место в магическом мире, а в итоге схлопотала запрет на обучение в Академии, включая даже бытовой факультет.

У меня было все, что нужно молодой леди, но денег, полученных на шляпки и ленточки, мне отчаянно не хватало на закупку ингредиентов для тайных опытов. Вот и взялась я подрабатывать. Купила у спившегося артефактора диплом на имя Эцу Норимана, дала объявление в газете, и теперь, представляясь миссис Нориман, выступала «посредником» магических сделок.

Амулеты у меня выходили качественные, изготовленные по всем канонам мастеров-артефакторов. Захочешь – не прокопаешься. Так что я безнаказанно промышляла уже пятый месяц и останавливаться на достигнутом не собиралась.

Дело вышло чрезвычайно прибыльным, и денег теперь хватало не только на опыты, но и на содержание маленькой мастерской. Благо родственники были уверены, что я каждый день с девяти утра до обеда нахожусь на курсах манер для благородных девиц. Отличная отговорка, которая в скором времени грозила перерасти в авантюру с пансионатом.

Так всем и скажу: «Что мне вообще дома делать? Тухнуть в окружении повернутых на артефактах мужчин? А так – пансионат, манеры, общество благородных леди…». Бабуля первая даст мне карт-бланш.

Сегодняшний заказ мне изначально не понравился. Сложный настолько, что сведения пришлось добывать, вдоль и поперек облазив тайную секцию графской библиотеки. А уж как я настрадалась в процессе изготовления…

Дело в том, что амулеты, влияющие на здоровье, продавать запрещено. Их делают только в лабораториях, прикрепленных к больницам и целительским кабинетам. Ведется строгий учет, тщательно изучается влияние на организм, и только при положительной динамике, амулет выдается пациенту для длительного ношения.

И я бы ни за что за такое не взялась – здоровье не то, с чем играют. Но вперед вылезло мое неуемное любопытство и желание доказать, что я такое тоже смогу. Ну и, конечно, невероятный гонорар, который посулил старческий дребезжащий голос в магической записке, переданной мне разносчиком.

Амулет я делала, отложив остальные заказы. Две недели корпела, без преувеличения прыгнув выше своей головы, но нужного эффекта добилась только после объединения моих сил.