Беглянка в академии магии, или Не умеешь – не колдуй

Глава 14

Танрика оказалась совсем непроста, хотя отторжения эта её въедливость не вызывала. Удивительно, но девушка, которая сейчас открыто тыкала меня носом во вранье, продолжала мне нравиться. Наверное, потому что не обвиняла, а просто хотела разобраться в происходящем.

– И я не такая. Очень рада, что тебе удалось это рассмотреть. Моя мать – леди. Дочь барона, которая приехав однажды на острова по уши влюбилась в обыкновенного торгаша. Они сбежали, поженились тайно, за что отец сразу лишил её приданого и возможности зваться леди. Но у моей мамы была магия, а у отца – неуёмная жажда вырваться в люди. Он очень хотел, чтобы его любимая имела возможность жить, как привыкла, ни в чем себе не отказывая. Мама делала зелья, а папа их продавал. Так и разжились, а чтобы налоги повышенные в казну не платить, прикрывают продажу зелий обычной торговлей. В наших лавках можно найти сувениры, дешевые украшения из добытого рыбаками жемчуга, безделушки, на которые очень падки заморские путешественники. Мама лично занималась интерьером и создала удивительную атмосферу. Там сочетается аристократический аскетизм и изобилие островных красок, роскошь отделки и простые занавески из хлопка. Я из того же теста. Помесь. Дитя двух культур. Только если в наших лавках все это смотрится гармонично, во мне уживаться не желает. Я ненавижу уроки манер и признаю за столом только три столовых прибора, хотя в моих предках куча благородных леди. Зато уважаю четкую иерархию и не приемлю, когда тыкают старшим, поэтому с радостью ухватилась за возможность уехать на континент.

Вот это поворот. Есть, оказывается, на свете еще такая любовь, когда леди бросают всё, уезжают в дальние дали и счастливо живут там всю оставшуюся жизнь. Может, и мне вместо академии стоило на острова податься? Там солнце, море, фрукты тропические круглый год. А еще – возможность заниматься любимым делом без оглядки на полицию и старших родственников.

– Так как, говоришь, твой отец торгует зельями? Из-под прилавка?

Танрика рассмеялась. Громко и очень заразительно. Так, что становилось понятно – мы с ней прицепились друг к другу неспроста. Это судьба, и упускать такой шанс было бы преступлением.

– Если хочешь, я приглашу тебя к себе на зимних каникулах. У нас круглый год лето, хотя бы погреемся, – она подмигнула, коварно руша мне планы сбежать из академии до наступления холодов.

– Это было бы лучшим приключением в моей жизни! – чистейшая правда, я даже не приукрасила. – Так что там с продажей алкоголя на рынке? Я не понимаю, где прокололась.

Танрике нравилась моя речь с примесью специфической лексики. Держу пари, она тщательно запоминала новые для себя словечки и при возможности сразу их ввернет. Будет потом пугать островитян на каникулах.

– Для того, чтобы купить выпивку, нужно сначала подтвердить возраст. Но документы принято хранить дома. Они выдаются при рождении, и замене не подлежат. Люди боятся повсюду таскать их с собой, ведь может произойти что угодно – кража, потеря, порча. Поэтому два года назад на континенте и островах был принят закон о маркировке. На все бутылки вина и более крепкого алкоголя перед продажей должен быть нанесен специальный знак. Сначала его рисовал обученный маг, но это оказалось слишком затратным. Сейчас на бутылки клеят марку, в которую вложен короткий магический заряд, и если её коснется несовершеннолетний, золотой символ потемнеет. Все об этом знают, даже сопливые дети, которые обожают развлекаться, прикасаясь к вязи на марке. А если не знают, значит, никогда не разливали вино самостоятельно. У аристократов принято, чтобы их обслуживали слуги.

Логика в её словах определенно была, и цепочку Танрика выстроила совершенно правильно. В богатых домах действительно не принято разливать вино самостоятельно, этим занимается прислуга. Но о маркировке я не знала по другой причине. Два года назад законами особо не интересовалась, а потом это уже считалось чем-то обыденным и не обсуждалось так рьяно. Да и вино с сидром у нас было исключительно бочковое, из собранного в поместьях урожая.

– Так от кого ты бежишь, Ида Крамарис? Отчаянно стараясь скрыть, что являешься леди?

– От жениха, – выдала, не задумываясь. А почему бы и нет, собственно. В нашей среде очень любят договорные браки, и в суженые мне семья могла выбрать брюхатого пожилого лорда. Шикарная отговорка, я считаю. На все случаи жизни.