Беглянка в академии магии, или Не умеешь – не колдуй

Глава 21

– Веди, давай к лазу, и рассказывать не забывай.

Если проблема только в колючках, это мы быстро решим. Ведь если за мной всякие кустики по пятам ходят, значит, и передвинуться им не проблема. Главное, попросить. Дриада я, или кто!

– Идем мы такие, значит…

– Сколько вас было? – некрасиво перебивать, но Фредди начал слишком издалека, так до главного можем вообще не добраться.

– Пятеро. Артур, как всегда, истерил, Лайонел закидывал идеями, Броули был мрачнее тучи, а Норт предложил вернуться в город.

Кучу имен я даже не пыталась запомнить, но Норт прямо в душу запал. Поразил меня наповал своей адекватностью. Жалко будет, если его успел кто-нибудь слопать.

– И почему не вернулись? – было у меня одно подозрение, для которого Фредди казался слишком спокойным. Ведь если на вас нападет стая волков, нужно носиться по лесу с криками о помощи, а не спокойно предаваться воспоминаниям.

– Заблудились мы. Вроде и шли прямо, никуда не сворачивая, а потом раз – темнота, духота и потеря координации.

У-у-у, это они в ловушку попались. И подстроил её не лес. Он бы тогда сидел помалкивал, а не звал дриаду, чтобы добычу у эгро изо рта вынуть. Нет, тут кто-то другой орудовал, и пятеро парней пострадали случайно.

Я отчетливо помнила, как жаловалась трава на негодяев, которые разожгли костер, а кустарник хвастливо высказывался о том, что подцепил чьи-то штаны. Не будет лес устраивать пакости мимо проходящему человеку, а вот тому, кто нарушил его покой – попытается отомстить. Пусть и вот так, мелочно порвав дорогие штаны. А еще я помнила о темном человеке, про которого шептал лес вчера.

– Я в себя раньше всех пришел. Запах гари стоял, аж глаза слезились. Своих растолкал по-быстрому, и хотели валить, но тут заиграла музыка.

– Музыка? – мой скепсис можно было ножом резать. Парни явно угодили на запрещенный ритуал, который окружили плотной охранной завесой. Поэтому и чувство дезориентации было, и отключились они почти сразу. Но музыку в ритуалах уже много лет не используют, слишком сложно вливать магию с постоянно меняющуюся мелодию. Вот слова – дело другое. А уж если еще и кровь подключить, то нужный результат почти гарантирован.

– Ага. Сначала в бубны стучали, потом колокольчики в ход пошли, а под конец запели. Тонко так, жалобно, нас всех проняло.

У меня нехорошо кольнуло под сердцем. Я – не книжная мышь, но в силу того, что желаемые знания родственники разглашали неохотно, читать приходилось много. Интересны мне были книги по артефакторике, но и в них, бывало, ритуалы проскальзывали. Особенно в тех, что хранились в тайной секции графской библиотеки. И слова про тонкую заунывную песню всколыхнули в моей голове воспоминания. Очень смутные, но донельзя тревожные.

Покопавшись в непроходимых лабиринтах своей памяти, я даже смогла воспроизвести обложку – темно-серую с потрепанными уголками. Книга совершенно точно была тяжелой и пахла пылью, выдавая то, как редко ей пользовалось нынешнее поколение.

– Мы отползать начали, а Артур на эмоциях вперед пошел. Песня смолкла, и стену из дыма прорезала вспышка магии.

Артур вперед пошел не на эмоциях, а поддавшись ритуальной песне. Стыдно такого не знать, несколько лет проучившись в Академии. Им надо было удирать еще при первых звуках бубна, понятно же, что ночью в лесу не симфонический оркестр репетирует. Но любопытство мало кому позволяло остаться в стороне.

– Мы, конечно, бежать бросились. Хотели к воротам Академии, но тролли знают, в какой они стороне. Я отстал, споткнувшись, а когда поднял голову, вокруг уже стояли люди в хламидах. На головах капюшоны, в руках горящие факелы, я больше них только тебя испугался.

– Угу. Почему, кстати? Где я, и где кикимора, логики ноль.

– Ты себя видела вообще? Волосы развеваются, глаза зеленым горят, ночнуха эта, как саван, а сзади магия чернильным шлейфом стелется. Это я тебя еще рассмотрел не сразу, а то бы корягой огрел, покалечить мог. Как вспомню, так вздрогну, – он действительно вздрогнул, и я машинально провела рукой по волосам.

Ой-ей! На моей голове была самая натуральная мочалка. Причем настолько спутанная, что мне теперь только бытовая магия и поможет, расческой это безобразие не пронять. Не учла я, что от тесного контакта с лесом вид буду иметь соответствующий.

– Да? Так это я от испуга магию применила, когда тебя из пасти реликта вытаскивала. А глаза у всех целителей в темноте светятся. Не знал? – про целителей несла откровенную чушь, и Фредди похоже, об этом догадывался. Он снова смотрел на меня подозрительно и нужно было поскорее свернуть со скользкой дорожки. – Так, значит, друзья тебя в беде бросили? Разбежались, словно зайцы по лесу, оставляя отпрыска благородной фамилии на растерзание диким зверям и не менее диким людям.

– Так они, может, и сами не поняли, что я отстал, а когда искать начали, меня уже «капюшоны» утащили.

– Успокаивай себя, ага…

Сказала и пошла вперед, благо ворота уже видны были. Пусть Фредди подумает о своей чуть не загубленной жизни и горе-друзьях, бросивших его в самом пекле. Причем это даже не образно. Там пекло и было, судя по запаху гари и сетованиям самого ласа.