Бегство не отступление, или не дождетесь не вернусь!

Глава 13

— Итак, — Лянь откашлялся, и в зале повисла та особенная тишина, какая бывает только перед экзаменами. Густая, вязкая, пропитанная запахом старой бумаги и чужого пота. — Первый вопрос...

Я внутренне подобралась. Месяц подготовки. Восемь дисциплин. Тонны учебников, конспектов и зубрёжки по ночам, пока Глюк ныл о булочках. Всё ради этого момента.

— Назовите три ключевых принципа стабилизации пространственного артефакта и объясните, почему четвёртый принцип, открытый мастером Сяо Фэнем, считается спорным.

Я мысленно выдохнула. Хороший вопрос. Сложный, но хороший. Лин знала ответ. И я, благодаря её памяти, тоже.

— Первый принцип — якорение, — начала я спокойно, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но не самоуверенно. — Артефакт должен быть привязан к физическому объекту или точке в пространстве. Без якоря перемещение становится хаотичным. Второй — стабилизация потока ци. Пространственная магия крайне чувствительна к колебаниям энергии, поэтому необходима многослойная фильтрация. Третий — компенсация массы. При перемещении объекта артефакт должен уравновесить энергетический обмен, иначе перемещаемый предмет может... э-э-э... размазаться по реальности.

Преподаватели зашептались. Лянь одобрительно кивнул. Один из незнакомых мне экзаменаторов — сухонький старичок с козлиной бородкой — прищурился.

— А четвёртый принцип? — спросил он скрипучим голосом. — Тот самый, Сяо Фэня.

Я перевела дыхание. Вот оно. Самый сложный момент.

— Мастер Сяо Фэнь предположил, что для идеальной стабилизации необходим четвёртый компонент — эмоциональный резонанс. Якобы артефакт должен быть настроен на эмоциональное состояние владельца. Однако этот принцип считается спорным по трём причинам. Во-первых, эмоции нестабильны по определению. Привязывать к ним пространственную магию — всё равно что строить дом на зыбучих песках. Во-вторых, мастер Сяо Фэнь проводил исследования только на себе, и его последователи не смогли воспроизвести результаты. В-третьих...

Я на секунду запнулась. В голове что-то шевельнулось. Что-то тёплое, похожее на... одобрение? М-м-м, ладно разберусь потом.

— В-третьих, — продолжила я вслух, — современные исследования показывают, что эмоциональный резонанс действительно влияет на работу артефактов, но не как стабилизирующий фактор, а как катализатор. То есть он ускоряет активацию, но не делает перемещение безопаснее. Поэтому четвёртый принцип не отвергнут полностью, но и не принят как обязательный.

В зале повисла тишина. Козлинобородый старичок пожевал губами, покивал каким-то своим мыслям и что-то черкнул в свитке.

— Хорошо, — произнёс Лянь с явным удовольствием. — Очень хорошо. Следующий вопрос...

***

Экзамен длился почти два часа. Теория, практика, снова теория, потом опять практика — на этот раз с демонстрацией. Меня гоняли по всем восьми дисциплинам, и к концу я чувствовала себя выжатой, как лимон после чаепития у особо экономной хозяйки.

Но я справлялась.

Где-то на середине экзамена, когда я создавала миниатюрный защитный барьер (третья попытка, первые две пошли наперекосяк из-за того, что Глюк некстати прокомментировал форму моего плетения), я снова почувствовала ЕЁ.

Лин.

На этот раз это было не просто тепло. Это было... чувство. Сложное, многослойное, как хороший десерт.

Гордость. Да, определённо гордость — за то, что я не опозорила её имя.

Грусть. Лёгкая, почти невесомая — по академии, по преподавателям, по тому, что она сама так и не закончила обучение. Точнее, закончила бы, если бы не умерла.

И... надежда? Странная, робкая надежда на то, что я — вот эта чужая женщина, занявшая её тело — смогу прожить ту жизнь, которую у неё отняли.

«Она правда так думает?» — спросила я у Глюка, одновременно отвечая на какой-то вопрос про классификацию редких артефактов.

«Похоже на то, — отозвался он. — Она... приняла тебя. Не сразу, но приняла. Ты ведь не просто захватчица. Ты даёшь ей второй шанс. Ну, или нам всем второй шанс. Я пока не разобрался в философских тонкостях».

«Ты и философия — две вещи несовместные».

«Я — магическая сущность с высокими энергозатратами. Мне философия не нужна, мне булочки нужны».

Я едва сдержала улыбку. Вовремя — как раз задали вопрос про этику использования артефактов в военных целях. Не до смеха.

***

— Достаточно, — произнёс наконец Лянь, и я чуть не рухнула на стол от облегчения. — Комиссия удалится для совещания. Ждите здесь, госпожа Мейлин.

Преподаватели вышли. Я осталась одна в огромном зале.

«Ну что? — подал голос Глюк. — Как ощущения?»

«Как будто меня пропустили через мясорубку, а потом собрали обратно, но перепутали некоторые детали».

«Звучит как обычный экзамен. Помню, когда я был... э-э-э... неважно. В общем, ты молодец. Серьёзно. Лин тобой гордится, я тобой горжусь. Даже тот вредный старикашка с бородкой, кажется, впечатлён».

«С чего ты взял?»

«Он перестал хмуриться после твоего ответа про четвёртый принцип. А до этого хмурился так, что у него брови чуть не падали в бороду».

Я тихо фыркнула.

Дверь открылась. Комиссия вернулась — все пятеро, с непроницаемыми лицами. Лянь вышел вперёд и торжественно откашлялся.

— Госпожа Мейлин Аристон-Аоки. Комиссия рассмотрела ваши ответы и практические демонстрации. Мы единогласно признаём, что вы достойны звания выпускницы академии Сунъян.

Я выдохнула. Кажется, впервые за два часа.

— Вам вручается сей свиток, подтверждающий вашу квалификацию, — Лянь протянул мне плотный, пахнущий свежими чернилами свиток с печатью академии. — А также серебряная табличка выпускника. Она даёт право на ношение знака академии и доступ в библиотеку в любое время.

Я приняла табличку — небольшую, с гравировкой в виде дракона и моим именем. Тяжёленькая. Приятная.

— Поздравляю, — Лянь улыбнулся. — Вы свободны. Диплом будет вручён на общей церемонии через три месяца, но юридически вы уже являетесь выпускницей.