Бегство не отступление, или не дождетесь не вернусь!

Глава 14

До главного зала я добиралась кружным путём. Во-первых, не хотелось случайно снова наткнуться на Лю Инин — одной пикировки на сегодня вполне достаточно. Во-вторых, нужно было привести мысли в порядок и нацепить на лицо правильное выражение. Почтительная дочь. Любящая сестра. Никакого блеска в глазах, никакого торжества от сданного экзамена. Я — всего лишь скромная тень за спинами великих мужчин клана Аристон.

«Ага, — хмыкнул Глюк. — Скромная тень с серебряной табличкой в кармане и дипломом, о котором никто не знает. Прям-таки святая простота».

— Тишина в эфире.

«Понял, молчу. Но мысленно — хихикаю».

Главный зал гудел, как улей. Абитуриенты, их семьи, преподаватели, какие-то распорядители с озабоченными лицами — все смешались в одну пёструю, шумную массу. Я встала у колонны, высматривая в толпе знакомые лица.

Первым обнаружился Маркус. Он стоял у дальней стены — выпрямленный, напряжённый, с каменным выражением лица. Но взгляд... Взгляд у него был совершенно не каменный. Он смотрел на Сверчка.

Линь Сяочань щебетала с какими-то девушками — видимо, тоже абитуриентками — и совершенно не замечала, что за ней наблюдают. Её косички подпрыгивали при каждом движении, руки порхали, как две взволнованные птички, а звонкий голос разносился по всему залу.

— Ой, а вы тоже на факультет артефакторики? Ой, как здорово! Мы будем учиться вместе! А вы видели ректора? Он такой важный! А правда, что в академии есть призрак? Я слышала, в восточном крыле кто-то ходит по ночам и вздыхает!

Девушки переглянулись с лёгким недоумением, но Сверчок этого, кажется, даже не заметила. Она вообще многого не замечала — того, что её голос слышно на ползала, что некоторые аристократы морщатся от такого шума, что Маркус пялится на неё, как кот на особо аппетитную канарейку.

«Охотник, — прокомментировал Глюк. — Следит за добычей. Ещё не бросается, но уже прицеливается. Интересно, он сам понимает, что его так тянет?»

— Молча, говорю.

«Молчу-молчу. Просто наблюдать забавно. У него лицо, как у человека, который впервые увидел что-то по-настоящему интересное и не знает, что с этим делать».

Я перевела взгляд и нашла отца. Он стоял в окружении других глав кланов — величественный, холодный, с идеальной осанкой. Время от времени кивал, что-то отвечал, но взгляд его блуждал по залу. Искал кого-то.

Меня.

Как только наши взгляды встретились, отец коротко кивнул — мол, подойди. Я вздохнула и двинулась к нему, попутно нацепляя на лицо самую кроткую улыбку из своего арсенала.

— Отец.

— Где ты была? — процедил он, не разжимая губ. Со стороны казалось, что он просто приветствует дочь. Но я-то слышала ледяные нотки. — Ты отсутствовала почти час. Я посылал за тобой слугу, но ты как сквозь землю провалилась.

— Мне стало нехорошо, — я изобразила лёгкую бледность. — Пришлось прилечь в комнате для отдыха. Прошу прощения, отец.

Он прищурился, сканируя меня взглядом. Врал ли он? Подозревал ли? Сложно сказать. Отец вообще был мастером непроницаемых лиц.

— В следующий раз предупреждай, — отрезал он. — Твоё отсутствие было замечено. Глава клана Лю спрашивал о тебе.

Я внутренне напряглась. Лю. Клан боевых магов. Тот самый, из которого Лю Инин.

— О? — я изобразила вежливое удивление. — И что же хотел глава клана Лю?

— Спросил, не планируешь ли ты продолжить обучение. Видимо, его дочь что-то слышала о твоих успехах.

Так. Интересно. Очень интересно. Значит, Лю Инин уже доложила папочке, что видела меня в восточном крыле. И папочка, вместо того чтобы промолчать, решил прощупать почву через моего отца.

«Плетёт сети, — хмыкнул Глюк. — Аккуратненько так, по-аристократически. Уважаю».

— Без тебя разберусь.

— И что вы ответили? — спросила я вслух.

— Что моя дочь уже получила все необходимые знания и сейчас сосредоточена на семейных делах, — отец посмотрел на меня с нажимом. — Надеюсь, это правда, Мейлин.

— Конечно, отец.

Он ещё секунду сверлил меня взглядом, потом кивнул:

— Маркус поступил. С отличием. Я горжусь им.

Я перевела взгляд на брата. Тот всё ещё следил за Сверчком, даже не заметив, что мы с отцом на него смотрим.

— Я тоже им горжусь, — сказала я искренне. Ну, почти искренне. В конце концов, он действительно поступил. Сам. Без моей помощи. Для него это достижение.

Отец хмыкнул, явно не поверив в мою искренность, но ничего не сказал.

— Мы возвращаемся в поместье. Праздничный ужин через два часа. Приведи себя в порядок, ты выглядишь уставшей.

— Да, отец.

Я поклонилась и направилась к выходу, мысленно уже прикидывая, как бы половчее слинять с этого ужина.

***

Повозка тряслась на ухабах. Отец сидел напротив с каменным лицом, Маркус смотрел в окно, но взгляд у него был расфокусированный — явно всё ещё мыслями там, в академии, рядом со Сверчком. Я прикрыла глаза и делала вид, что дремлю.

«Кстати, — подал голос Глюк. — Ты заметила? Маркус ни разу не упомянул при отце эту... Сяочань. Хотя явно ею очарован. Интересно, почему?»

— Зайка, ротик прикрой.

«Я серьёзно. Он её прячет. Как драгоценность. Не хочет, чтобы отец узнал. А это значит...»

Я приоткрыла один глаз и посмотрела на Маркуса. Он сидел, сжав челюсти, и явно о чём-то напряжённо думал.

«...что он понимает: отец не одобрит, — закончил Глюк за меня. — Девушка из обеспеченной семьи, но не аристократка. Без громкого имени, без связей. Не пара для наследника клана Аристон».

И тут я вспомнила. Сюжет. В оригинале Маркус долго скрывал свою связь с ГГ от семьи. Именно это стало одной из причин конфликта — отец узнал, разозлился, попытался разлучить их... Ну а дальше пошла классическая дорама: страдания, побеги, клятвы в вечной любви.

«Ох, — вздохнул Глюк. — Чувствую, нас ждёт много весёлых вечеров. С криками, битьём посуды и трагическими монологами».

— Я тебя из головы выселю. С вещами. На улицу.

«Не выселишь. Я тебе ещё пригожусь. Особенно когда начнётся веселье».