Бегущая во тьму

II

– Имя?
– Ненси Монтгомери.
– А твоё, девочка?
– Элизабет Монтгомери.

Мы стояли с мамой в сыром и затхлом зале. Мама ни на секунду не выпускала моей руки и все время велела держаться рядом с ней.

Все помещение было заполнено людьми, охраной и работниками, которые сидели за столами и собирали личные данные людей.

– Монтгомери..., – задумчиво произнёс мужчина, который заполнял нашу с мамой анкету. – А не ваш ли это родственник в карцер захлопотал? – еле слышно спросил работник.

– Да! Это Колин! Где он? Что с ним? – Я бросилась на стол к мужчине с расспросами. От моего поведения он слегка опешил, а потом жестом указал мне вернуться на место.

– Не переживайте, – равнодушно произнёс он, возвращаясь к заполнению анкеты. – Все с ним будет нормально. Посидит недельку в карцере, ума наберется и прыть свою успокоит.

Мы с мамой тяжело вздохнули.

По крайней мере, мой брат жив. Все остальное мы переживём.

– На улице вас ждёт фургон. – Мужчина оторвался от заполнения бумаг и передал маме какой-то листик. – Ступайте, вас отвезут домой. В ваш новый дом, в смысле, – добавил он, увидев удивление на наших лицах.

Когда я открыла глаза, то совершенно не имела ни малейшего представления, где я сейчас нахожусь, сколько проспала и как отсюда выбраться?

Моё тело все ещё болезненно реагировало на любые движения и прикосновения с окружающими предметами.

Аккуратно приподняв голову, я изучила комнату – она совсем малюсенькая, кроме кровати здесь больше нет другой мебели. Сквозь решетку маленького окна под потолком пробивался яркий солнечный свет. На бетонном полу стоял поднос с водой и бутербродом с какой-то непривлекательной замазкой.

С опаской посмотрела на стакан, жажда была невыносимой, я мигом осушила емкость и с грохотом поставила стакан на металлический поднос.

Не успела я встать с кровати, как за дверью послышалось какое-то шуршание. Затем раздался звук открывающегося замка, и в комнату вошла молоденькая девушка.

Мы некоторое время внимательно рассматривали друг друга в полной тишине.

Девушка одета в черные штаны с широкими карманами по бокам и серую футболку, которая, несмотря на свою унылость, достаточно эффектно обтягивала пышную грудь. У неё достаточно яркая внешность – большие тёмные глаза, широкие брови и нос с небольшой горбинкой. Длинные тёмные волосы собраны в тугой хвост на затылке.

– Привет! Ты, наконец-то, проснулась. – Она первой нарушила тишину. Девушка старалась быть любезной, и с её лица не исчезала улыбка.

Я подозрительно смотрела на неё, отлично понимая, что ей доверять не стоит. Она одна из тех, кто подчинился системе и теперь является её частью.

После недолгого молчания девушка снова заговорила:

– Как твоя рука? Болит?

Рука? О чем это она?

В недоумении я взглянула сначала на левую руку, затем на правую и увидела, что моё запястье перебинтовано.

Как я раньше не заметила?

Резким движением я попыталась снять повязку, но тугой бинт не поддавался.

– Эй, тише-тише, ты же сделаешь себе больно! – Девушка вытянула перед собой руки и сделала несколько шагов в мою сторону.

Её действия молниеносно привели меня в полную боевую готовность.

Я подскочила на ноги и, несмотря на головокружение, спрыгнула с кровати и отошла на более безопасное расстояние.

– Держись подальше, – предостерегла ее, всем видом показывая свою решительность. 

Девушка явно удивилась столь агрессивной реакции и, решив не нагнетать ситуацию, отступила назад.

Убедившись, что снова в какой-никакой безопасности, я принялась снимать повязку. От соприкосновений с внутренней поверхностью запястья кожа начинала жечь, но мне не привыкать терпеть боль.

Спустя несколько минут мне все же удалось разорвать бинт и освободить руку.

От увиденного у меня перехватило дыхание. На внутренней части запястья выжжена цифра 7. Кожа ещё была красная и в кровоподтёках. Похоже, это сделали, пока я была в глубоком сне.

Ещё раз взглянув на цифру, я перевела взгляд на девушку, которая все это время пристально за мной наблюдала.

– Что это? – еле выдавила из себя я.

Девушка поставила на пол пакет, который все это время держала в руках, затем закатила рукав своей кофты и показала своё запястье.

На нем отчётливо видно выжженную цифру 11, правда у девушки, похоже, она уже давно на руке. Так как раны нет, и надпись превратилась в белесый шрам.

– Теперь ты одна из нас, – спокойным тоном произнесла она.

– О чем ты говоришь?!

– Ты теперь работник этого дома. У всех работников есть метки, и у тебя теперь тоже. – Она жестом указала на ноющий шрам на моей руке.

Я смотрела на неё обезумевшими от всего услышанного глазами.

– Где я нахожусь вообще?

– В доме Хозяина. – Девушку немного удивил мой вопрос.

– Это здесь же меня избивали?

Моя собеседница сглотнула и лишь кивнула в ответ.

Значит меня никуда не увозили и, возможно, моего брата – тоже.

Внутри меня зародилась надежда, что Колин находится в этом доме.

– Мой брат где?

– Этого я не знаю. – Девушка ответила настолько быстро, что я сразу поверила ей.

Мне нужно придумать план действий. Мой брат у них, и я должна найти его.

– Вот здесь чистая одежда. – Девушка швырнула пакет на кровать, продолжая стоять на месте. – Переоденься!

Я взглянула на свою одежду – она грязная. На майке отчётливо виднелись темно-коричневые пятна крови и большая дыра сбоку.