Белая крепость
глава 16
Локхайм лежал на охапках старой соломы и смотрел в потолок. Лоб несчастно опаляло болью от выжженной на нём печати Саламана, а вот суставы больше не болели: даже до темницы доносились завывания непогоды.
Сторожевой сидел незнакомый. Наслушавшись от Тамера при смене о суде, он лишь покачал головой, а затем уселся за стол и время от времени цедил из своей фляжки что-то тёплое и, судя по запаху, немного спиртное. В сторону Локхайма он предпочитал не смотреть: скорее всего, опасался сглаза или чего-то подобного. Знахаря подобная тишина вполне устраивала. Он продолжал лежать, медленно накручивая на палец нитку, торчащую из рукава.
В какой-то момент нитка кончилась, обнажив зазор между слоями ткани. Локхайм аккуратно вытащил оттуда короткую и тонкую красную веточку, посмотрел на сторожевого (тот смотрел в стену, полностью погружённый в свои мысли), медленно и неожиданно бесшумно встал и протянул руку сквозь металлические прутья к светцу. Веточка затлела от огня лучины и пустила сизый дымок. Локхайм снова улёгся, уставившись в потолок, словно и вставал. Веточку он держал так, чтобы и она не затухла, и никто не смог заметить её, если посмотрит в камеру.
Дотлев, веточка рассыпалась серебристым пеплом. Сторожевой крепко спал, уронив голову на стол, и сопел. Локхайм встал и раскрыл ещё один шов на рукаве, достав на этот раз кусок толстоватой короткой проволоки, и принялся за замок. Вскоре тот открылся. Знахарь придержал его, не давая упасть на пол, приоткрыл тихо скрипнувшую дверь и выскользнул из камеры.
Свою суму он нашёл у стола сторожевого (до смерти хозяина её решили не забирать, опасаясь возможной мести призрака или проклятия). Повесил её через плечо, достал серебряную иглу и уколол себе палец. Выступившей кровью знахарь провёл линию на своём лбу, перечёркивая тавро на лбу. Боль тут же ослабла.
Вздохнув с облегчением, Локхайм поднялся по небольшой лестнице и открыл дверь темницы.
***
Дым от ветки сонника проник также и в коридор, усыпив оставленного на ночное бдение служку. Однако дальше следовало идти осторожней. Измазав лицо углями от лучин, Локхайм выбрался во двор дома Порядка. Ветер гнал по небу тяжёлые чёрные тучи, от которых ночь была темнее обычного, ветер гнул и ломал ветки плодовых деревьев. Со стороны моря доносились раскаты грома. Сверкнула молния, на секунду озарив окрестности. Стоило поторопиться, чтобы успеть убраться из города до дождя.
Локхайм тихой тенью скользнул к калитке, которой обычно пользовались приходящие слуги.
Отредактировано: 20.07.2025
Добавить в библиотеку 