Белая Лилия

Глава 1.2 Знакомство с уездом

Я сидела за столом, медленно размешивая чай в чашке, и лениво следила, как пар поднимается вверх. После того вечера в доме генерала всё понемногу стало обретать форму.

Елена теперь бывала у нас часто — мы обсуждали моду, которой здесь отчаянно не хватало, пересматривали журналы, присланные из столицы, и, конечно же, снова и снова возвращались к нашему маленькому приключению в оранжерее.

— А если это был какой-нибудь важный господин? — вздыхала она, пряча лицо в ладонях. — Или холостой офицер?

— Тем интереснее, — шутила я. — Будет что вспомнить.

Но в глубине души мне тоже было любопытно: кто же это мог быть?..

Прошла неделя. Казалось, всё начало идти своим чередом. И вот за завтраком отец, между тостом с маслом и свежими письмами, неожиданно поднял взгляд на матушку:

— Анастасия, нам нужно организовать приём. Праздничный вечер. Всё-таки, я вступаю в должность, пора знакомиться с коллегами в более официальной обстановке.

— Конечно, — кивнула она, — только нужно всё подготовить основательно. Не хватало ещё опозориться перед уездом.

Я глянула на отца, а он, чуть улыбаясь, перевёл взгляд на меня:

— И заодно, Наташа, ты должна познакомиться с молодыми людьми. Есть у меня один кандидат… весьма достойный. Думаю, он тебе подойдёт.

Я тут же фыркнула, чуть не пролив чай:

— Мы только приехали, а вы уже ищете мне мужа? Наверное, какой-нибудь уездный проходимец, да?

Матушка строго посмотрела на меня:

— Наталья, не говори глупостей. У твоего отца глаз зоркий. На его выбор стоит обратить внимание.

Я промолчала, но внутри всё бурлило. Я только начинала чувствовать себя свободной, как мне уже хотели подобрать спутника жизни?

…

Позже в тот же день мы с матушкой отправились в Майков. Её, как оказалось, беспокоило состояние мебели и общая обстановка в поместье. Слуга Захар поехал с нами — нужен был мужской глаз и крепкие руки для оценок.

Карета мягко покачивалась на колёсах. Я смотрела в окно, ловя солнечные пятна, пробегающие по полям и рощам. И вдруг — топот, крики, звонкий смех.

Орава казаков пронеслась мимо. Лошади громко фыркали, всадники выкрикивали что-то на бегу, и двое даже заглянули в окно нашей кареты с лукавыми ухмылками.

— Господи, что это?! — воскликнула матушка, прижимая к груди сумочку.

Захар, не моргнув глазом, ответил:

— Казачья вольница, сударыня. Уезд тут на три части делится: аристократы, казаки, да ещё горцы. И, признаться, все три стороны не особо друг друга жалуют. Бывает, ссоры случаются. Но к порядку привыкают.

Матушка всплеснула руками:

— И это называется спокойное место? Александр меня сгубит!

Я не удержалась от улыбки. Столько лет жить в столичном фарфоре — и вдруг оказаться в диком, живом, пёстром уезде…

К счастью, казачья орава осталась позади, и наша поездка прошла без дальнейших потрясений. Местные плотники в Майкове даже понравились матушке. Они были аккуратны, вежливы и с толком подходили к делу.

— Наконец-то хоть кто-то в этом уезде умеет работать руками, — призналась она на обратном пути.

Я лишь кивнула. Пусть хоть мебель принесёт ей немного утешения. А я… я продолжала думать о предстоящем вечере. И о незнакомом кашле в оранжерее.

...

Совсем скоро наступил тот самый праздничный вечер, который так тщательно готовился. Поместье преобразилось: по залам разносился запах свежесрубленных цветов, свечи уже были зажжены, и слуги сновали, поправляя последнее перед приходом гостей.

Я помогала Лёвушке приодеться — наконец-то он пошёл на поправку, и мне было приятно видеть его улыбающимся. Мы спустились вниз, где отец и матушка встречали гостей. Стоило нам появиться, как Лёва тут же отпустил мою руку и юркнул к матушке, позабыв про все манеры.

— Ах, мужчины… — только вздохнула я, качая головой.

В этот момент в главный зал вошёл мужчина— высокий, широкоплечий, с выправкой военного. Его появление словно прорезало пространство. Он двигался неспешно, но в каждом шаге чувствовалась сила и привычка к дисциплине. Лицо — строгое, сосредоточенное, будто он всё время держал в уме десяток задач.

Отец отвлёкся от разговоров и подошёл к нам:

— Позвольте представить: Алексей Семёнович Ордынцев. Один из ключевых людей в уезде. Командует гарнизоном, держит границу. Словом, надёжный человек.

Я сделала лёгкий реверанс. Он кивнул в ответ, и на миг задержал взгляд на моём лице. Не грубо, не вызывающе — скорее… изучающе. Будто искал во мне что-то. Я почувствовала, как щёки едва заметно вспыхнули.

Когда он удалился, отец, понизив голос, заметил:

— Между прочим, он участвовал в подавлении декабристов. Это многое объясняет. После этого его карьера резко пошла вверх. Сейчас без него — ни один серьёзный вопрос в уезде не решается.

Я всё ещё наблюдала за его походкой, за тем, как он держался, с кем здоровался. В нём чувствовалась сдержанная сила, будто за холодной маской прятался вулкан.