Белая пелена

Глава восьмая. Рутина

Туннель раздваивался.
В ухе заскрежетало — я поморщился и легонько стукнул пальцем по клипсе. Новую игрушку подкинули нам мастера из гильдии созидания. В теории полезная вещь, артефакт позволял координировать действия отряда, коль ему пришлось разделиться. Эдакий искусственный заменитель телепатии. На практике все, как обычно, оказалось далеко от идеала.
— Направо, Бис. Ещё раз направо. Пять минут до цели, — голос Марико едва пробивался сквозь помехи: магическая связь, и без того неустойчивая, под землёй работала отвратительно. — Эльза и Лайк на месте. Ждут команды.
— Понял.
Я первым шагнул на узкий, не более трех ладоней в ширину, карниз. Осторожно двинулся вперёд: пол скользкий, не хотелось бы оступиться и рухнуть в канал, в который сливали нечистоты со всего квартала. Повезло, что последние дни стояла сухая погода: если судить по пятнам ряски на стенах, в половодье уровень воды поднимался почти до потолка.
Рейк не отставал. Иди со мной в паре Счастливчик, непременно бы изнылся про антисанитарию, зловоние и иные прелести работы в городской канализации, а потому я предпочел компанию терпеливого брата Марико.
У последнего поворота я помедлил, прислушиваясь, прежде чем осторожно выглянуть за угол. Глупо опасаться засады — эта самонадеянная мысль погубила немало жизней.
Пусто. Как и ожидалось.
Искомый путь наверх был забран решеткой. Я тщательно проверил ее на наличие ловушек и сигнальных заклинаний, но ничего не обнаружил. Неудивительно. Судя по проевшей металл рже, этим путем не пользовались очень и очень давно: вряд ли замок откроется.
Рейк знаком указал на петли, и я подвинулся, уступая место. Чтобы расплавить металл потребовалось минут десять. Сладили бы и быстрее, если бы не старались соблюдать тишину.
Лестница. Новая решетка, как и первая проржавевшая насквозь. Пришлось повозиться, чтобы вскрыть ее бесшумно. Эльза и Лайк должны уже зачистить периметр снаружи. Судя по царящей в эфире тишине, у ведьмы проблем не возникло.
Цели расположились в северной части склада. Пятеро подростков, старшему из которых едва ли исполнилось пятнадцать, даже не озаботились сигнальными артефактами. Помолодели нынче темные маги, не ровен час, скоро и вовсе придется сражаться с детьми.
Двое парней о чем-то спорили, и, судя по жестам и позам, до согласия им было далеко, а вот до драки — не очень. Глядишь, сделают за нас всю работу. Третий, светлый коротышка, крутился между ними, призывая товарищей к порядку, но безрезультатно.
Либо куратор — младший мальчишка, сосредоточенно рисующий мелом рунический круг, либо информатор в очередной раз ошибся, и кто-то этим вечером получит втык от начальника сыскной гильдии.
Оставался, правда, шанс, что куратор — девушка, устроившаяся на горе тюков и лениво наглаживающая пригревшуюся на коленях кошку. Кошка нас первой и обнаружила. Вскочила, зашипела.
— Мявка? Кто-то идёт?
Девица испуганно прижала чернушку к себе. Я ошибся, и усатая не жертва в задуманном ритуале, а питомец юной колдуньи?
— Доигрались, ребята, — активировав щиты, мы с Рейком вышли из-за ящиков. — Лечь на пол! Лицом вниз! Руки за голову!
С противоположной стороны ворвались Эльза с блондином. За ними поддержкой следовали Квит и Марико.
— Атас! Мечники!
Проигнорировав приказ, темные вскочили, активируя заклинания. Беда с этими подростками: ерепенятся, когда не надо. И что, убивать придурков? Формально имею право, конечно, но потом будет стыдно даже согильдийцам в глаза посмотреть.
Несколько мелких градин я смахнул в сторону. Огненный шар (хотя какой там шар, хиленький огонек) поймал на щит. Укоризненно покачал головой и швырнул в ответ парализующее заклинание, сбившее с ног белобрысого и одного из спорщиков.
А вот мелкий удивил. Пентаграмма на полу, вопреки моему скепсису, сработала! Какого бы эффекта ни добивался мальчишка, тряхануло знатно. И все бы ничего, но хозяин склада пренебрегал техникой безопасности. Ближайшая к нам башня из бочек накренилась и рухнула на щит Рейка, брызнув во все стороны осколками дерева и стекла. Эльза и Лайк успели прикрыться и прикрыть напарников, поэтому вскрикнула Марико больше от неожиданности.
Темным повезло меньше. Последнему удержавшемуся на ногах парню разбило лицо. Насколько я мог судить при беглом осмотре, нечего серьезного, но выглядело жутковато. Неудивительно, что хозяйка кошки завизжала и грохнулась в обморок.
Незадачливый призыватель на секунду замер, ошарашенный эффектом, развернулся и бросился бежать. То ли случайно, то ли угадал слабого соперника, прорываться мальчишка решил через Марико — Галчонок, не успевшая опомниться после «землетрясения», при виде несущегося на нее подростка инстинктивно отшатнулась, поскользнулась на вывалившихся из лопнувшей бочке помидорах и упала. Со стороны казалось, что с ног ее сбил удар темного.
— Куда?! Не уйдешь!
Рейк швырнул вслед заклинание, промазал. Кинулся в погоню, и его белое от ярости лицо мне не понравилось
— Эльза, Лайк, приберитесь здесь.
Ответа алой ведьмы я не слышал, но был уверен, что могу на нее положиться. От Рейка я отставал на пяток шагов, от темного на все тридцать. Мальчишка, не разбирая дороги, мчался вперед одуревшим зайцем.
Район складов походил на настоящий лабиринт. Поворот, еще поворот. Мы нагоняли беглеца, и тот в отчаянном рывке вильнул в сторону, намереваясь нырнуть в узкий лаз между двумя складами.
— Рейк, стой!
В последнюю секунду я вцепился в запястье напарника, сбивая прицел. Заклятие вышибло каменную крошку над головой темного мага. От ударивших по плечам осколков мальчишка споткнулся, кубарем покатился по земле, съежился и, кажется, тихонько завыл от ужаса.
— Бис, ты…
— Отставить! Операция окончена. Он сдается. Сдаешься ведь? — недобро прищурился я, медленно приближаясь к беглецу.
Тот отчаянно закивал.

***

— Хорошо поработали, Айсмекер, — глава сыскной гильдии заверил подпись печатью, протянул мне бумагу о передаче арестантов.
— Недостаточно, раз не удалось взять куратора, — я, хмурясь, свернул документ, спрятал за пазуху.
— Полноте! Отряд блестяще провел захват, а что связного среди задержанных не было, так то не ваша вина, а моих растяп, — сыскарь с укоризной покачал головой: кому-то еще предстояло ответить за провал операции. — Старательные у меня молодцы, но звезд с неба не хватают. Какая жалость, что вас по-прежнему привлекает меч, а не опора!
Сыск так и не оставил надежды переманить меня в свои ряды?
— Удалось что-нибудь выяснить? — я проигнорировал намек.
— Если бы! — глава потеребил кошачьи усы. — Дети! Что с них взять! Даже жалко этих бестолочей, у самого дома такой же шкодник подрастает, глаз да глаз нужен, чтобы не вляпался в какую-нибудь неприятную историю, — собеседник огорченно махнул рукой, предложил. — Мы почти закончили с допросом. Не хотите посмотреть?
Я собирался вежливо отказаться, но неожиданно передумал: срочных дел на сегодня не планировалось, а понаблюдать за работой коллег любопытно. Если с возрастом захочется сытой и спокойной жизни, и я решусь принять предложение Винтера, надо хоть иметь представление, к чему мне готовиться.
Глава опоры пропустив меня вперед, педантично запер дверь на ключ. Допросы проводились на цокольном этаже. Грубая кирпичная кладка, железные решетки, стальные засовы, глухие металлические двери — неприветливые казематы, едва освещенные масляными лампами, будто сошли со страниц учебников о Темных веках. Но, надо признать, атмосфера настраивала на нужный лад.
Дверь караульной была приоткрыта, и Винтер свернул туда. За небольшой комнатенкой, в которой дремал встрепенувшийся при нашем появлении дежурный, обнаружился еще один коридор, идущий параллельно центральному ходу — узкий, темный, с многочисленными альковами.
Нам требовался второй. Жестом пригласив садиться на стоящую тут же рассохшуюся скамью, сыскарь активировал прихваченный в караульной артефакт. Внутренняя стена растаяла, явив помещение за ней. Гильдия созидания изобрела одностороннюю прозрачность? Или в камере спрятан наблюдатель? В любом случае, занятный трюк.
Парень, сгорбившийся на продавленном лежаке, трясся как осиновый лист. Небось разъяснили, что ждет за связь с запрещенной гильдией. Массивные браслеты-блокираторы на худых запястьях казались лишними — и без них темный маг сейчас не наколдовал бы ничего путного.
Доверительно склонившийся к заключенному сыскарь напоминал доброго дядюшку, готового принять живейшее участие в судьбе нерадивого племянника. Щекастая улыбчивая физиономия, безобидная лопоухость, младенческая пухлость (удивительно, как под весом мага не развалился хлипкий табурет) — невольно поинтересуешься, кто придумал поставить символом опоры мрачного бульдога? Тут, скорее, подошел сенбернар.
Похоже, допрос и правда вступил в заключительную фазу, когда преступник готов выложить все как на духу.
— Злой маг, добрый маг? — одними губами уточнил я.
Винтер ухмыльнулся, пожал плечами: классика, но работает же!
— Такой хороший мальчик, и как тебя угораздило связаться с темной гильдией?
— Мы не хотели ничего дурного. Честно. Я даже не сразу просек, куда Кир меня привел. Он утверждал, что нашел компанию, с которой можно здорово развлечься, убить время.
— Понимаю. И как же вы развлекались?
— У нас отряды были, по типу гильдий боевых магов. Куратор давал задание, за выполнение начислялись баллы. Лучшие в конце месяца получали награды — нам однажды чуть-чуть не хватило… эх, день на источниках проворонили.
— Расскажи подробнее о заданиях?
Темный замялся, соображая, что забавы иногда выходили за рамки закона. Следователь вздохнул, с притворным сочувствием напомнил:
— Ты уже влип, парень, понимаешь? Крупно влип. Я здесь, чтобы помочь, поэтому не надо усугублять ситуацию молчанием.
— Я расскажу… конечно, расскажу. В основном, скукота: отвези-привези. Что в посылках было не знаю, но предупреждали, бульдогам… то есть вам не светить. Драки иногда устраивали — внимание отвлечь. Один раз в дом к старому пердуну… господину Ротариусу влезли, — парень мотнул головой. — Я сам не лазил, на стреме стоял.
— Умалчивает, конечно, — шепнул Винтер. — Все они умалчивают.
— Ты кому-нибудь говорил, как проводишь время? — продолжал допрос следователь.
— Неа. Родители бы не поняли. Отчим так вообще за ремень хватался по поводу и без, — смущенно признал темный маг. — Да и Кир сразу предупредил, чтоб не трепался. Клуб закрытый — болтунов не любят.
— Обычная практика всех этих шаек, — прокомментировал глава опоры. — Играют на чувстве элитарности. Заманивают обещаниями «ты не такой, как прочая серость», «ты лучше». Подростки. Дружба и почет в стае важнее проблем с законом.
Я промолчал, слушая.
— Когда ты понял, с кем связался?
— Да когда девок этих дурных, будь они неладны, попросили за город отвезти. Девки как девки. Не уродины, конечно. Но пьяные вдрызг, прикасаться противно. Или зельем их опоили, чтобы меньше дергались, только это не сразу дошло. Отвезли, сбагрили, забыли, как дурной сон. А потом знакомые отчима поделились по секрету, что шалавы те в розыске, без вести пропавшие.
— И как ты поступил? Рассказал кому-нибудь?
— Струсил. Меня бы ведь и обвинили в похищении. Разве докажешь, что не знал, девицы не по своей воле… в общем… понял, развязываться надо с этой шайкой. Но не получилось.
— Почему? Тебе угрожали? Угрожали семье?
Парень покачал головой.
— Не в этом засада. Кир… Он надо мной посмеялся. Обозвал маменькиным сынком и прочее. Велел проваливать, раз трушу.
Следователь кивал и глупо улыбался, подбадривая продолжать.
— Если бы я явился с повинной, ребят бы упекли, да?
— Полагаю, что так.
— И Кира бы арестовали! Он бы не простил мне, — темный маг впервые за исповедь поднял глаза на собеседника. — Вот вы сами предали бы друга?