Белая ведьма для Ястреба Севера

Глава 21.

Ария вздрогнула, когда за стенами хижины пронесся пронзительный женский крик, полный нечеловеческой муки. Но шаман лишь захохотал, и этот звук был страшнее любого вопля. Его старые, костлявые пальцы продолжали ритуал, сжимая окровавленный нож. Алая капля сорвалась с лезвия и упала на земляной пол, мгновенно впитываясь.

Сердце Арии бешено колотилось, отдаваясь в голове. Она метнула взгляд по сторонам, ища что-то, что могло бы стать оружием. Хоть палку, хоть тяжелый горшок. Безумный старик был полностью поглощен своим кровавым делом, бормоча заклинания. Это была возможность, и упускать такую удачу она не хотела.

Она рванула к двери, уже представляя, как выскочит на свободу, вдохнет воздух, чтобы избавиться от зловония хижины шамана. Но едва ее пальцы коснулись шершавой древесины, дверь со скрипом распахнулась сама. На пороге возникла запыхавшаяся женщина. Лицо ее было искажено ужасом.

— Моркар! — выдохнула она, крепко прижимая к груди окровавленный подол. — Дочь ярла… Ронна… Не может разродиться! Девушка помирает! Ярл послал меня… Требует, чтобы ты провел обряд и прекратил ее мучения!

Шаман захихикал, словно услышав шутку. Медленно обернулся к Арии, застывшей в двух шагах от спасения. Его взгляд скользнул по ней, и он довольно потер свои жилистые руки.

— Скажи Торгриму, Асгерд, — его голос прозвучал шипяще и сладко, — что я приду. Обязательно приду. Но не один. Мое условие — к роженице допустят чужачку. Только так.

Женщина по имени Асгерд побледнела еще больше, ее глаза округлились от ужаса. Она беспомощно замотала головой и, не сказав больше ни слова, выскочила из хижины.

Шаман не спеша принялся обтирать свой нож тряпицей, счищая с него бурые следы крови. Потом бережно завернул его и спрятал в кожаную сумку на поясе. Его взгляд снова упал на Арию, и на его лице расплылась хитрая, знающая улыбка.

— Ну что, девка, — проскрипел он. — Теперь твоя жизнь зависит не от меня. Докажешь, что отмечена богами — будешь жить. Докажешь, что твой дар — забирать жизнь, а не давать ее. Справишься с заданием — выживешь. Нет… — Он сделал паузу, наслаждаясь ее страхом. — Прирежу тебя своей рукой и скажу жителям, что в очередной раз ошибся в человеке. Они мне поверят.

Ария выпрямилась во весь свой невысокий рост. Глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в коленях, и твердо посмотрела в глаза безумному старику.

— Я не буду отнимать жизнь, — произнесла она четко, и ее голос, к собственному удивлению, не дрогнул.

Старик снова захохотал, но его смех был прерван скрипом двери. Та же испуганная Асгерд снова заглянула в хижину.

— Ярл… Ярл согласен! — выпалила она. — Но велел передать, что если чужачка сделает хоть шаг не так, он прибьет ее тут же, на месте!

Шаман широко и радостно улыбнулся.

— А ты не переживай, Асгерд. Если что-то пойдет не так, я сам ее на месте прикончу. Избавлю ярла от лишней работы.

Он грубо толкнул Арию в спину, подталкивая к выходу. Девушка вышла на улицу, сердце ее стучало как набат, но внутри царила холодная решимость. Она не станет убивать. Ни за что.

По дороге к дому ярла она украдкой разглядывала деревню. Дома, сложенные из бревен, почерневшие от времени и дождей, говорили о том, что поселению много лет. Но их крыши, особая кладка… Это не было похоже на обычные селения викингов. Ария догадалась — здесь жили изгнанные со своих земель шотландские племена, перенявшие образ жизни северян, но сохранившие свои корни.

Их привели в просторный, крепкий дом ярла. Внутри было чисто, на стенах висели трофеи — щиты, шкуры, старые знамена. Но атмосфера была тяжелой, гнетущей. В углу причитали женщины. Хмурые мужчины толпились у входа, безмолвно наблюдая. Особенно выделялся рослый молодой воин. Его лицо было мертвенно-бледным, а в глазах стоял животный ужас. Увидев шамана, он побледнел еще больше и бросился вперед, преграждая путь.

— Нет! — крикнул он, и его голос сорвался на высокой ноте. — Я не пущу его! Я не позволю забрать мою Ронну! Торгрим, умоляю тебя, подожди! Повитуха должна вот-вот вернуться!

Он обратился к ярлу, который стоял посреди комнаты, сжав кулаки. Его лицо было каменным.

— Бьорн, успокойся, — Торгрим проговорил сквозь стиснутые зубы. — Старая Грута тронулась умом. Она пошла искать свою пропавшую в лесу внучку и пропала сама. Я не могу смотреть, как моя дочь так мучается. Ее душа и душа нерожденного ребенка не должны оставаться в этом мире в таких муках.

Молодой воин Бьорн, супруг роженицы, снова взмолился, взывая к отцовской любви. Но ярл лишь мрачно покачал головой. В этот момент Ария все поняла. Шаман намеренно провел свой темный ритуал, и теперь девушка умирала. И он хотел, чтобы Ария стала его орудием, завершив начатое.

Но она увидела и другое. Единственный, кто мог защитить ее от власти шамана, был ярл. Только его авторитет и его воины могли стать ей щитом. Ей нужно было заручиться его доверием.

Собрав всю свою волю, Ария смело шагнула вперед.

— Я — белая колдунья, — заявила она, и все взгляды устремились на нее. — И врачеванием занимаюсь с малых лет.

Шаман одобрительно кивнул, как ловкий загонщик, видящий, что зверь выполняет команду.

— Да, ярл. Эта колдунья… особенная. Она справится.

Торгрим с сомнением посмотрел на Арию, но в этот момент из соседней комнаты, где лежала роженица, донесся новый, раздирающий душу крик, полный такой боли и отчаяния, что по коже побежали мурашки. Бьорн, молодой муж, со стоном уронил голову на руки, и его плечи затряслись.

Ярл, бледнея, сжал рукоять меча и резко махнул рукой в сторону двери.

— Иди. Делай свое дело. А я пока… подержу здесь моего зятя.

Шаман довольно заулыбался и снова подтолкнул Арию к заветной двери. Та остановилась и повернулась к нему.

— Дай мне твой нож.

Старик нахмурился, удивленный. На мгновение в его глазах мелькнуло недоверие, но затем он усмехнулся, словно поняв ее умысел. Он достал из-за пояса тот самый, недавно окровавленный нож и протянул ему рукояткой вперед.