Белая ведьма для Ястреба Севера

Глава 22.

Ария толкнула дверь и шагнула в небольшую комнату, где стоял тяжелый запах пота, крови и страха. Помещение было тесным, с грубыми бревенчатыми стенами. В углу тлел очаг, отбрасывая тревожные тени на единственную деревянную кровать, покрытую шкурами. У стены стоял простой сундук, сколоченный из неструганых досок. Над кроватью был спущен потертый полог, но он не скрывал ужаса там происходящего.

Несколько женщин суетились вокруг кровати, их лица были бледны и испуганы. Увидев Арию, они замолчали и сгрудились вместе, словно стадо овец перед волком. Одна, похожая на старшую, сделала шаг вперед, ее глаза горели.

— Кто ты? Уходи! — прошипела она.

Но тут же, за спиной Арии в дверном проеме появилась Асгерд.

— Лойда, уймись. Ярл и шаман разрешили, — коротко бросила она, и женщины, нехотя, расступились.

Ария подошла к кровати, и сердце ее дрогнуло. Девушка, Ронна, была смертельно бледна. Ее лицо покрывал липкий пот, темные круги под глазами говорили о бесконечных часах мучений. Простыни под ней были пропитаны кровью.

Женщина, сидевшая у изголовья и державшая Ронну за руку, подняла на Арию умоляющий взгляд. Слезы текли по ее морщинистым щекам.

— Помоги ей, — простонала она. — Не дай ей больше мучиться. Умоляю...

Ария взглянула на огромный, неестественно вздувшийся живот Ронны.

— Сколько дней? — тихо спросила она.

— Третий... — прошептала женщина. — Уже третий день...

Третий день. У Арии похолодело внутри. Она вспомнила Уту, другую девушку, чьи роды тоже были тяжелыми. Тогда Арии удалось спасти малышку Лиам, но Ута, обезумев от страха перед гневом отца, отказалась от ребенка. Пришлось тайком отнести девочку жене рыбака Калама, которая как раз потеряла своего новорожденного. Ту ночь, полную страха и надежды, Ария помнила как сейчас.

Но здесь все было иначе. Ронна была на грани. Жизнь уходила от нее с каждой каплей крови. И вдруг девушка приоткрыла глаза. Ее взгляд, мутный от боли, встретился с взглядом Арии. Потрескавшиеся губы шевельнулись, пытаясь что-то сказать, но сил не хватило.

Ария встряхнулась, отгоняя воспоминания.

— Горячей воды! Чистые тряпки! Быстро! — приказала она, и женщины, ошеломленные ее тоном, бросились выполнять.

Она сбросила свою грязную одежду, быстрыми движениями заплела длинные волосы в тугую косу, убирая их с лица, затем тщательно вымыла руки в подставленном тазу. Сердце бешено колотилось, но руки были удивительно тверды.

Со страхом, но без колебаний, она положила ладони на горячий, твердый живот Ронны. Минута, две, пять… Время тянулось так медленно. И вот! Она почувствовала это — слабое, едва заметное шевеление. Ребенок был еще жив! Но жизнь его висела на волоске.

Осторожно прощупывая живот, Ария поняла в чем дело. Ребенок был слишком крупным, его голова не проходила. Из-за этого не все воды отошли, и внутри началось заражение. Пахло гнилью. Шанс был, но крошечный.

Ария прикусила губу. За дверью ждал шаман, уверенный, что она станет его орудием убийства. Ярл ждал конца мучений дочери. Но если она спасет их обоих... тогда, возможно, и ее жизнь будет иметь ценность в глазах этих людей. Она не хотела быть послушной куклой в играх безумного старика.

Ария закрыла глаза, отгородившись от суеты и плача. Из глубин памяти всплыла простая мелодия, колыбельная, которую она помнила с самого детства. Она начала тихо напевать ее, покачиваясь в такт и нежно поглаживая живот Ронны. Ее руки согревались, по телу разливалось странное тепло. Женщина у кровати принялась кричать, решив, что это часть смертельного обряда, но Ария не обращала на нее внимания. Она раскачивалась в такт своей песни.,вгоняя себя в некое подобие транса.

И мир вокруг побледнел… Звуки приглушались…

Внезапно мир вокруг резко потемнел, будто кто-то задул огонь в очаге. Ария потеряла зрение. Ахнула от страха, побоявшись, что лишилась зрения окончательно. Отчаянно заморгав, она увидела нечто иное — тонкие, черные, как смоль, змейки, которые обвивались вокруг Ронны и ее нерожденного ребенка, высасывая из них светящиеся нити жизни. Ария снова вскрикнула от ужаса. Она буквально видела, как угасают их жизни.

Мысль о том, что шаман одурманил ее, мелькнула и исчезла. Нет, ее разум был ясен. Значит, это было реально. Собрав всю волю, она мысленно оттолкнула одну из змеек, тянувшуюся к ребенку. И в тот же миг ребенок внутри слабо толкнулся. Надежда вспыхнула в ней, как факел.

Она выхватила нож шамана. Пожилая женщина закричала и рухнула без чувств. Черные тени поползли и к ней, но не притронулись. Ария замахнулась и рубанула клинком по одной из змеек. Та завизжала, звук, который слышала только Ария, и исчезла. Остальные тени взволновались, их натиск усилился. Ария принялась работать ножом, размахивая им в призрачной тьме, отсекая щупальца, вытягивавшие жизнь.

И тут она поняла — все эти тени тянулись из-под двери. От шамана. Это он убивал Ронну, медленно, намеренно. И теперь он знал, что Ария посмела ему перечить. Ярость и отчаяние придали ей сил. Она закружила вокруг кровати, ее распустившиеся волосы липли к вспотевшему лицу, но она не сдавалась. Она отсекала одну тень за другой.

Ронна внезапно вскрикнула — первый звук за долгое время. Ария из последних сил нанесла широкий удар в пустоту, и оставшиеся змейки отпрянули за порог. Девушка рухнула на колени, обессиленная. Но услышав слабый стон Ронны, заставила себя подняться.

— Воды! Чистые простыни! — снова крикнула она, и женщины, увидев, что Ронна пришла в себя, бросились помогать.

Ария наклонилась к роженице.

— Тужься! Собери все силы! — приказала она.

Но сил у Ронны не было. Тогда Ария, стиснув зубы, надавила ей на живот. Хлынула зловонная зеленоватая жидкость, и показалась макушка младенца, а после и он весь целиком. Ария просунула руку и подхватила ребенка. Он был синим и не дышал. Не думая, она перевернула его и принялась хлопать по спинке. Из крошечного рта вылилась мутная слизь, и ребенок тихо захныкал, а затем залился громким, яростным криком.