Белла vs Керра. Камень души

Глава 4. Игра в тени Солцании

Что Ялти имела в виду, когда советовала мне повеселиться? У неё действительно больное и неуместное представление о веселье. Повеселиться рядом с ним?! Ага, конечно! Я даже не знаю, куда глаза деть, чтобы не наткнуться на ненавистного Керра. Какое ещё веселье?!

Как на зло, идти нам пришлось далеко. Длинный коридор, пахнущий сыростью и пылью, казался бесконечным. За ним — ещё одна решётка, которую стражи открыли с громким скрипом ржавых петель, затем грязная тёмная лестница, ступени которой были такими неровными, что, будь я не на руках у Керра, точно бы споткнулась. Он же преодолевал всё расстояние спокойно, словно и не имел на себе ноши в виде меня. Мне же путь давался с большим неудобством. Приходилось смотреть по сторонам, но безликие коридоры из красной глины, подсвеченные тусклыми факелами, казались лабиринтом, где каждый поворот выглядел одинаково. Заблудиться было проще простого.

— Похоже, в Солцании не всё так плохо с преступностью, как об этом говорят, — заметила я, смотря на ряды пустых камер на этаже. Хоть говорила я это тихо, из-за непривычной тишины, которую лишь изредка прерывали разговоры стражей на их родном языке, меня услышали все.

— Остальных заключённых казнили ещё на рассвете, — гадко засмеялся один из наших провожатых, и его смеху вторили остальные. Их смех заполнил эхом пространство, приобретая зловещие нотки.

— Их головы уже украшают защитные стены города! — добавил второй стражник, что шёл где-то сзади.

— И ваши головы завтра будут прекрасно смотреться на палях, особенно эти рыжие патлы, — добавил тот, который вызвал меня из камеры. Он даже повернулся, чтобы попытаться коснуться хотя бы моих волос, но ему это не удалось. Керра резко остановился и бросил на него такой взгляд, что стражник продолжил путь, нервно посмеиваясь.

— Преступности везде хватает, безгрешных в этом мире нет, Амон всё знает, — подытожил главный страж, полностью игнорируя слова своих коллег. Он коснулся указательным пальцем своего лба в странном жесте, после чего резко скинул капюшон. Из-под него выпали длинные чёрные волосы с проседью, перевязанные деревянными бусами в хвост. Его лицо было испещрено морщинами и шрамами, а глаза смотрели на нас с неприкрытым любопытством. Возраст у него был солидный — как у моего отца, если бы он остался жив. В такие годы обычно имеешь длинный список наград по карьерной лестнице, но этот человек «застрял» здесь. С ним что-то не так?

— Неужели у вас каждое преступление наказывается смертью? — сухо заметила я, оглядываясь по сторонам. Воздух в тюрьме был спёртым и густым, пахнущим затхлостью и страхом. Мне было очень не по себе.

Главный страж резко повернулся к нам и неприятно улыбнулся, обнажив жёлтые зубы:

— Ваши — да!

Он произнёс это так, что по спине побежали мурашки, словно наша участь уже предрешена. Я пожалела, что поддержала разговор. Тем не менее попыталась не выдать свои чувства. В отличие от Казима — я явственно почувствовала, как он сильнее прижал меня к себе, словно пытаясь успокоить, и отпустил, когда я взяла себя в руки. Хотя, может, я просто выдумываю? Рисую в голове образ, не имеющий ничего общего с настоящим Казимом Керрой. Мне кажется, в последнее время я возвращаюсь в прошлое, где была всего лишь игрушкой в его руках. Что со мной не так?!

— Довольно глупая растрата людского ресурса, — сухо высказался последний, меняя тему разговора.

Главный страж снова рассмеялся, и его смех эхом разнёсся по пустым коридорам:

— Может, оно и так, — согласился он, жестом приказав двум стражам остаться у лестницы. — Только с мором не договоришься.

— Мор? — тихо переспросила я, с ужасом вспомнив книги об этой болезни. В Инкрасе эту болезнь не видели столетия, и даже в исторических хрониках описывались лишь горы тел и выжженные поселения. Значит, предыдущие «шутки» о причине отсутствия заключённых были выдумкой?

— Мор — самое страшное наказание вашего бога Инкраса, — с гневом и отвращением выплюнул мужчина. Его неприязнь к нам и нашему богу стала очевидной. Слухи о том, что Хепри насылает болезни на неугодные страны, ходили давно, но правду знал лишь сам проклятый бог. Я бы не удивилась. К тому же не нужно быть гением, чтобы понять: мор не выбирает жертв; если умерли заключённые, значит, и горожанам досталось. Странно, но город совсем не выглядел поражённым эпидемией.

— Наказание? За что? — осмелилась спросить я, понимая, что слова о нашей невиновности ничего не изменят, как и слова сочувствия их тяжёлой жизни.

— За веру, — ответил он, словно это было само собой разумеющимся. — Вы там, в Инкрасе, совсем не знаете ничего, кроме того, что говорит ваш бог?

— Нет, просто мор... — запнулась я, не зная, как сказать, что никогда не слышала о существовании этой болезни в Солцании.

— Для нас мор — лишь слово в старой книге, — вмешался Керра. — Но я не думаю, что ваш город недавно пострадал от этой болезни. Так почему же у вас нет заключённых?

— Ты довольно наблюдательный, — хмыкнул страж, останавливаясь в душном коридоре. Керра промолчал, и мужчина ухмыльнулся.

— Так почему здесь нет заключённых? — повторила я вопрос, прерывая их немой диалог.

— Она у тебя очень любопытная, тяжело тебе с ней придётся, парень, — рассмеялся мужчина, игнорируя мой вопрос и кивнув последнему стражу уйти.

— Я в курсе, — обречённо произнёс Керра.