Белла vs Керра. Камень души

Глава 6. На краю пустоты

Песок лез в глаза, во рту пересохло. Накидка, защищавшая от пылящего солнца, норовила спасть с головы. Плотная одежда, купленная специально для экспедиции, спасала от жары, но сковывала движения. К тому же поездка на муле оказалась мучительной, особенно когда мы выбрались из саванны в пустыню. Даже несмотря на амулет покорности, животное норовило скинуть меня, как только я начинала дремать от жары и усталости, поневоле наклоняясь вперед и мешая ему идти.

— Не спи, — предупредил Шарль, едва касаясь моего плеча.

Я невнятно кивнула, стирая песок с лица. Казалось, оно горит от солнца, а уголки глаз жгло, словно там уже были ссадины от песка. Лишь очки спасали мои бедные глаза, которые всё ещё ныли после перехода на новую ступень и немного от недосыпа. Шарль Голь собирался что-то ещё спросить у меня, но в этот момент его внимание отвлекли крики в голове группы.

Профессора вместе с госпожой Курумой оторвались вперед метров на двадцать. Они громко ругались, но суть спора была непонятна. Керра, Урра, Томри и Атока шли впереди вместе с ними, а все остальные плелись в хвосте. Назим и Ялти ввязались в старый спор о том, кто лучше — артефакторы или боевые маги, пытаясь втянуть в него и остальных. Элинор, сидевшая позади меня, крепко спала, из-за чего я поминутно клевала носом и сползала вперед. Изначально мы собирались посадить её на отдельного мула, но быстро поняли, что двенадцатилетний ребёнок не справится с управлением даже под действием артефактов. Повозка с припасами тоже не годилась — она и без того постоянно застревала в песке. Подсадить мелкую вредную девочку к кому-то другому было бы бесчеловечно по отношению к этому несчастному, так что она ехала со мной. Сидеть впереди она отказалась наотрез, зато всю дорогу впивалась в меня, словно репейник. При этом она всё бубнила недовольно, то про жару, то про моих «несносных» друзей.

— Что ты сказал?! — крикнула Ялти, отвлекая Голя. Она уже размахивала поводьями, заставляя бедное животное под собой нервничать и спотыкаться. Хлыст в её руке нервно рассекал воздух, и было ясно, что пригрозить им она хотела не бедному мулу.

— То, что слышала: артефакторы — просто обслуживающий персонал в нашем мире! — самодовольно заявил Назим Борфадор. Похоже, ему нравилось выводить девушку из себя – он сиял самодовольной улыбкой.

Укрытый в чёрные пустынные одежды, он почти сливался со своим скакуном в одно большое тёмное пятно на фоне раскалённого песка. Их мулы шли чуть впереди, оторвавшись от нашей отстающей компании. Казалось, парню ничто не мешало нагнать основную группу и своего друга, но он предпочитал дразнить Ялти, чем изрядно нервировал Шарля.

— Это кто так решил — ты? — холодно окликнул последний, бросая меня, чтобы вступиться за подругу, хотя та, похоже, в защите не нуждалась.

— Сам ты обслуживающий персонал, напыщенный олень! — взвизгнула девушка, красная от злости. Или, может, всё дело было в том, что шапка — не лучший головной убор для пустыни.

— Сложно смотреть правде в глаза? Люди столь низкого рода, как ты, даже с талантом и высокой ступенью в артефакторике, не могут построить карьеру в вашей сфере, — парень снисходительно кивнул на Шарля, после чего снова нагло ухмыльнулся Ялти. — Потолок твоего развития — собственная лавка на рынке, где ты будешь продавать свои палёные артефакты, шарлатанка!

— Это кто шарлатанка — я?! — взвизгнула Ялти.

Она чуть не вывалилась из седла, замахнувшись хлыстом на наглеца. Тот лишь рассмеялся, ведь Шарль уже вклинил своего мула между ними. Назиму пришлось отвести животное в сторону, и оно сошло с вытоптанной тропы, увязав в песке.

— А как ещё назвать того, кто дурит людей на деньги, пользуясь статусом и знаниями? — снисходительно фыркнул Назим.

— Аристократ, — мрачно осадил его Шарль.

Назим на мгновение замер, а затем рассмеялся.

— Вот что значит бастард! — выплюнул он, всё ещё усмехаясь. — Мышление простолюдинов впитал с молоком матери? Или тебя так обидело, что твой настоящий отец не захотел тебя признать?

Зря он это сказал. Для Голя эта тема была болезненной. Таких, как он, в нашем обществе не жаловали, ведь магией Хепри одарил лишь аристократов, а значит, кто-то из его родителей должен был быть знатного рода. Если не мать, то отец, что означало лишь одно — он внебрачный ребёнок. Никому не понравится слышать намёки, что его мать — женщина с низкой социальной ответственностью, особенно из уст такого, как Назим.

Энергетические линии вокруг Шарля всколыхнулись, мул испуганно заржал. Парень был к Борфадору ближе, чем Ялти или остальные. Обычно Голь не отличался дурным нравом, но всему есть предел. Механоиды по моему немому приказу выбрались из напоясного мешка, в котором я их теперь носила, и бросились к Голю, но не успели.

— Не смей так говорить о Шарле! — выкрикнула Ялти и швырнула хлыст в плечо Назима. — И как ты можешь такое говорить, если сам ты…

— «Сам я» что?! — резкий вопрос Борфадора оборвал крики девушки и остановил Шарля.

Сначала мне показалось, что недоговорённые Ялти слова не имели значения, но затем я заметила, как выпрямилась спина боевого мага. После часов скачки держать её ровно было трудно, а он выпрямился, буравя девушку взглядом, от которого та растерянно озиралась то на Шарля, то на меня. Подруга явно сболтнула лишнего и была застигнута врасплох под его напором.

— Борфадор, — громко окликнула я его, — тебя Казим зовёт.