Белоснежка и команда мечты

6.2.

Великий Мастер давно мечтал о приисках Цагаана, но здоровье и обязанности в Совете не позволяли ему надолго покидать Цитадель. Многие годы он пытался разрешить эту задачу издали, в стенах своего кабинета изучая карты, образцы и отчеты, но тщетно. Нужна была новая экспедиция, а прошение о ней Совет отклонял снова и снова.  

– Надо же, а я думала, что Хайдар для вас царь и бог, и никто ему не смеет перечить, – удивилась Лиза.  

– Для нас – да. А для Совета, наместника и короля глас бога – это звон монет. Северная Цитадель для них источник адамантина, на него брошены основные силы. Тем более, его жилы находили и продолжают находить, а золото Цагаана пока существует только в рапортах Хайдара. Даже среди горняков далеко не все согласны с его мнением.  

Анпил был согласен. Собрав команду единомышленников, он заваливал канцелярию Цитадели прошениями, отчетами и смелыми прогнозами, но где уж молодому энтузиасту добиться того, что не удалось даже Великому Мастеру! Он получал отказ за отказом. Власти жаждали адамантина и не желали тратить силы и средства на рискованные проекты.  

А потом появилась Дара со своими нелепыми требованиями. Хайдар воспользовался случаем и хитростью получил долгожданное разрешение. Идея так всех повеселила, что Совет с легкостью согласился отправить следом небольшую группу опытных разведчиков – не бросать же девчонок одних в диком и опасном краю. Сам наместник добродушно заявил, что молодежь должна не только работать, но иногда и развлекаться, и подписал допуск на экспедицию Анпила.  

Никто не воспринимал эту затею всерьез, потому времени выделили катастрофически мало, а средств и вовсе не предоставили. Совет ничем не рисковал, напротив: если удастся что-то отыскать, можно будет начать разрабатывать прииск, направив туда рабочие руки и снаряжение. Если же нет – доводы Хайдара сочтут ошибочными и прекратят наконец давний спор.  

Группу снарядили за свой счет: что-то смогли достать, переплатив втридорога, кое-какое оборудование раздобыл Хайдар. Лошадей и провиант закупили в складчину. Но Анпил был рад и этому.  

– Благодаря вам я получил шанс, - закончил он. – Но взамен обещал Хайдару в случае чего позаботиться о Даре и ее девчонках. Вот об этом я бы не хотел ей рассказывать, так что держи язык за зубами, пожалуйста.  

- Конечно! Если Дара узнает, непременно бросится доказывать свою самостоятельность и натворит дел. Можешь не волноваться, я ни слова ей не скажу. Вот только я не понимаю: адамантин ведь в самом деле гораздо ценнее золота. И встречается гораздо реже. Почему твоя группа предпочла отправиться сюда?   

– Потому что адамантин убивает, – мрачно ответил Анпил. – Нам доводилось участвовать в разведке новых месторождений, но это совсем не то, чем я мечтал заниматься. Я не хочу, не готов ставить на кон жизни своих ребят. Несмотря на важность направления и возможность быстро разбогатеть.  

Лиза попыталась вспомнить то немногое, что знала о золотой лихорадке в своем мире. Она возразила, что золото тоже губит старателей: сколько их сгинуло в диких землях, умерло от тяжелой работы или от рук грабителей. Но Анпил с нею не согласился.  

 – Труд горняка всегда нелегок. Но адамантин... У него нет сопутствующих пород, нет никаких признаков, указывающих на залегание жилы. Найти его можно только на больших глубинах, где он образует редкие хаотичные скопления – никому пока не удавалось понять их закономерность. Приходится исследовать под землей обширные территории. На нижних уровнях если выжил – считай, повезло. Не похоронит под обвалом, так утонешь во время прорыва водяной линзы. Не отравишься выходом газа, так добьют твари глубин. С каждым ударом кирки рискуешь прорубиться в пещеру, полную демонов.   

– Какие они, чудовища подземелий? – робко спросила Лиза. Вот значит какую работу выбрала для себя Дара! Неужели можно мечтать о подобном?  

– Разные, – ответил Анпил уклончиво. – Но дело не только в них. Представляешь себе, как выглядит жила адамантина?  

Лиза отрицательно качнула головой. Из палатки вышла Номин и тихонько присела рядом, слушая разговор.  

– Это самородный металл. Он заполняет пустоты множеством тонких нитей, словно паутина. Но он невероятно твердый, ковать в обычной кузнице не получится, и настолько жаропрочный, что плавится разве что в лаве. Твоя подруга алхимик, она может рассказать, как куют оружие и делают сплавы.  

– Точно не смогу, составы держат в секрете, допуск имеют единицы, – ответила Номин. – Но все смеси жутко ядовиты, если вас именно это интересует. Мало кто соглашается на такую работу, обычно гномы преклонных годов, которые хотят обеспечить свои семьи. Долго они не живут, болеют сильно...  

– Ужас какой-то, – сказала Лиза. – Неужели нельзя обеспечить нормальные условия труда? И зачем вообще нужен адамантин, если из-за него ваши сограждане мрут как мухи?  

Собеседники не понимали, что ее так возмущает. Их обществу явно были чужды идеи гуманизма, и то, что ради прибыли множество гномов посылают на верную смерть, казалось им совершенно рядовым явлением.   

– Я удовлетворил твое любопытство? – спросил наконец Анпил. Лиза кивнула. – Теперь твоя очередь отвечать на вопрос.  

Деликатная Номин оставила их и отправилась к реке умываться. Лиза с надеждой покосилась в сторону палатки, но больше никто не просыпался. Посоветоваться с Дарой не получится.  

– Ладно, – сдалась она. – Нет у меня никаких способностей. Это просто слух, для того чтобы...  

Она прикусила язык – рассказывать о том, как девчонки перехитрили строгого отца Юмсун, было вовсе не обязательно. Но проницательный Анпил и сам догадался.  

– Так вы сами его распустили? Погоди-ка, ты поэтому меня про тотализатор спрашивала? Вы тоже ставки сделали? Ну даете! Не ожидал! – он рассмеялся, глядя на нее с восторгом. – Чья была идея, твоя? Дара до такого точно не додумалась бы, удивительно, как она вам вообще разрешила.