Белоснежка. (не) сказочная история попаданки

Глава 9

Темнело быстро. Не по-настоящему, не как в обычном лесу – здесь сумерки будто падали сверху тяжелым одеялом. Сначала блекло небо, потом серел снег, а следом начинали исчезать сами деревья, превращаясь в черные, вытянутые тени.

– Нам нужно укрытие, – сказал Михаил, оглядываясь. – Пока совсем не стемнело.

– А если мы его не найдем? – со страхом спросила я, инстинктивно придвигаясь к нему поближе.

– Тогда леший найдет нас.

Очень обнадеживающе.

Мы шли уже через силу. Ноги гудели, дыхание сбивалось, пальцы в варежках онемели так, что я почти их не чувствовала. Я несколько раз спотыкалась, и Михаил молча поддерживал меня, подхватывая за локоть. Ни слова. Ни упрека. Просто держал.

Лес вокруг будто наблюдал.

Иногда мне казалось, что между стволами мелькают тени. Не сами деревья – что-то другое. Живое. Ждущее.

– Он рядом, да? – тихо спросила я.

– Всегда, – ответил Михаил. – Но ночью он становится сильнее.

– Замечательно…

Мы вышли на крохотную поляну. В центре – полуразвалившаяся лесничья изба. Покосившаяся, заваленная снегом, почти вросшая в землю.

– Дом… – выдохнула я с облегчением.

Михаил замер.

– Не спеши радоваться.

Он обошел ее по кругу, провел ладонью вдоль стены, затем осторожно коснулся перекошенной двери. Между пальцев снова мелькнула та самая голубая искра.

– Пусто, – сказал он. – И… здесь, похоже, давно никого не было.

– Это плохо?

– Это настораживает.

– А снаружи будто безопаснее… – я оглядела темный лес.

Он промолчал, и мы вошли внутрь, ведь у нас действительно не было выбор.

Дом оказался холодным и сырым. Запах гнили, старого дерева и застоявшегося воздуха ударил в нос. Но крыша была цела, стены на месте, и самое главное – здесь можно было спрятаться от ветра и мороза.

Михаил быстро развел небольшой огонь в старой печи, использовав какие-то сухие щепки, найденные в углу. Пламя вспыхнуло неестественно ровно – явно будучи магическим. Даже странно, что ледяной колдун умеет разжигать огонь.

– Леший не любит огонь, – пояснил он спокойно. – Это даст нам пару часов.

– А потом?

– А потом посмотрим, кто кого, – мрачно усмехнулся он, и его глаза вспыхнули недобрым огнем.

У меня внутри все неприятно сжалось. Я села ближе к стене, поджав под себя ноги. Михаил устроился у двери, спиной к выходу. Как будто если придется – первым удар примет он.

За стенами избы раздался тихий, протяжный звук, будто кто-то водил пальцем по дереву.

– Он нас нашел… – прошептала я.

– Он нас никогда не терял, – слишком невозмутимо ответил Михаил.

Звук стал ближе. С другой стороны стены что-то медленно протащилось, будто по бревнам скользнула огромная тень. Изба тихо заскрипела.

Я непроизвольно придвинулась к Михаилу, и он не отодвинулся. Положил руку мне на плечо, и стало чуть легче.

– Если он войдет… – начала я.

– Не войдет, – перебил он. – Пока есть огонь – не войдет.

Пламя в печи вдруг дрогнуло.

Я почувствовала, как по спине пополз холодный пот.

– Михаил…

– Я вижу.

Снаружи послышался шепот. Нечленораздельный, тягучий, будто сразу десятки голосов пытались выговорить одно слово.