Белый Дракон: остаться в живых

8.

Я даже не орала. Я пыталась выжить. Крутилась, вертелась, перекатывалась, кувыркалась и неслась на огромной скорости. И тут мне повезло. Удачно сев, уперлась ногами в плащ и получилось подобие санок. Конечно, если я выживу, то моей попе несдобровать, но такой способ передвижения все же лучше, чем кувырком. А что, сижу на тепленьком, ноги в тепле, руки, правда, замерзли сильно, но об этом подумаем потом, когда доберемся до первой расщелины или до долины. Но проходили минуты, а я была все ближе к городу, который начинался недалеко от основания горы.

Я добралась! Живая! Боже, ну, что я за умничка!

Трясет только безбожно, холодно, а я в рваном платье и легких туфельках. Встряхнув, ставший тяжелым от снега плащ этого гада, я закуталась в него с головой и огляделась: в городе наступали сумерки. Промерзшие снаружи каменные дома изнутри тепло светились окнами, недалеко виднелась городская башня с часами, дороги были расчищены от снега, но он все шел, танцуя легкими пушинками в свете фонарей.

Денег нет, в гостиницу не пустят, в дом тоже не пустят с таким видом, как у меня. Я бы точно не пустила. Что делать? Замерзать. Я бы и рада порыдать от безысходности, но меня трясло от холода так сильно, что сил ни на что уже не было. Шевелиться хотелось все меньше, а спать – все больше.

Ленивая одинокая мысль проплыла в моей голове, я уцепилась за нее и, пока та не ускользнула, медленно стала подниматься с дороги. Когда я успела сесть? Мысль состояла из одного слова: «Беги!» И я побежала. До ратуши в центре города и обратно. Чем быстрее, тем лучше. От движения начала согреваться и здраво мыслить, а, пробегая мимо трактира на окраине, придумала план спасения себя любимой.

…Я уже минут десять стояла через дорогу от манящего своей теплотой трактира и внимательно наблюдала за входящими и выходящими оттуда посетителями. Сам трактир был добротный, каменный, как и всё тут, ярко освещен изнутри. Он явно пользовался популярностью у обычных граждан, никаких снобов или аристократов замечено не было. Сквозь окна и вечно открывающуюся дверь гремела музыка, лился теплый свет, звучали голоса и стук пивных бокалов.

«Вот он, мой шанс, - подумала я, глядя на вывалившегося подышать свежим воздухом пьяного мужика.» Лицо его оплыло под действием выпитого, пузо выпирало, да и справлял нужду он залихватски. Но тот же Костикович, не к ночи будь он помянут, вызывал намного больше омерзения, чем этот мужик. Рыжий, забавный, с доброй улыбкой. Злых рыжих я еще не видела, это я вам, как представитель этих самых рыжих говорю. Тем более, я хочу мужичка использовать в своих целях и очень надеюсь, что он меня в своих – не успеет.

- Ба, какой мужчина, ночью, один, да без охраны! – почти запела я ему громким, четким, низким голосом. Слышала, сильному полу такой нравится.

- Ой, какой ты сильный, угостишь даму? Я бы с удовольствием посмотрела, как ты бутылку за раз выпиваешь! – пока мой будущий спаситель фокусировался и пытался понять, что от него хотят, я уже льнула к нему, брала под ручку и нежненько, но настойчиво подталкивала обратно к таверне.

- Бутыль чего? Ик?! – растягивая слова уточнил этот непонятливый.

- Ой, ну что вы там пьете? Пить-то умеешь? - залепетала я. Откуда мне знать, что здесь потребляют?

- Обижа-а-аешь! – пьяно ухмыльнулся он мне прямо в лицо, сграбастал своими ручищами и потащил вовнутрь.

Меня ослепило ярким светом, оглушило невероятной музыкой в стиле «Russian style» и в нос ударил сладковато-кислый запах еды, испражнений, пота и непонятно чего еще.

Притащив за стол к троим таким же пьяным, он усадил меня на лавку и приземлился рядом, усевшись практически на меня.

- Эльяка, тащи три кувшина медовухи, - заорал мой кавалер и пьяно рыгнул.

Фууу, чтоб тебя черти съели, Трусливый Блондин С Горы, какие унижения я должна терпеть ради тепла и еды. Хотя нет, на столе никакой еды. Надо брать ситуацию в свои руки. Встав из-за стола, я повисла на кавалере и заорала:

- Элька, и жрать принеси!

- А это на кой жар? – сурово уставился мой спаситель на меня.

- Дама будет пить и закусывать! – заорала я на публику. Не сильно громко, но рядом сидящие повернули любопытные носы. – И тебя кормить, моя симпапулечка, дзынь!

Я ткнула пальцем в его красный жирный нос и поняла, что немного переиграла, когда мужики за нашим столом заржали, а мой герой нахмурился. Ситуацию спасли кувшины с выпивкой. Ко всем вернулось прекрасное расположение духа и про мой косяк подзабыли. Зато вспомнили, что можно пить и мне, чтобы удержать внимание пьяного народа, пришлось строить из себя «мировую бабу»: пила на спор медовуху, рассказывала забавные истории, от которых мои соседи колотили кулачищами по столу и роготали до слез и даже показала фокус. Все были довольны друг другом и в какой-то момент, а точнее, в пылу дебатов, мужики увлеклись, и я осталась не у дел. Сумасшедшая улыбка сползла с моего лица, и я решила улизнуть на разведку.

Выбравшись со скамьи, я подошла к Эльяке-Эльке и спросила, где можно просушить плащ. Она кивнула на стенку от печи, осматривая подозрительно, недовольно поджав губы. На обратном пути я решила ее задобрить:

- Жратва их где? Давай отнесу, все равно туда идти. – я уже согрелась и разрумянилась.

Я шла назад, лавируя между столиками, напевая в голове весьма подходящую к ситуации песню «Короля и шута» как приличные люди превратились в сброд. Жевала несвежий хлеб, заедая кислой тушеной капустой из миски размером с тазик и была довольна ситуацией.

Мое мычание-пение никого не интересовало, а вот еда – даже очень. Чьи-то руки перехватили поперек талии и извернувшись, усадили к себе на колени. Местный бомонд. Ну, что ж. Эти помельче будут, чуток постарше, значит, мне легче вырываться и убегать, так что посидим теперь тут.

Отвоевав кусочек хлеба, я стала наблюдать, как мои новые спасители пожирают капусту, запивая из литровых бокалов медовухой. Модный напиток, я посмотрю. Лапать меня тоже не забывали, однако, предположу, что в их понимании это было почти невинно, поэтому лишь морщилась и выдавливала из себя соблазнительную улыбку.