Белый пират. Проклятье Моревны

12.

К счастью, вампир в подводном мире пока один, мой. Я легко отыскал его по следу и застал в картинной галерее, где ВиктОр изучал фамильные портреты выдающихся людей из семьи Кощея и отдельно — подводной династии.

— Что такое? Слышу, стадо слонов бежит? — мой помощник обернулся. Я с разгону чуть не уронил хлюпика. Встал на задние лапы, повиснув у него на плечах. — Тише, тише! Это значит, бабушка тебе отказала? — Под весом моей туши Витёк ещё мог шутить. Я сердито зарычал.

— Понял, злая собачка! Служи! – он вытянул руку над моим носом. Я послушно выпрямился без опоры и вздохнул с облегчением, снова став человеком. Во-первых, никто меня особенно и не видел, во-вторых, жарко у них под водой, если бегать в шкуре!

— Не томи, Белёк, говори! Зря тебе речь вернули? Получил согласие? Или в стиле семьи тебе ещё неразрешимую загадочку задали? У нас времени мало! — напомнил Витёк.

— Получил… Ух, дай отдышаться, — я бы не отказался от стакана воды. Только в этом царстве можно помереть скорее, чем напьешься на свадьбе. — У тебя что новенького?

— Посмотри, — ВиктОр вмиг погас и серьезно кивнул на портрет молодого моряка со странно знакомой улыбкой в глазах. Где я видел такие же искорки?

— Родственник? — спросил я без особого интереса.

— Твой несостоявшийся тесть.

Точно! Это ж батя Маруськин. До меня только сейчас дошло, что я сватаюсь к роду, в котором знаком исключительно с женской половиной. И секунду назад мне казалось это нормальным, зная, что в династии морских ведьм правят бабы.

— Молодой! А где сам оригинал?

— Нету. Мара вдова. Как я понимаю, это портрет уже… по памяти. А вот дедушка, — взмах бледной аристократической кисти указал мне другой портрет.

Там красивый смуглый моряк в парадной военной форме с золотыми пуговицами, при старинном кортике, смотрел строго. Дед у Марьи выглядел ещё моложе отца. Я без подсказки угадал, что Моревна Первая тоже вдова.

— И что? — спросил я. — Мне ты рамку уже присмотрел? Имей в виду, твой готический вкус я не одобряю! И хочу, чтобы на моем портрете нормально указали имя, а не только как здесь "муж такой-то".

— Ох, Белый, чтобы качать права, до портрета надо дожить, — вздохнул Витёк.

— Или грамотно составить завещание, — я потрепал его по плечу. — Не кисни. Неудобно же, люди смотрят! — я махнул вдоль стен, показывая на ряды внимательных нарисованных глаз. Изучать будущих родственников некогда. Интересно, не скрою, хоть одним глазком глянуть на знаменитого дядюшку, главу семьи, но гораздо хуже, если сама натура явится в гости, а у нас ничего не готово.

— Не нравится мне всё это, — бормотал Витёк, когда я тащил его прочь из галереи. — Ты не знаешь легенду?

— О чем? Жениха Моревны убивают, но она возвращает любимого с того света? Это же хорошо!

— Я не знаю, как рассказывают у людей, — скептически заметил вампир, — только меня учили восстанавливать истину из легенд! И теперь я знаю, что с женихом морской царевны ничего не может случиться ДО свадьбы! А после? Белый, пойми ты…

— Ничего не хочу слышать! У меня метка сама по себе, не из-за Маруськи! Если ведьма сможет меня спасти, милости просим! Я не против ещё немножко пожить!

— Вот упрямый кашалот! Ты не знаешь, как у них получилось! Но спасти можно, тридцать скатов тебе в печенку, жениха, а не мужа!! Разницу знаешь?

Я затормозил, отпустив помощника. Витёк редко ругался. Постоянно ныл, меланхолик, но образных морских выражений в его арсенале не было.

— Я ценю твою заботу обо мне, правда, — я старался говорить взвешено. — Но Маруся знает легенды своего рода лучше нас, так? Если ей нужна свадьба, так наверно не для того, чтоб скорее меня в гроб загнать! Как ты думаешь?

— Так и думаю, — угрюмо согласился вампир. На его острых скулах ходили мускулы. — Но не понимаю…

— Разберемся, — заверил я. — Пошли.