Белый танец

Глава 11. Все имеет свою цену

Девона побрела в сторону кучки людей, столпившихся в тени поникших почерневших деревьев. Заметив ее приближение, солдаты поспешно расступились, и девушка увидела, как некоторые, скрываясь за спинами товарищей, незаметно совершали руками жесты, обращаясь к священному дереву.

Сейчас она не хотела думать об этом. С трудом вытаскивая ноги из раскисшей земли, девушка думала только о том, чтобы не оставить в размокшей, больше похожей на грязное болото земле одну из туфель. Чулки промокли, края юбки тоже и к тому же она чувствовала себя уже совершенно продрогшей.

“Вот что мы натворили”. И сейчас же поправила себя. “Я натворила”.

На земле лежало три тела. Лица были скрыты небрежно наброшенными куртками и пиджаками. Некоторое время она молчала не в силах оторваться от посиневшего пальца, торчащего из дырки в полосатом носке. На другой ноге мужчины ботинок висел огромным комком налипшей глины. Такие же посиневшие руки, сжавшиеся в кулаки с последним отчаянным усилием, выглядывали из рукавов грубого свитера.

Сама не зная зачем, она сделала движение, словно желая отбросить покрывало и заглянуть в лицо умершего.

- Не стоит, мадам. Не надо вам. Там все… нехорошо.

Дана оглянулась и попыталась определить, кто это сказал. Серые мундиры стражников сливались с серыми красками погибшей травы и бледными пятнами свернувшихся, смятых листьев.

“Надо выбрать одного и обращаться к нему”.

- Как вас зовут?

Высокий черноволосый мужчина с форменным кепи, сдвинутым на затылок, и грустно поникшими длинными усами не успел отвести взгляд. Ей показалось, что другие с облегчением вздохнули и даже слегка расслабились, ожидая, что же скажет их товарищ. Ведь отвечать ведьме придется не им.

- Сержант Жером, мадам.

Ну вот, кажется, она угадала, интуитивно выбрала какого-то начальника.

- Сержант, скажите, кто эти люди?

С чего-то нужно было начинать. Может быть, она узнает больше.

Сержант, казалось, не удивился вопросу девушки.

- Не знаем, мадам. Скорее всего, местные. Вроде бы наши видели двоих из них в городе.

Дана заметила, как парочка стоящих с краю стражников, вновь при этих словах постарались спрятаться за спинами товарищей. Это могло означать, что солдаты успели завести знакомство с местными жителями, скорее всего, в каком-нибудь кабаке или борделе.

- Ну, хорошо. И что с ними случилось?

Шеренга мужчин вновь дрогнула, и Дана с удивлением увидела, как они словно пытались отогнать от себя нечто, характерным жестом с разведенными пальцами. Сержант на мгновение потерял дар речи и стоял, выпучив глаза.

- Что вы замолчали, Жером?

Мужчина наконец смог выдохнуть и пробормотал, так что она скорее догадалась, чем расслышала:

- Они умерли.

- Умерли? Но как?

Теперь уже и он почти отвернулся, изо всех сил стараясь не встретиться с ней взглядом.

- Они замерзли. Мне так кажется.

“Замерзли деревья, трава. Все здесь замерзло”. Она перевела взгляд на лежащие тела, потом развернулась и бросила уже на ходу:

- Заройте тела. Побыстрее.

В доме было теплее и ей сразу стало как-то спокойнее. Дар и Фельден стояли у стола и тихо разговаривали, рассматривая разложенные на солдатском плаще предметы. Услышав шаги, они обернулись и расступились, позволяя ей рассмотреть поближе вещи мертвеца.

Ничего особенного, кажется, по меркам этого мира. Несколько монет и купюр под кожаным бумажником. Амулет из серебристого металла с надписью на неизвестном языке и с черным шнурком вместо цепочки. Кинжал в простых кожаных ножнах и пистолет музейного вида, украшенный на рукояти желтоватыми металлическими листочками или чешуйками.

Рука сама потянулась к серебряному кружочку, но офицер опередил ее. Некоторое время Фельден молчал, внимательно изучая амулет, переворачивая то одной, то другой стороной.

Дана протянула руку, и офицер торопливо опустил в ладонь таинственный предмет, сопроводив ничего не значащей для нее фразой.

- Мелькарт сражается с Тифоном. Вам знакома эта история?

- Нет.

Металл был холодный-холодный, застывшая льдинка, которая словно отталкивала человеческое тепло. В кольце непонятных значков странное чудовище с множеством пастей сжимало в объятиях мужчину с огромным камнем, поднятым над головой. Она провела пальцами по неровному краю амулета.

- Покровитель Тира сражался с хозяином огня и подземных сил и проиграл. Но потом воскрес, чтобы вновь продолжить битву.

Что-то ей напоминала эта история, что-то знакомое. Фельден вновь взял потемневший от долгого соприкосновения с человеческим телом предмет и сжал его в ладонях. Теперь в его словах слышалась горечь.

- В Тире жили те, кто считал, что для борьбы с врагами можно использовать все методы. Они объединились в тайное общество воинов последнего часа. Но это не помогло.

Лицо Дара не выражало ничего. Страж не участвовал в разговоре, и только время от времени поглаживал рукоять меча. Кажется, она читала про таких людей, убивающих из-за угла. Или видела кино.

- Воскресшие, чтобы сражаться. Я знаю, в другом месте и в другое время их называли ассасины.

Дана сразу же поняла, что совершила какую-то глупость. Возможно, она по-прежнему слишком много болтала, и наступившее молчание могло только служить этому прямым подтверждением. Фельден смотрел на нее отсутствующим взглядом, а на лице стража промелькнуло выражение неудовольствия. Она даже не поверила себе, но через мгновение Дар вновь с каменным видом наблюдал рассматривал за ее спиной нечто видимое только ему.

Дана отложила амулет, ставший внезапно обжигающе холодным, и протянула руку к пистолету.

- Я думал, они все умерли. На них охотились как на диких зверей. И свои, и чужие.

Дана отдернула руку, едва коснувшись оружия. Что-то в голосе финикийца заставило ее отступить. Теперь она отвернулась от стола и попыталась поймать его взгляд, проследить за нитью, уходящей куда-то далеко в иное, чужое место, или в прошлое, случившееся когда-то. Или наоборот, не случившееся и от этого заставляющее этого человека переживать еще больше.