Белый волк и солнечные овцы.

Сол.4 глава/1 часть. Усадьба Лунных Роз.

Светлое солнце освещало тихий лес. По сторонам дороги вырисовывались деревья, закрывающие большую часть неба своими огромными ветками. Птицы перекрикивались в глубине темных зарослей, иногда мелькая между размытых стволов.

Дормез[1] раскачивался по неровной дороге, нарушая спокойствие чащи скрипом колёс и топотом копыт тройки. Серые лошади везли груз, не спеша перебирая ногами и созвучно цокая. Извозчик осторожно управлял поводьями, следя за кривой стезёй.

С каждым метром лес вокруг становился темнее и темнее. Густые ветки елей и деревьев полностью закрыли светлое небо. Утреннее пение птиц перешло в жуткий скрип и уханье. Дикие звери бесшумно шастали в тенях, сияя своими блестящими глазами.

В это время в этом самом дормезе сидели две личности. С одной стороны сидел высокий мужчина, одетый в рубашку, поверх которой аккуратно расположился плащ, обшитый золотыми узорами. Каждая пуговица на рубашке была бережно застегнута, не позволяя назвать личность неопрятной. На его руках были надеты тёмные перчатки, на которых виднелись пару перстней. Если бросить быстрый взгляд на него, то можно было бы заметить некое сходство с длиннолапым вороном. Даже пара карих глаз внимательно рассматривали окружение иногда прищуриваясь как хищная птица. Он будто решал неизведанную загадку. Туманным взглядом смотря в окно, мужчина взволнованно вздыхал, иногда поправляя пряди волос, которые падали и закрывали ему обзор. Перед ним сидела девушка, которая, облокотившись на бархатную обивку сидений, спала. Ее беспокойное круглое личико хранило некую немую скорбь. Скрестив руки на груди, она будто защищалась от кого-то в ее сознании. Девушка была в чёрной рубашке, а на ее широких рукавах был вышит узор цветков лилий белыми и желтыми нитками. Поверх неё была жилетка, которая была зашнурована канареечными веревочками. Черный образ делало ее некой тенью, которой хочется быть везде и при этом оставаясь незамеченной. На её шее висело несколько цепочек, усыпанные сверкающими драгоценными камнями, а ее дымчатые волосы вздрагивали под спокойным и безмятежным дыханием. Изначально кажется, что эта девушка была мила и безобидна, но не все красное яблоко сладко. Пока не надкусишь не узнаешь. А может яблоко и вовсе червивое.

Между этими двумя есть некая связь, но они не являются ни родственниками, ни парой. Ведь не дано девушке с огромной душой, в которой бьются несколько ветров, полюбить того, чья плоть поглощена в покорное служение. Но, несмотря на это, только птицы, несравнимые с огромными змиями, способны увидеть бреши в их крепкой плоти и уберечь ее. Часто более могущественные души ищут тех, кто по сравнению с ними мал и кроток. Огромные внутренние сущности состоят из таких же незначительных сознаний, количество которых вымеряется пробами и ошибками, совершенными личностью. В крайнем случае, более мелкую душу можно съесть…

Внутри дормеза была тишина и покой.

Внезапно из глубины мрачного леса послышался томный волчий вой, который эхом раздался меж густых деревьев. Девушка, не торопясь, открыла сонные глаза и посмотрела в окно на темные стволы и колючие ветки елей.

- Миледи, - негромко проговорил мужчина, - мы скоро будем на месте.

Тяжело вздохнув, девушка кивнула собеседнику и, протерев сонные глаза, тоненькой рукой взяла бумаги с сидений, которые лежали всё это время рядом с ней. Шурша, она молча читала текст, написанный аккуратными буквами. Девушка то хмурилась, то прикусывала губу, пробегая несколько раз взглядом по одной строчке.

- Пэтер, что ты слышал про Бориндкла Эдегана? - Спросила она.

- Только то, что ваша семья намного влиятельней его, - отрицательно покачал головой мужчина.

Лес продолжал становиться всё темнее, обволакивая своим холодом всё окружение. Если раньше было слышно уханье сов и карканье ворон, то теперь настала тишина. В дормезе стало темно, и, заметив это, Петэр поднялся с сидений, ища руками нечто наверху большой кареты. Внезапно пространство осветилось светом, и под потолком засияли маленькие огоньки. Сделав часть своей работы, Петэр сел обратно на сиденье и продолжил смотреть в окно. Теперь среди мрака и холода, сквозь густой туман не спеша ехал по неровной дороге дормез, свет которого освещал ближайшие деревья. Девушка продолжала сидеть и читать текст, написанный на бумаге. Свет освещал буквы и слова на листе. Но для нее не было никакой разницы, читать со светом или без.

- Бориндкл Эдеган пользуется уважением у других оборотней, - тихо проговорил Пэтер. - Даже сам Айнарик Влэвлэд, наш давний и надежный союзник, отзывается о нём добрым словом. Коль Бориндкл примет наши условия, то вы получите хорошую поддержку со стороны юга, что значительно поднимет ваш статус, миледи.

Она молчала. Прикусив губу, она теребила бумаги, которые уже немного помялись. Прядь серых волос упала ей на глаза, закрывая обзор. Аккуратной рукой она не спеша заправила волосы обратно.

- Пэтер, - обратилась она сдавленным голосом, - не забуду ли я ничего? На юге мы редкие гости, и мне неизвестны здешние законы. Помимо климата, сий народ совсем иной...

Девушка осторожно положила исписанные текстом бумаги рядом с собой, тем самым освободив дрожавшие руки. Сложив их в замок, она молча отвернулась, направив печальный взгляд в пол.

- Миледи, если вы что-нибудь забудете, то в моих обязанностях вам это напомнить, - уверенным голосом заявил мужчина. - Как мне известно, ваше влияние и статус является активным везде, не зависимо от места вашего пребывания. Поэтому вам не стоит беспокоиться о вашей безопасности и некорректного отношения к вам со стороны крестьян. Я всегда буду рядом с вами и не позволю недостойного обращения к вам...