Берегите ангелов!

Глава 2. О том, как решения могут изменить жизнь

Глава 2. О том, как решения могут изменить жизнь

Вернувшись к своей группе, Саша ещё долго думала о Наде. О том, как девочка вцепилась в неё, как отказывалась уходить со своей воспитательницей, пока Саша сама её не попросила. Конечно, она видела уже случаи, когда воспитатель не мог понять ребёнка или, наоборот, ребёнок не понимал воспитателя, поэтому между ними складывались поверхностные и холодные взаимоотношения. Но не до такой же степени...

-Шур, тебя что-то беспокоит?, -негромко спросила Клавдия Семеновна, подойдя к девушке. У них было время поговорить, пока детки доедали кашу и пили чай с конфетками из маленьких вазочек, которые стоят на каждом столике. Саша и Клавдия Семеновна исправно следили за тем, чтобы эти вазочки не оставались пустыми.

-Пока не знаю, -ответила в задумчивости Саша, а потом посмотрела на эту замечательную женщину. С Клавдией Семеновной ей, правда, очень повезло. Такую нянечку теперь ещё поискать надо. Всё успевает, всегда улыбчивая, а её глаза до сих пор молоды и горят тем задором, которого так не хватает многим. И к детям она относится с таким же трепетом, будто бы они все её внуки и внучки, -…Меня беспокоит одна девочка. Надя. Я говорила с ней сегодня, она очень подавлена. Вы бы видели её..., -решила Александра всё же поделиться своими переживаниями, но рассказывать о главном, об их договорённости с Надей, она не стала.

-Шур, я слышала про это, -Клавдия Семёновна с пониманием положила руку девушке на плечо, добродушно улыбаясь, -…Тёмочку усыновили, а её – нет. Я не одобряю этого, поверь, но такое происходит сплошь и рядом. Многие будущие родители чувствуют себя здесь, словно в зоомагазине, не думают о том, что разлука брата с сестрой может быть болезненна для ребёнка, многие же считают, что детям всё равно, лишь бы покинуть детский дом. И ты ещё не раз столкнёшься с этим отношением, -говорила Клавдия Семеновна, опираясь на свой большой опыт работы, но, понимая чувства своей молодой коллеги, не стала её в чём-либо упрекать. А ещё Клавдия Семёновна сердцем чувствовала, что Шурочка не оставит это просто так, не такой она человек. И, видит Бог, пожилая нянечка восхищается этой молодой воспитательницей, но, если она будет так всем раздавать себя без остатка, очень быстро сама сгорит.

-А я должна просто смириться и смотреть на это?, - со свойственной горячностью и пылкостью перебила девушка, но замолчала, посмотрев на Клавдию. Та не прекращала улыбалась. Мягкой доброй и понимающей улыбкой, что хотелось кинуться в объятья нянечки и рассказать ей обо всём.

-А ты можешь как-то повлиять на это? Можешь изменить это отношение людей?, - спросила Клавдия, говоря уже не только про Надю и тех «родителей», которые так поступили с ней и её братом. Она говорила про всех людей.

Саша не ответила. Она понимала, что изменить всех людей, их отношение к детям без родителей, не сможет. Ей одной это не по силам. Девушка опустила голову, чувствуя, как к горлу подступает этот противный ком, вслед за которым глаза наполняются слезами. Но ведь она может хотя бы попытаться помочь Наде, сдержать то слово, которое ей уже дала. И в этот момент Саша твёрдо решила для себя, что поможет Наде, что сделает всё, что в её силах, потому что перемены начинаются с нас самих. Одно решение может изменить жизнь, судьбу, ход истории.

-Тёть Саш, мы поели, - один за одним стали говорить ребятки, ставя на столик уже пустую чашку чая. А у некоторых ещё шоколад от конфет остался на губах или щеке. Какие же милые эти чумазики! Вот как к ним можно относиться, как к каким-то чужим детям с улицы, которым здесь будто бы одолжение делают тем, что дают крышу над головой, кормят, поят, одевают… Ведь это дети, ещё ни перед кем невиноватые. И у каждого сейчас такие довольные улыбки, что каждого из них хочется расцеловать, побаловать и для каждого найти любящую семью.

-Так, а вытереться, шоколадные вы мои? И каждый сам за собой относит посуду, - смеясь, напомнила девушка, и ещё пару секунд никто не вышел из-за стола, вытирая лицо руками или салфеточкой. Кто до чего додумался, а Саша для себя отметила тех ребят, которые вытирались руками. И затем детки начали вставать из-за стола, собирая за собой посуду, из которой ели, чтобы отнести её к кухне-нише на помывку.

-А теперь одеваться в садик и заправлять свои кроватки тем, кто этого не сделал до зарядки, -с этими словами Клавдия с Сашей увели малышей в другую комнату. Здесь стоят кроватки, шкафчики со встроенными тумбочками для каждого. Кровати, к слову, прибрали все, но многие до сих пор небрежно. Дети…Ничего, вот будут менять снова постельное белье, потренируются, не вечно же им с Клавдией это делать за них. Клавдия Семеновна и Саша смотрели за тем, кто не справляется с колготками или кому нужно застегнуть пуговички на платье или рубашке. Кто-то любил справляться сам, а кто-то звал на помощь. Девочкам ещё надо было заплести косички, сделать хвостик или пучок. А вот у Клавдии Семёновны ещё лучше получаются всякие корзиночки, качельки. Иногда даже Саша просила у нянечки причёску.

В назначенное время у детского дома уже ждал автобус. Пазик с табличкой «дети». Именно на таком пазике детей развозили в детский сад и школу, а после обратно, в детский дом. Усаживая свою группу в автобус, Саша снова увиделась с Надей. Девочка шла в школьной униформе, волосы затянуты в тугую косичку, за плечами – рюкзак. Когда их взгляды пересеклись, Надя вдруг помедлила, стала всех вперёд пропускать. Заметив это, Саша своих детей ещё раз по головам пересчитала, удачи всем пожелала и вышла из автобуса. Проходя мимо Нади, она вдруг заметила, что девочка ей игрушку передала. Та самая такса. Глянув на игрушку, а потом на Надю, Саша улыбнулась и девочка улыбнулась ей в ответ. Теперь надо действовать.