Беременна от предателя. Я ухожу

Глава 39

Звонок меня застаёт на половине дороги. Номер незнакомый, но абонент очень настойчив. В первый раз я выключаю звук, потому что все ещё настраиваю себя на разговор с Маратом. Пусть решительности во мне много, но в этих подковерных играх у меня опыта совсем нет.

Телефон снова звонит. Тот же номер.

— Слушаю, — отвечаю я.

— Валерия Константиновна, — раздается в трубке мужской голос, — меня зовут Игнат Алексеевич. Нам надо поговорить.

— Говорите, — сдержанно говорю, все ещё не понимая, кто это и чего от меня хотят, но надеюсь, что сейчас объяснят.

— Я бы хотел при личной встрече, — добавляет настойчивости мой собеседник. — Это в ваших же интересах.

Даже так? И кто этот добрый самаритянин, который так блюдет мои интересы? Когда вокруг разводится серпентарий, подобные слова кажутся издевательством. И тут меня осеняет. Вспоминаю разговор с Тимуром, после того как он пришел со следами блеска для губ на рубашке.

— Ваша фамилия Баринов? — спрашиваю я.

— Я был уверен, что вы умная женщина, — теперь появляются нотки лести. — Так что насчёт встречи, Валерия Константиновна?

— Когда? — уточняю, думая, что сейчас терять мне нечего.

И даже любопытно становится, что этот блюститель моих интересов хочет сказать. Может, хоть он немного приоткроет карты — наверняка же что-то знает, если настаивает на встрече.

— Прямо сейчас, если вы не заняты, — отвечает Игнат Алексеевич. — Адрес отправлю. Это мой офис.

— Хорошо, — соглашаюсь я.

Марат подождёт. Тем более если он не стал мне ничего рассказывать, пока я сама не надавила… В общем, послушаю сначала Баринова. Тимур его не жалует, но главное сейчас — информация.

Офис Игната Алексеевича обставлен с размахом, в отличие от минимализма в офисе мужа. Любит Баринов выставить свое благосостояние напоказ. Но интерьер меня сейчас волнует в последнюю очередь.

Меня даже от самого входа провожают в кабинет и любезно открывают дверь. Ступаю внутрь и натыкаюсь на взгляд, полный любопытства.

— Валерия Константиновна, — наконец вспоминает о вежливости Игнат Алексеевич, поднимаясь. — Вы прекрасно выглядите.

— Благодарю, — киваю и, стараясь держаться уверенно, прохожу к креслу, которое отодвигает для меня в приглашении Баринов.

— Чай, кофе? — любезно предлагает он.

— Давайте сразу к делу, — прошу я.

— Люблю деловых людей, — замечает Игнат Алексеевич и занимает свое место, продолжая рассматривать меня так, что становится немного неуютно.

Я все ещё слабо представляю, что ему от меня надо. Наверняка это связано с делами Тимура. Только при чем здесь я?

— Вы хотели со мной поговорить, — напоминаю я.

— Да, Валерия Константиновна, — улыбается мне Баринов. — Думаю, мы с вами можем помочь друг другу.

— И чем же? — не понимаю я. — Давайте не будем ходить вокруг да около. Вы, думаю, хотите бизнес моего мужа, только я вам ничем не могу помочь. В таком случае вам стоило бы поговорить с Маратом Гордеевичем, чтобы он продал вам свою долю.

Как бы мне ни было больно и обидно, но говорить о том, что фирма вроде как продана, я не стану.

— Послушайте, Валерия Константиновна, как я и говорил, в ваших интересах меня выслушать, — принимает мои правила Баринов, и его тон становится более официальным, а не показательно дружеским. — Вы извините, что я так прямо… — делает небольшую паузу. — Но у вашего мужа скоро будет ребенок от другой женщины.

Серьезно? Может, об этом уже полгорода знает? Только это была присказка, а сказка явно ещё впереди.

— Вы позвали меня, чтобы сообщить об этом? — интересуюсь я, хотя сжимаю руки в кулаки так, что ногти почти прорезают кожу.

Держись, Лера… Нельзя больше никому показывать свою боль, иначе ударят именно по тому месту, где и болит.

— Нет, Валерия Константиновна, — качает головой Игнат Алексеевич. — Этот ребенок унаследует часть вашего мужа, а вы? Останетесь у разбитого корыта? Или думаете, что ваш муж так не поступит?

Я уже не думаю о поступках Тимура. Да и какая вообще разница, что я могу предполагать, если в итоге получается все хуже некуда?

— Чего вы хотите от меня? — игнорирую вопросы Баринова, ведь они явно к делу не относятся, а обсуждать с ним свою семейную жизнь, если ее ещё можно так назвать, я не собираюсь.

— Я помогу вам, Валерия Константиновна, — со всей искренностью обещает мне Игнат Алексеевич. — Лучшие мои адвокаты помогут вам забрать часть фирмы, а вы продадите ее мне. Причем я сумму предложу, скажем, процентов на двадцать больше.

— А если, допустим, Марат Гордеевич предложит мне на тридцать больше? — усмехаюсь я.

Конечно, в дела фирмы я не вникала, но не настолько же я непроходимая, чтобы не сложить дважды два.

— Торг всегда уместен, — говорит Баринов.

— Я же могу подумать? — вроде как задумываюсь.

— Конечно, — не возражает Игнат Алексеевич. — Только не слишком долго, а то действительно останетесь у разбитого корыта. Не удивлюсь, если ваш муж уже пытается что-то провернуть. Не зря же он так резко сорвался из города.

А если он прав? Ладно, впереди ещё разговор с Маратом. Посмотрим, что он скажет. Все же он намного ближе, чем Баринов. Правда, все перемешалось, и непонятно, кто друг, а кто нет.

Попрощавшись с Игнатом Алексеевичем, еду в офис Тимура. Понятно, озвученное только что предложение не столько в моих интересах, сколько нужно самому Баринову.

И про ребенка от знает, скорее всего, от самой Оксаны. И как долго они это планировали? Она получает мужчину, он — часть бизнеса. А потом наверняка и остальное пожелает прибрать к рукам.

А я?.. Не знаю пока, что меня ждёт, но, может, Марат сейчас просветит.

— Ну наконец-то! — говорит он, когда я вхожу в его кабинет, а потом ненадолго зависает, рассматривая меня, и повторяет то, что я недавно слышала от Баринова: — Прекрасно выглядишь.

— Я могу оспорить сделку? — задаю вопрос в лоб.

— Лер, стоп, — Марат поднимает руки. — Давай поговорим по-человечески. Не думал, что мне придется объясняться с тобой. Может, стоит дождаться Тимура?