Беременна от тирана. Девочка Самира

Глава 16. 2

Поджимаю губы, пытаюсь сообразить хоть что-то.

Но не придумываю ничего умнее, чем это. Встаю со своего места, выпрямляюсь и поворачиваюсь к Самиру. Он смиряет меня одним только жгучим взглядом.

– Я… – мямлю, тут же ловя на своей груди взгляд Хаджиева. О, чёрт. Как же хорошо, что я сегодня надела это грёбаное классическое платье. На широких бретелях, с декольте. Ткань плотная – поддерживает грудь. А вот платье коротковато… Но оно тому и к лучшему.

Я впервые делаю такой меткий выбор в одежде.

– Ну? – хотя голос его не смягчается. – Что ты делала у меня под столом?

Странный вопрос.

– Ждала тебя, – голос похож на писк. Отвожу на мгновение взгляд и снова возвращаю на него. Милана, соберись. Он не должен ни о чём догадаться.

– Меня? – вскидывает брови, изучая тёмными глазами. И, кажется, что-то подозревает, судя по взгляду…

Опускаю ладонь ему на грудь и смахиваю невидимую пылинку. Твою же мать…

Нужно быть убедительнее.

– Да, – киваю. – Хотела бы отпроситься у тебя на…

Думай! Быстрее! Что тебе надо?

В полицию? Нет-нет!

– Йогу, – выпаливаю быстро. Первое, что приходит в голову. – Я читала, что для беременных полезно.

Хотя, я не уверена.

– Йога, значит, – прищуривается. Делает шаг вперёд, опускает ладонь на мою спину и притягивает к себе. От близости с ним дышать перестаю. Уже знаю, что будет дальше. Чувствую низом живота… Он всегда такой возбуждённый?.. – Надо постараться, чтобы я отпустил тебя.

Грубые ладони скользят на ягодицы. Сжимают их. И одним сдавливание приподнимает меня от пола. А следом сажают на дубовый тёмно-коричневый стол.

Хаджиев вклинивается между моих ног и ведёт пальцами выше. По копчику. Позвоночнику. К бретелям платья. Которые он опускает вниз по плечам. Всё это время не отводя своих карих, прожигающих не только тело, но и душу, глаз.

Наклоняется и начинает целовать.  Требовательно, жёстко, страстно. Оставляя безобразные отметины на моём теле.

Откидываю голову назад, открывая ему шею.

И он целует.

Мнёт моё тело в своих руках. Как всегда. По-хозяйски, властно. Но в этот раз хотя бы не больно.

Немного разогревает меня, лаская руками мою кожу.

Я чуть расслабляюсь, хотя всё равно переживаю за ту папку.

Пытаюсь абстрагироваться.

Чтобы хотя бы получить капельку удовольствия. Потом не отмывать его следы от своего тела часами в ванной.

– Да ты я смотрю сегодня сама не своя, – шепчет, касаясь губами кожи.  

Самир ожидаемо задирает и так короткое платье. И делает всё, как и всегда. Подчиняет своей воли, заставляя принять и абстрагироваться.

Понять, что выхода нет.

– Да. Я смирилась, – выдыхаю, прикрывая глаза.

Я немного изображаю страсть. Обвиваю его шею руками. Целую в губы.

Хаджиев – подонок чистой воды.

Но каким бы он не был – целуется он хорошо.

По кабинету разлетаются мои мычания, его рычания и звонкие шлепки наших тел.

Всё заканчивается минут через двадцать. Я тяжело дышу и пытаюсь прийти в себя, пока отхожу от наслаждения. Первого. Но не желанного.

Я его не хотела.

Лучше бы уж мучилась от боли, как и всегда.

Не знаю, что случилось…

Я его ненавижу. Не испытываю плотского желания. Ничего не чувствую. Но сегодня… Странно.

Это случилось.

Но и бурного восторга нет. Наверное, потому… Что я всё ещё ненавижу этого человека. Он вроде не сделал мне ничего плохого. Кроме как…

Я усмехаюсь.

Да как же…

Стремление получить ребёнка делает из него животное. Но сегодня он хотя бы позаботился обо мне. Или я себе это надумала?

– Молодец, – усмехается, целуя меня в губы. Невесомо. – Заслужила. Будет тебе йога.

Он говорит эти слова, отстраняется от меня и уходит.

А я подрываюсь на месте. Одеваюсь, хватаю папку и сую под платье. И вылетаю из кабинета как пробка из шампанского. Только бы он меня с ней не увидел.

***

На следующий день, ближе к обеду в мою комнату заходит девушка. Представляется Ириной и говорит, что она мой новый инструктор по йоге.

Когда слышу этот – ещё один огонёк надежды гаснет.

Я думала, если смогу выбраться из дома – что-нибудь придумаю, но теперь… Этого не будет. Я поняла.

Занимаюсь йогой без энтузиазма, а после обеда приходит Багров. Сидит спокойно в моей комнате, рассматривая мои трусы. У Хаджиева отвратительная охрана. И знакомые.

– Ну? Принесла? – откидывает бельё в сторону. Мерзко. Я их выкину.