Беременна от тирана. Девочка Самира

Глава 20

– Я пошла… Поесть. Ребёнок кушать захотел.

Вижу, как его глаза смягчаются.

Я поняла. Для Самира слабое место – дети.

– Иди ешь, – разворачивается ко мне своей широкой спиной. Постойте-ка… Где майка? Я вижу только переливающиеся твёрдые мышцы в свете тусклых светильников. – Потом спать. Придёшь ко мне в спальню.

Я сглатываю.

Это ещё зачем?

Хочу расспросить. Но вместо этого говорю только одно единственное слово:

– Х-хорошо.

Я немного волнуюсь, проговаривая это.

Знаю я, зачем он меня зовёт.

И я опять пугаюсь.

До этого мне было всё равно, как он меня брал. А теперь я боюсь. Что он малышу больно сделает.

Но сейчас самый лучший вариант для его соблазнения. На мне ночнушка. Очень неплохая. Коротенькая. Разве это не шанс немного смягчить его?

Киваю своим мыслям.

Решительно.

Твёрдо.

Вместо кухни иду за ним.

Пока не остыл.

И слышу в ушах собственное сердце. Пульс учащается. Чувствую, как жилка на шее бьётся.

Дохожу до его спальни. Открываю двери.

И с сомнением перешагиваю порог комнаты.

– Я зачем-то нужна была тебе? – спрашиваю неловко. Не сразу замечаю мужчину. Только тогда…

Когда он полуобнажённый выходит из ванной. В одном полотенце на бёдрах. Волосы мокрые, с тела стекают капли воды… Я сглатываю, но не от безупречного вида мужчины. А от того, что он идёт в мою сторону, вытирая другим полотенце волосы. По пути выкидывает его в кресло, хватает меня бесцеремонно за руку и тащит за собой. Несколько шагов и я падаю на кровать.

А мужское тело, отдающее нотками моря, накрывает меня. Самир подаётся вперёд и жадно целует. Кажется, даже не видит, где мои губы. На автомате находит. И так злостно целует… Что внизу живота узел тугой закручивается.

Мамочки… Впервые такое.

Обычно возбуждение в процессе приходит. А сегодня… Не так всё. Руки на его плечи опускаю. Голые, горячие и дико твёрдые… Веду по ним пальцами. А сама жмурюсь от такой настойчивости. Он так целует, что  ещё чуть-чуть и кровать начнёт туда-сюда раскачиваться.

Но длится всё это недолго.

Хаджиев отрывается от меня. Спускается вниз, по шее.

Я отворачиваюсь, закусываю губу.

Странно чувствовать такие ощущения. Тёплые, приятные. От которых низ живота тянет.

Он доходит до груди.

Представляю, что он сейчас сделает.

Но все мои представления летят на дно ада. Хаджиев отстраняется от меня, заваливаясь на вторую часть кровати.

– Ложись спать, Милана, – буквально цедит сквозь зубы.

А я лежу, смотрю в потолок. Хлопаю ресницами.

Что не так?

Ему не понравились мои руки на плечах? Или что?...

– Я пойду? – спрашиваю аккуратно, понимая, что опять сделала что-то не так. Миссия «соблазнение» провалена.

– Я сказал, ложись. А не иди, – ледяной водой окатывает будто.

Я забираюсь нормально на постель. Укрываюсь одеялом с головой. И думаю только об одном. Почему он остановился, если позвал меня в свою спальню? И теперь, отвернувшись, велит мне спать?

***

– Ты выучила?

Я киваю, ещё раз прохожусь по тексту. Сегодняшнее утреннее пробуждение было занимательным. Меня заставили учить текст. Который мне предстоит рассказать на интервью, если спросят. Это будет прямой эфир, поэтому оплошать нельзя.

– Да, я запомнила, – откладываю листы. – И готова. Но боюсь, я запнусь.

– Тогда я скормлю тебя псам, – говорит чересчур серьёзно.

– Знаешь, твой юмор не всегда смешной… – нерешительно говорю.

– А это и не юмор, – звучит. Но я-то знаю, что собак у него нет, и никому он меня не скормит.

Хаджиев выходит и салона. Мы уже приехали?

Рядом со мной слышится звук открываемой двери. Я иду следом за ним, принимаю ладонь Вахи и становлюсь на заснеженный асфальт. Тут же становится холодно. Сегодня метель, поэтому в лицо ударяет ветер и снег.

Я на автомате направляюсь к Хаджиеву. Взять его за руку. Мы же пара, надо это показать.

– Стой, где стоишь, – внезапно произносит.

Я как вкопанная становлюсь.

Ноги не двигаются.

 Хаджиев подходит ко мне сам.

– А? – не понимаю, чего это с ним? Поднимает голову вверх. Всматривается в здание. Вокруг. И заостряет внимание на одном доме.

– Что-то случилось? – испуг тут же всё тело пропитывает. С ног до головы.