Беременна от врага. После развода

Глава 13

Надя

- Хоть режьте меня. Хоть убивайте. Хоть сажайте. Ничего подписывать не буду! - говорю так жёстко, как только могу. Насколько смелости хватает.

А что мне будет?

Во мне живёт малыш этого обезумевшего от денег мужлана.

Что сделает Фролов?!

Самоуверенно спрашиваю:

- Камера у нас с сыном будет хорошая? С видом во двор тюрьмы? Нас с сынишкой голодом не будут морить в СИЗО? Или ты – папаша позаботишься о передачках?

- Ты чего несёшь? – злится хозяин жизни. – Подписывай контракт, Надюха. Не буди во мне зверя.

- Это ты не буди во мне кошку…

- Кошку? – мужчины переглядываются.

- Да. Дикую и злую, готовую защищать своего детёныша когтями и зубами. Если понадобится.

Егор переглядывается с мужчинами.

Те озадаченно жмут плечами.

Явно не знают, что со мной делать.

Они думали, я шита лыком? Не на ту напали. Когда-то я была очень даже ого-го!

До брака с мужем, который убил во мне амбиции, харизму, творческую жилку, и всё то, чем я могла бы гордиться, рассказывая внукам, какая у них была бабуля в молодости.

- Поверить не могу, что какая-то бабища доставляет мне столько хлопот, - цедит с отчаянием Егор, хватаясь за голову. – Любая молодая с мозгами давно бы вцепилась в моё предложение руками и ногами. Откуда в тебе столько гонора?

- За оскорбление привлеку к ответственности!

- Ты сначала докажи! – бросает на меня уставший взгляд. - Как ещё можно тебя уговорить, чтобы ты стала доброй и покладистой? – спрашивает, изучая меня.

Наивный. Думает, у женщины моих лет на лице ключик от характера нарисован? Можно снять слепок, изготовить ключ и получить всё, что хочешь?

У меня у самой нет этого ключа! Потеряла давным-давно.

Вслух говорю, пробуя почву:

- Понять, простить и отпустить, - шепчу я. В моём голосе разлита бесконечная нежность.

- Я жутко устал от тебя, Надя. Кажется, ты совсем не понимаешь хорошего языка. Да? С тобой по-плохому только можно общаться. Как твой муж… Не удивлюсь, если этот урод поднимал на тебя руку.

- Что? – вспыхиваю с негодованием. – Я бы с ним не жила ни дня, если бы он позволил себе подобное. Да я бы сама приложила его сковородой!

- Когда это ты стала такой бойкой?.. – глядит так, словно впервые видит.

- Тогда, когда понадобилось, - фыркаю негодующе. – Когда ты меня запер как зверя в доме.

- Понял. Гормоны, - делает свой вывод.

- Если ты такой понятливый, то просто отпусти меня. В конце концов, когда ребёнок родится, сделаем тест. Если он мой и твой… наш. Тогда поговорим о совместной опеке – ты, например, будешь видеться с сыном в выходные. А я - в будни. Или как-то иначе.

- Надя, ты не входишь в мои планы! – говорит с вызовом.

- Егор, она издевается над вами. Пора заканчивать этот балаган. Скрутим её и заставим подписать контракт брачный. Мы держать будем, а вы водить её рукой, - предлагает юрист, у которого явно переизбыток гормона тестостерон.

В женщине увидел врага.

- За это я вас по хулиганке привлеку, - тут же нахожусь я. – Групповое нападение на беременную женщину. Плюс к этому удержание незаконное в доме, лишение свободы изъявления воли – уйти не даёте. Да-да, я тоже телевизор смотрю.

Фролов молчит, злобный взгляд не сводит с меня.

Суров как генерал, сдвинул для устрашения брови на переносице.

- Не смейте её трогать! Я вам запрещаю! Если навредите моему ребёнку – вам не жить! – холодно чеканит он.

И странно глядит на меня.

Нет, только не это!

Прошибает ледяной пот Качаюсь. Ошеломленно смотрю на него. Я успела изучить этот мужской экземпляр.

Точно знаю, что он что-то недоброе задумал. Под ложечкой сосёт.

Или я голодная, не суть.

Передо мной высокий широкоплечий брюнет.

Решительный. Властный.

Слишком борзый, чтобы понравиться мне. Но меня в нём всё равно что-то цепляет…. Видимо, вкус у меня совсем испортился.

Вечно я не тех мужиков выбираю.

Выразительные гипнотизирующие глаза, прямой нос с раздувающимися как у быка ноздрями, волевой подбородок, который дрожит от бешенства… Видите ли мир крутится не в ту сторону, в которую он желает!

Заторможено продолжаю смотреть на него, хотя точно знаю, что до беды доведёт.

- Слушай, Надюха, не такая уж ты безнадёжная! – восклицает он, и в его глазах вижу нездоровый блеск.

- Что? – спрашиваю в ужасе.

- Ты мне идею подала.

Ком застревает в горле.

Не нахожу слов, чтобы выразить свою боль на этот счёт – сто раз говорила себе - молчать по жизни в сложных ситуациях. Ждать, куда кривая выведет. А тут какую-то идею врагу сболтнула.