Беременна в 43. Бумеранг для предателя

Глава 5

Раиса Степановна уходит, и в палате мы с Лидой остаемся одни.

– Ты чего раскисла, подруга?

Так и хочется рявкнуть, что никакая я ей не подруга, но на крик нет сил.

– После обеда назначен аборт, – безжизненным голосом произношу я и лежа смотрю в белый гудящий потолок.

– В первый раз, что ли? Не боись, срок у тебя вроде маленький, так что проблем опосля не будет. Да и ты уже не молодка, какая разница, родишь потом аль нет. Замужем, опять же, дочка уже есть…

Лида снова продолжает бесцеремонно вставлять свои комментарии, рассказывая про свой опыт, а я вспоминаю о прошлом.

После рождения Кати мы много лет с Киром пытались завести второго ребенка.

Он грезил мальчиком. Сыном, который продолжит его дело и род. Я же…

Вскакиваю, осознавая, что ловлю себя на мысли, что не понимаю…

А чего хотела я сама?

Я так привыкла жить мечтами и целями мужа, что позабыла, кажется, о своих.

– Да и какой тебе в твоем возрасте спиногрыз, Ава, в наши годы уже климакс на пятки наступает.

Я моргаю и смотрю на Лиду, затем обвожу взглядом палату и будто прозреваю.

Даже в этой больнице я лежу, так как главврач здесь – бывший одноклассник Кирилла. Так что нет ничего удивительного в том, что все врачи звонят мужу и докладывают ему обо всем.

А вот диагноз мне так и не подтвердили. Раиса Степановна только помнулась и неопределенно качнула головой, заставляя меня только сильнее нервничать и переживать.

Под ребрами ноет, сердце болезненно сжимается, и я вынужденно сжимаю зубы. Накатывает вдруг волна страха, что я никому здесь не могу доверять.

Все так настаивают на моем аборте, словно это обыденность и ничего не значащая операция, после которой я с легкостью встану и пойду дальше. Слишком сильно напирают, провоцируя во мне тревогу.

А что если Кирилл заплатил им денег, чтобы они как можно скорее избавились от моего ребенка? Ему ведь он не нужен, он ему мешает. У него ведь теперь есть другой, от молодой любовницы и его новой любви.

Я никогда не считала мужа монстром, способным на убийство и такие интриги, но честно говоря, изменщиком и предателем я его тоже представить до этого дня не смогла бы. Так что стоит признать, что все мои опасения могут оказаться правдой.

– Ты что делаешь? Тебя выписывают разве? – подрывается Лида, увидев, что я собираю свои вещи в сумку.

– Тихо ты, – шикаю я, а затем все-таки говорю ей то, что заставит ее молчать перед врачами.

Рассказываю про предателя-мужа, его молодую любовницу и врачей, которые уже неделю мне ничего внятного сказать не могут. Лида праведно возмущается, готовая рвать и метать, но я уже за эти дни поняла, что ей лишь бы поскандалить. Она из тех людей, которым это доставляет удовольствие.

– Так может и нет у тебя никакой опухоли? – задумчиво спрашивает вслух Лида, и я замираю на пару секунд.

Но не позволяю надежде охватить меня с головой. Это было бы сродни чуду, а в чудеса с некоторых пор я совершенно не верю.

– Я же с районной поликлиники сюда поступила, Лид, – вздыхаю я, пресекая любые свои мысли по этому поводу. – Вряд ли муж стал бы подкупать такое большое количество людей. Да и зачем? Можно было придумать, что у меня внематочная и сделать мне аборт по медицинским показаниям.

Мне не хочется думать, что Кир настолько равнодушен и жесток, чтобы провернуть всю эту схему. Да и не сходится. Какой ему смысл выставлять себя в плохом свете и бросать больную жену? Проще ведь разводиться со здоровой.

– Я тебя прикрою, Ав! – кричит мне вслед Лида, и я морщусь от ее громкого голоса.

Когда в коридоре оказывается безлюдно, я натягиваю капюшон кофты как можно ниже и уверенно и быстро иду к выходу на первый этаж. Сейчас приемные часы, так что вокруг много народа. Мне удается проскользнуть мимо них и охраны, никто даже не замечает моего ухода.

В теле слабость, и я из последних сил сажусь в такси и сразу жи прикрываю глаза. Пью воду, промочив сухое горло, и сама не замечаю, как мы подъезжаем к элитной многоэтажке, в которой мы живем с мужем последние три года.

Консьержка не сразу меня узнает, посматривает при этом как-то странно, но у меня сейчас нет сил задумываться, что означает ее любопытный взгляд.

Хочется прилечь, так как головокружение неслабое, но когда я дрожащими пальцами пытаюсь вставить ключ в замочную скважину и открыть дверь, оказывается, что ключ не подходит.

– Что за… – шепчу я, пытаясь открыть дверь снова и снова.

Безуспешно.

В ушах шумит, и я не сразу слышу шаги внутри квартиры. Робкие и явно не мужские.

В мутном окошке глазка вижу, что кто-то подходит к двери и смотрит через него на лестничную площадку, и на секунду мне даже кажется, что это дочка приехала домой, но всё гораздо прозаичнее и банальнее.

– Тетя Ава? – пищит испуганно подруга дочери. Ульяна.

Тетя Ава…

Еще никогда не чувствовала себя такой старой.

Я сжимаю зубы и едва не морщусь, ощущая себя как в какой-то дешевой мелодраме. Приезжаю из больницы к себе домой, а там любовница, от которой ты совсем не ожидала ножа в спину.

– Открой дверь, Ульяна, – хриплю я и хватаюсь с силой за ручку двери.

Меня буквально трясет от осознания, что Кирилл уже подсуетился и привел ее в нашу квартиру. И судя по смене замка на правах хозяйки.

Сначала я слышу учащенное испуганное дыхание Ульяны, а затем всё-таки щелчок замка. Тяну на себя дверь и понимаю.

Неприятный разговор неизбежен.