Беременна в 43. Бумеранг для предателя

Глава 7

– Он, прости, что? – с возмущением выдыхает Влада. – Снял тебе задрипанную однушку?

Влада – моя бывшая одногруппница, с которой мы вместе учились на логопедов. Когда-то мы были лучшими подругами, но двадцать лет назад она уехала в столицу и вышла замуж, и постепенно наше общение сошло на нет.

Но когда я сегодня утром приехала в город, она лично меня встретила и не приняла отказ, что я остановлюсь в гостинице, а не у нее с мужем.

И хоть мы давно не общались, мне стало возле нее так легко и спокойной, как будто разлуки и перерыва в общении и не было. Так что я как на духу рассказала ей то, что произошло со мной два дня назад.

– Не задрипанную, а в центре, хороший район, – пожимаю я плечами. Сил на возмущения и злость просто не остается, я устала с дороги.

– Ты что, еще и согласилась, оставила квартиру ему и этой своей вертихвостке, которая только и умеет, что ноги раздвигать?

Влада злится, откидывая свои черные волосы назад, а я поражаюсь тому, что она так молодо выглядит. Не скажешь даже, что мы с ней ровесницы.

– Нет, – качаю я головой. – Не поверишь, я даже не сказала ему ничего. Так обессилена была, что просто спать легла.

Это правда, тогда мне было так плохо, что на очередной виток скандала просто не нашла в себе ни капли энергии. А когда проснулась, ни мужа, ни Ульяны в квартире не было. Как и их вещей.

– Так не пойдет, Ава. Кир что там о себе возомнил? Что может просто сказать, что у него другая, и ты всё это молча и покорно проглотишь?

Влада всегда была воинственной и никогда никому не спускала и не оскорблений, ни тычков, воздавала всем по заслугам, за что в университете ее даже прозвали фурия. В честь богини мести из древнеримской мифологии.

– Я надеюсь, у тебя есть план, как наказать супружника?

Она смотрит на меня с прищуром, а мне нечего ей сказать.

– Кир подал на развод, так что со дня на день нас разведут. Честно, не хочу сейчас о нем думать и даже слышать о нем. Да и сил на войну нет, Влада, пойми. Мне есть о чем подумать, кроме него.

Она виновато смотрит на меня, замечая мою неестественную бледность и усталость, спохватывается и стелит мне на диване в гостиной.

– Прости, что налетела на тебя, так возмущена просто. Кир ведь на вашей свадьбе показался мне адекватным, я даже не заподозрила бы никогда, что он способен на такую гнусность, как оставить больную и беременную жену в беде. А я ведь считала, что отлично разбираюсь в людях.

Болтовня Влады меня успокаивает, и я ненадолго засыпаю, а когда просыпаюсь, за окном уже темно. Слышу голоса из кухни. Видимо, муж Влады Олег вернулся с работы.

К счастью, у них в онкоцентре есть места, и меня обследуют вне очереди. Влада – тот человек, которому я даже спустя годы безоговорочно доверяю, так что надеюсь, что Олег и его врачи быстро разберутся, что со мной не так.

Пару раз мне звонят из местной больницы с моего родного города, но я не поднимаю телефон. Боюсь того, что они скажут.

Если диагноз подтвердится, я только расстроюсь, но всё равно буду задаваться вопросом, правда это или подкуп со стороны Кира.

Если не подтвердится, всё равно начну сомневаться. Вдруг это снова вмешался Кир, чтобы обнадежить меня и оставить без должного лечения.

Мне до сих пор не верится, что теперь о своем муже я думаю в таких мрачных тонах. Но реальность такова, что всё течет, всё меняется. Вот и моя жизнь кардинально становится иной.

Благо, что в центре, где я работаю с детками, я еще две недели назад взяла долгосрочный накопившийся отпуск, так что могу спокойно заниматься своим здоровьем.

Все эти несколько раз мне звонит и дочь. Но после пары раз, когда она только и делала, что клянчила у меня деньги, ведь отец прикрыл ей доступ к кормушке, я и ее стала игнорировать.

Ставлю пока мысли о дочери на паузе.

Она ведь моя плоть и кровь, и я всё равно буду любить ее и думать о ее благополучии в любом случае, но сейчас у меня просто-напросто нет сил думать о том, что ей на меня плевать. Всё равно, жива или мертва, здорова или больна.

На следующее утро, когда Влада знакомит меня со своим мужем, он производит на меня приятное впечатление. Невооруженным взглядом видно, что он любит жену и относится к ее просьбе насчет меня серьезно.

– Придется подождать два дня, несмотря на мою протекцию, так как у нас плотная загруженность в центре. Но я договорился, что в палате тебе лежать необязательно. Да и Влада настояла, что ты должна ночевать у нас дома, – говорит мне Олег после всех процедур в его клинике.

Я же едва улыбаюсь, не удивленная его решением. Влада ведь, как огненный вихрь, всё на своем пути сметет, если хочет чего-то добиться. А сейчас она с энтузиазмом берет надо мной опеку.

– А что насчет моей беременности? – смутившись, спрашиваю я у Олега.

Всё равно не получается воспринимать его отдельным врачом, я всегда держу в голове, что он муж моей подруги.

– Насчет беременности тебя послезавтра проконсультирует Мирослава Борисовна, но пока анализы не готовы, радикальных мер предпринимать не стоит. Дождись ее возвращения из отпуска.

И снова для меня начинается тяжкое ожидание, которое выматывает куда сильнее, чем собственный развод. Даже мысли о предательстве мужа отходят на второй план. И я не сильно расстраиваюсь, что еще до готовности анализов уже на следующий день мне приходит сообщение от моего адвоката, которого я наняла для бракоразводного процесса.

– Вы официально разведенная женщина, Августа Климентьевна. Свидетельство о разводе вышлю вам почтой, если нужно, или можете забрать его у меня в офисе, как вернетесь в город.

Меня накрывает опустошение, внутри даже что-то неприятно сосет, оставляя после себя гулкую пустоту, и я радуюсь тому, что в квартире друзей я нахожусь одна. Они на работе, и я могу немного поплакать, прощаясь с прошлой жизнью.

В себя меня на удивление приводит очередное сообщение адвоката.

– И еще кое-что, Августа Климентьевна. Я должен предупредить вас, что ребенок, рожденный через триста дня после развода, автоматически будет записан на вашего мужа. Если пожелаете оспорить отцовство в будущем, обращайтесь.