Беременна в 45. Дорога к счастью

Глава 18 Кристина

Тишина повисает в комнате.

Моя информация явно не та, которую он хотел услышать. Но с этим ничего не поделаешь. Ему придется смириться с этим фактом. Если, конечно, он не передумает.

Но, судя по всему, я ошиблась в нем. И он не передумает.

- Муж знает?

- Конечно, нет. И узнать он не должен. Это только мой ребенок. Он не заслуживает быть ему отцом. Тем более, его новая дама сердца тоже беременна, - вылетает из меня.

Я даже сама не ожидала, что выпалю ему все это.

Виктор молчит несколько секунд, изучая мое лицо. Я готовлюсь к насмешке, к тому, что он скажет, что сделка отменяется. Но вместо этого он медленно кивает.

- Понимаю, - просто говорит он. - Я не буду настаивать ни на чем. Но после развода ты будешь жить здесь. Со мной.

Я сжимаю кулаки. Ведь это не просьба. Это констатация факта.

- А дочь... - мой голос дрожит, и я ненавижу себя за эту слабость. – Вика.

- Мы ее спасем, - перебивает он, и в его тоне появляется жесткость. - Обязательно спасем. Я уже занимаюсь этим вопросом.

Внутри меня все сжимается в тугой узел. Может, это усталость. Может, отчаяние. А может, крошечная искра надежды, которую я боюсь признать.

- Я... - начинаю я и осекаюсь. - Честно говоря, я очень устала. Мне нужен отдых.

Виктор тут же поднимается с кресла.

- Конечно. Пойдем, я провожу тебя.

Он ведет меня по лестнице на второй этаж. Его дом большой, дорогой, но не показной. Все здесь говорит о вкусе и деньгах, которые не нужно выставлять напоказ.

Останавливаемся у двери в конце коридора. Виктор открывает ее, впуская меня в просторную спальню с огромной кроватью и панорамными окнами.

- Здесь есть все необходимое, - говорит он. - Ванная комната через ту дверь. Если что-то понадобится - позови.

Я киваю, не в силах выдавить из себя ни слова.

- Кристина, - его голос становится мягче. - Не переживай ни о чем. Просто отдохни. Остальное мы решим.

Он разворачивается, чтобы уйти, и я вдруг понимаю, что верю ему. Хотя бы немного. Хотя бы сейчас.

Дверь тихо закрывается за ним, и я наконец позволяю себе выдохнуть.

***

Утро наступает слишком быстро.

Я открываю глаза и несколько секунд не понимаю, где нахожусь. Незнакомый потолок, чужая комната, мягкое постельное белье с запахом дорогого порошка.

А потом все возвращается: карточный долг Ильи, Виктор, его предложение, моя беременность, похищение Вики, выкуп…

Вика, бедная моя девочка.

Я резко сажусь на кровати, и комната слегка плывет перед глазами. Тошнота подкатывает к горлу, но я заставляю себя дышать медленно и глубоко.

Моя жизнь изменилась.

Полностью.

Безвозвратно.

Вчера я была женой Ильи Мазурова, пусть и несчастливой. А сегодня я уже собственность другого мужчины. Просто, потому что меня проиграли. Как товар.

Нет. Не думать об этом. Сейчас об этом думать нельзя.

Я встаю и иду в ванную комнату. Она огромная. Мрамор, золотые краны, душевая кабина размером с мою бывшую гардеробную. Я долго стою под горячими струями воды, пытаясь смыть с себя ощущение нереальности происходящего.

Но оно не смывается.

Когда я выхожу, закутавшись в мягкий халат, который нашла на крючке, в дверь стучат.

- Войдите, - говорю я, и голос звучит чужим.

Виктор входит, уже одетый в строгие брюки и рубашку. Выглядит он собранным и отдохнувшим. В отличие от меня.

- Доброе утро, - говорит он. - Завтрак готов. Спустишься?

Это не приказ, но и не совсем приглашение. Что-то среднее.

- Да, - киваю я. - Сейчас оденусь.

- Не торопись. Я буду внизу.

Он уходит, и я понимаю, что надо привыкать. К этому дому. К его присутствию. К новой действительности, которую я не выбирала.

Но ради дочери я смогу. Я справлюсь.

Через пятнадцать минут я спускаюсь вниз. Нашла в шкафу простое платье - видимо, Виктор позаботился о том, чтобы здесь была женская одежда.

Не хочу думать, для кого она предназначалась изначально.

Кухня залита утренним светом. Большой стол накрыт - кофе, чай, свежая выпечка, фрукты, омлет. Слишком много для двоих.

Виктор сидит во главе стола, просматривая что-то в телефоне. Поднимает взгляд, когда я вхожу.

- Садись, - кивает он на стул рядом. - Что будешь?

- Чай. И тост, - отвечаю я тихо.

Он наливает мне чай сам. Этот жест кажется странно интимным, и я отворачиваюсь.

Мы едим в тишине. Я чувствую его взгляд на себе, но не поднимаю глаз. Не знаю, что сказать. Не знаю, как себя вести.

Все это слишком ново, слишком странно.

Виктор тоже молчит. Может, он понимает, что мне нужно время. А может, просто нечего сказать.

Тишину разрывает резкий звонок телефона.

Виктор хмурится, глядя на экран. Потом его лицо каменеет.

- Это номер, с которого звонили насчет выкупа, - говорит он и смотрит на меня. - Ты готова?

Мое сердце бешено колотится. Я киваю, не в силах произнести ни слова.

Виктор принимает вызов и включает громкую связь.

- Слушаю, - его голос холоден как лед.

- Время истекает, - раздается искаженный голос. - У вас готовы деньги?

Мои руки сжимаются в кулаки. А сердце пронизывает нестерпимая боль.