Беременна в 45. Ты никуда не уйдешь

Глава 7

Я резко оборачиваюсь к нему, и чувствую, как внутри меня что-то взрывается. Все эти часы, все эти слезы, вся эта боль вырывается наружу, и я больше не могу ее сдерживать.

– Истерики? – мой голос повышается, становится пронзительным. – Ты называешь это истериками? Ты хочешь привести в наш дом другую женщину, беременную твоим ребенком, и ожидаешь, что я буду улыбаться и кивать? Что я буду учить ее, как быть твоей женой?

– Я ожидаю, что ты будешь вести себя достойно, – обрывает он меня, и его глаза становятся жесткими, как камень. – Как первая жена. Как мать моего сына. Ты должна показать пример. Ты должна быть выше этого.

– Выше этого? – я смеюсь, и этот смех звучит истерично, почти безумно. – Ты хочешь, чтобы я была выше того, что мой муж предал меня? Что он спал с другой женщиной, женился на ней, и теперь приводит ее сюда, в мой дом?

– Я не предавал тебя, – его голос становится тише, но от этого не менее жестким. – Я взял вторую жену. Это мое право. Это разрешено. Ты знала об этом, когда выходила за меня замуж.

– Знала? – я отшатываюсь от него, и чувствую, как слезы снова наворачиваются на глаза. – Я знала, что это возможно. Но я верила, что ты не сделаешь этого. Я верила, что наша любовь значит для тебя больше, чем твои деловые союзы и наследники.

– Любовь, – он повторяет это слово с какой-то горечью, и я вижу, как на его лице появляется что-то похожее на усталость. – Любовь не кормит семью, Лейла. Любовь не строит империи. Любовь не обеспечивает будущее.

– Но она делает жизнь стоящей того, чтобы жить, – шепчу я, и чувствую, как внутри меня что-то окончательно умирает. Последняя надежда. Последняя вера в то, что он может измениться, что он может понять. – А без любви все это, – развожу руками, показывая пространство вокруг, – просто пустота. Красивая, дорогая, но пустота.

Он смотрит на меня долго, и я вижу, как в его глазах что-то мелькает. Сомнение? Сожаление? Но это длится лишь мгновение, и затем его лицо снова становится непроницаемым и холодным.

– Я дал тебе все, – говорит он медленно, отчеканивая каждое слово. – Дом. Положение. Уважение. Твоя семья живет в достатке благодаря мне. Твой сын получил лучшее образование. Ты ни в чем не нуждалась все эти годы.

– Ты дал мне все, – повторяю я, и в моем голосе звучит горькая ирония. – Все, кроме верности. Кроме уважения к нашему браку. Кроме элементарного разговора, прежде чем принимать решения, которые разрушают мою жизнь.

– Я не должен был с тобой советоваться, – его голос твердеет снова. – Это мое решение. Решение мужчины как главы семьи.

– Разве стоило ждать наследника? – вырывается у меня, и я чувствую, как мое сердце начинает биться еще быстрее. Тест лежит в моем кармане, жжет сквозь ткань, словно раскаленный уголь. Но я не могу ему сказать. Не могу. Не сейчас. Не так. – Разве нельзя было сделать все по-другому? Развестись со мной, а потом жениться на ней? Спать с другой женщиной, когда ты свободен, а не когда у тебя есть жена? Я такого не заслужила, Рустам. Двадцать семь лет преданности, любви, заботы. Я такого не заслужила.

Он замирает, и я вижу, как на его лице появляется что-то новое. Удивление? Непонимание?

Он смотрит на меня так, словно видит впервые, словно не может поверить, что эти слова исходят из моих уст.

– Развестись с тобой? – повторяет он медленно. – Зачем мне было разводиться с тобой? Ты мать моего сына. Ты первая жена. Ты имеешь свое место в этом доме.

– Мое место, – шепчу я, и чувствую, как внутри меня поднимается новая волна гнева, отчаяния. – Мое место? смотреть, как ты живешь с другой женщиной? Слышать, как ты говоришь с ней по ночам? Видеть, как ты смотришь на ее живот, на твоего ребенка, которого она носит? Это мое место?

– Ты преувеличиваешь, – он отмахивается от моих слов, словно от надоедливой мухи. – Айгюн будет жить в западном крыле. У нее свои комнаты, у тебя свои. Вы будете видеться только в общих помещениях. Это не так сложно, Лейла.

– Не так сложно? – я чувствую, как во мне закипает что-то горячее, яростное. – Для тебя, может быть, – шиплю сквозь зубы. – У тебя будет две жены, два дома под одной крышей, два ребенка. А у меня? У меня будет разбитое сердце и необходимость каждый день притворяться, что все нормально.

– Ты справишься, – говорит он с такой уверенностью, словно это неоспоримый факт. – Ты сильная женщина. Ты всегда была сильной.

– Я не хочу быть сильной! – кричу я, и мой голос эхом разносится по комнате. А потом продолжаю тихо, почти шепотом, но в воцарившейся тишине все четко слышно. – Я хочу быть любимой! Я хочу, чтобы мой муж хранил верность нашему браку! Я хочу, чтобы меня уважали, а не ставили перед фактом!

Он делает шаг назад, и я вижу, как его лицо снова становится серьезным. Разговор закончен. Для него этот вопрос решен.

Он сказал все, что считал нужным, и теперь ожидает, что я просто приму это.

– А что, если бы я забеременела? – вырывается у меня внезапно, и я чувствую, как мое сердце замирает. Слова вылетели сами собой, прежде чем я успела их обдумать. – Что, если бы я сказала тебе, что беременна? Ты бы все равно привел ее сюда? Или это что-то изменило бы?

Он останавливается, и я вижу, как его глаза сужаются. Он смотрит на меня изучающе, словно пытается понять, почему я задаю этот вопрос. Почему сейчас и почему вообще.

– Ты беременна?

_________

ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 16+

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в эмоциональную историю Марты Левиной, которая так же участвует в литмобе "Беременна в 45"

Беременна в 45. Дорога к счастью

ссылка для перехода: https://litnet.com/shrt/mEQI