Беременна в 45. Второй шанс

2

Сегодня я прощаюсь.

Всё уже готово! Маленький чемодан у двери, в него я положила свои вещи: две юбки, три стареньких выцветших кофты, которые покупала еще когда мой сыночек был школьником, и конечно же фотография сына в рамке.

Моя цель не просто уехать из этого поселка, забыться, встрепенуться, посмотреть на жизнь под другим углом, моя цель заработать на хорошего адвоката для сына, на его свободу.

Бросаю взгляд на спящего забулдыгу мужа и даже записки ему не оставляю. Проспится, протрезвеет, сам мне наберет, если снова телефон не потеряет. А спать он будет долго, точнее мало, долго он будет в пьяном бреду. Он если начинает пить, так неделями. Он теперь, то, что от него осталось, не мужик уже даже, а так, пустая оболочка, забродившая в самогоне и жалости. И на глаза ему тогда лучше не попадаться. Агрессивный становится.

Подумав об этом, потираю ушибленное ребро, это мне поленом на днях прилетело и крадусь с чемоданом к выходу.

Дощатый пол старого дома скрипит под ногами жалобно, не хочет меня отпускать.

А я не могу больше здесь находиться. Мне плохо. Без сына и жизни нет.

Выхожу во двор, в последний раз окидываю взглядом дом на три комнаты – побеленные стены, серый шифер крыши, кирпичная печная труба, крыльцо, выкрашенное в голубой выгоревший на солнце цвет.

- Увидимся! – говорю дому, как будто он может слышать и развернувшись, шагаю по проторенной тропе.

Полустанок спит.

Туман стелется по рельсам, цепляется за мокрые от росы заросли борщевика.

Я стою на перроне и смотрю на кирпичный домик в одну комнату, который был всем моим миром.

- Простите, - шепчу.

Но кому и куда? и за что?

Сыну? За то, что не смогла вытащить? Есть такое.

Мужу? За то, что сдалась раньше, чем он окончательно ушёл на дно? Или за то, что ухожу теперь, когда уже поздно?

Не знаю.

Вина тяжёлый, привычный камень на моей шее. Я ношу его годами вместо ожерелья.

Думаю снова о сыне и сердце кровью обливается. Мой Максим!

Его лицо, испуганное и потерянное за решёткой в зале суда, стоит перед глазами.

- Всё для тебя сделаю! Лучший адвокат! Найду свидетелей! Вытащу! – мой голос как обычно хрип. Прокашливаюсь, смотря вдаль, поезда еще не видно.

Это безумие, в сорок пять лет, с лицом старухи и пустым кошельком, ехать в огромный, чужой город. Сбегать от своей судьбы, которая, казалось, намертво приковала меня к этим ржавым рельсам. Но разве то, что происходит сейчас – это жизнь? Это медленное умирание. А я хочу жить!

Хочу, чтобы сын жил.

Я поднимаю чемодан. Он лёгкий, почти невесомый, как и всё моё имущество в этом мире. Смотрю в экран старого смартфона на электронный билет, купленный через интернет-сайт с помощью соседки Антонины Петровны. Он даст мне шанс уехать в неизвестность.

Поезд должен прийти через десять минут.

Я сажусь на свой скрипучий пластиковый стул в последний раз.

Кажется, я помню каждую трещинку на его сиденье, каждый след от солнца.

И может, от того мне волнительнее вдвойне – я всегда сидела на нем и провожала взглядом поезд, а теперь провожаю себя.

Страшно. Очень! Так, что ладони потеют, а в горле пересыхает.