Беременна в 45. Второй шанс

4

- А, понятно! – вежливо кивает мужчина, но в его глазах мелькает лёгкое недоумение от моей краткости, от отсутствия подробностей. Он тут же возвращается к разговору с соседкой про грибы.

Женщина улыбается мне ещё раз, но уже автоматически, и снова рассказывает о своих приключениях.

Я отворачиваюсь к окну. Разговор льется мимо меня, как тёплый, живой ручей. А я сижу на своём островке молчания, зажав между коленями весь свой скарб: вину, стыд, страх и немую, каменную боль.

Их лето было наполнено событиями.

Моё было пустотой, растянутой во времени. Промежутком между звонками адвоката и походами в сельмаг. Между поливом грядок и бессонными ночами у телевизора, где ярко и бессмысленно мелькали чужие жизни.

За окном проносятся посёлки: ухоженные домики, клумбы, качели. У кого-то там тоже было своё лето. Простое, человеческое. А у меня его не было. У меня был долгий, стылый день, растянувшийся на годы.

Поезд влетает в тоннель. В окне на миг отражается моё лицо в полной темноте, потом снова свет, лес, небо.

Поезд мчится вперед, и я думаю.

Я думаю о том, что в столице меня никто не ждет.

Там нет никого, кто откроет дверь со словами: Марьяна, наконец-то!

Там только адрес, который я выписала дрожащей рукой: хостел «Уют», метро Владыкино, там меня ждет койка номер три в четырехместной женской комнате. Место на месяц. Тридцать дней, чтобы найти хоть какую-то работу. Деньги рассчитаны с ювелирной точностью: за жилье, за самый дешевый хлеб, за телефон, чтобы звонить Максиму. Ни копейки лишней. Если за месяц не найду работу, то всё, тупик.

Но обратной дороги нет.

Я думаю о работе, вздыхая.

Кому я нужна в сорок пять лет?

Я начальник полустанка, которого больше нет.

Что я умею?

Считать кассу, заполнять путевые журналы, слушать стук колес.

Мои руки привыкли к лопате и лейке, а не к офисной клавиатуре.

Мое резюме – это пустая страница, на которой написано: Вся жизнь один полустанок.

Но я буду искать всё, что угодно: уборщицей, посудомойкой, вахтером, лишь бы платили. Лишь бы хватило на адвоката для сына, на эту койку в хостеле, на никчемную жизнь.

Я закрываю глаза, делая вид, что сплю, чтобы больше не встречаться с любопытными взглядами. И слушаю. Слушаю смех мальчика, какой-то комментарий из телефона парня, спокойный голос мужчины, рассказывающего о внуках. Слушаю стук колес, отсчитывающих километры, которые все дальше уносят меня от той женщины с полустанка. От той жизни, которой нечего было рассказать.

Теперь мне нужно будет не рассказывать. Мне нужно будет делать: искать, бороться, выживать.

***

9k=