Беримские хроники...

Новый год на двоих...

31 декабря. 21:00…

Столица. Деловой центр

Снег валил стеной. Крупные, пушистые хлопья засыпали столицу, превращая сверкающий огнями мегаполис в огромный снежный шар. Пробки сковали проспекты, люди с пакетами подарков спешили домой, а витрины бутиков сияли золотом и красным.

Генерал Эйдана Кайо вышла из массивных дверей Министерства Обороны. На ней была парадная форма: строгое чёрное пальто с генеральскими погонами, идеально отглаженные брюки и тяжёлые армейские ботинки, которые гулко стучали по граниту ступеней. Ветер тут же бросил ей в лицо колкий снег, и она поморщилась, пряча руки в карманы.

Её алые волосы, обычно собранные в строгий узел, сегодня были распущены, и на ветру напоминали язык пламени, рвущийся на свободу. Она устала... Год был тяжёлым: учения, геополитические кризисы, бесконечные совещания. Даже сегодня, за три часа до полуночи, она только что закончила подписывать приказы о праздничных увольнительных.

У обочины, игнорируя знак «Остановка запрещена» (впрочем, кто посмеет оштрафовать эту машину?), стоял черный, хищный седан представительского класса. Двигатель работал бесшумно, стекла были наглухо тонированы.

Эйдана усмехнулась. Она подошла к машине, и задняя дверь тут же открылась. Из тёплого салона пахнуло дорогим парфюмом, кожей и сандалом.

— Вы опаздываете, генерал, — раздался спокойный, бархатный голос из темноты салона. — Я начинал думать, что Президент решил объявить войну кому-нибудь в канун праздника, лишь бы удержать вас на работе.

Арилл Виттар сидел, расслабленно откинувшись на сиденье. Идеальный черный костюм, расстёгнутый ворот рубашки, галстук уже снят и небрежно брошен рядом. На коленях — планшет, в котором он, вероятно, только что решал судьбы страны.

Эйдана скользнула внутрь, и дверь за ней мягко захлопнулась, отсекая шум и холод улицы.

— Советник, — выдохнула она, стряхивая снег с плеч. — Если бы ты не приехал, я бы заночевала в бункере. Там хотя бы тихо.

Арилл отложил планшет. Его серые глаза, в которых отражались огни приборной панели, осмотрели её с ног до головы.

— В бункере нет меня. Это существенный недостаток.

Он протянул руку и коснулся её щеки, холодной от мороза. Его пальцы были тёплыми.

— Домой? — спросил он.

— Домой, — кивнула она, закрывая глаза и прижимаясь щекой к его ладони.

22:30... Пентхаус в «Башне Иона».

Их квартира находилась на последнем этаже одного из самых высоких небоскрёбов столицы. Огромные, от пола до потолка, панорамные окна открывали вид на весь город, который сегодня сиял миллионами огней, словно перевёрнутое звёздное небо.

Внутри царил полумрак. Арилл не любил яркий свет. Горели лишь гирлянды на огромной живой ели, установленной в углу гостиной, да камин, в котором плясали языки настоящего, живого огня.

Эйдана вышла из спальни. Форма генерала осталась висеть в шкафу. Теперь на ней был объёмный вязаный свитер винного цвета, сползающий с одного плеча, удобные брюки и мягкие домашние носки. Она выглядела не как «Железная леди» армии, а как уставшая, но счастливая женщина.

Арилл стоял у кухонного острова, колдуя над ужином. Он снял пиджак и закатал рукава рубашки, обнажая бледные предплечья.

— Я заказал еду из твоего любимого ресторана, — сказал он, не оборачиваясь. — Но решил, что глинтвейн сварю сам. Никто в этом городе не умеет правильно подбирать специи.

Эйдана подошла к нему сзади и обняла, уткнувшись лицом между его лопаток. От него пахло корицей, вином и тем самым спокойствием, которое было ей так нужно.

— Ты лучший стратег этой страны, Арилл, — пробормотала она. — Но твой глинтвейн — это твоё главное политическое достижение.

Он тихо рассмеялся, накрывая её руки своими.

— Не говори этого Президенту. Он заставит меня варить его на приёмах.

Они переместились на широкий диван перед камином. На низком столике стояли бокалы с горячим вином, тарелки с закусками и мандарины. Никакого телевизора, никаких новостей, никаких звонков. Телефоны — и защищённый правительственный, и спецсвязь — были выключены и брошены в прихожей. Это было их главное правило: ночь для двоих.

За окном бушевала метель, но здесь было тепло. Арилл сидел, вытянув ноги, а Эйдана устроилась рядом, положив голову ему на плечо. Он перебирал её волосы, наматывая алые пряди на пальцы.

— Знаешь, — задумчиво произнёс он, глядя на огонь. — В аналитическом отделе составили прогноз на следующий год.

— И что там? — лениво спросила Эйдана. — Экономический рост? Кризис?

— Скука, — ответил Арилл. — Стабильность. Никаких переворотов, никаких угроз.

Эйдана подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Звучит… идеально.

— Именно, — он улыбнулся той самой, редкой улыбкой, которую берег только для неё. — Значит, у нас будет время. Для поездки в горы. Или к морю. Или просто для того, чтобы почаще вот так сидеть у камина.