Бес в ребро - нож в сердце

8

Как же его бесило упоминание, что его барышня из села. Я нисколько не видела в этом недостатка, если бы Антонина не вела себя совершенно хабальным образом. Встреть я её просто в роддоме - у меня бы сложилось о Тосе исключительно хорошее мнение. Но когда я своими глазами увидела, как она проявляет себя исключительно с двуличной стороны, все встало на свои места.

Я поняла, что этой девке на самом деле нужна только выгода, которую дают отношения с моим мужем.

Эдик вдруг усмехнулся так криво и холодно, что у меня мороз по коже побежал. Казалось - дай ему сейчас возможность меня уничтожить голыми руками, он схватится за неё, за уши не оттащишь.

И Журавлёв действительно двинулся в мою сторону, заставив меня отступить. Я даже инстинктивно живот закрыла рукой, ожидая худшего. Эту ситуацию завершило прибытие Маши, которую, по правде говоря, я не думала увидеть в обозримом будущем. Она зашла в квартиру и, увидев нас, охнула.

Я очень надеялась, что эта реакция возникла у дочери потому, что она поняла, с какой ненавистью на меня взирает её отец. Эдуард ведь и впрямь меня ненавидел, и демонстрировал это всем своим существом.

- Папа… что здесь творится? - выдохнула Машка, когда её отец приостановился и даже на пару шагов отступил.

- Ничего не творится, - процедил он. - Мать твоя прохаживается по Тосе всеми способами. Но это ожидаемо…

Журавлёв вдруг растерял весь свой пыл, вновь отошёл к дивану и присел на него, как будто тем самым хотел сказать, что мы здесь надолго. Я же вообще не собиралась продолжать всю эту историю, в котором мне всё ясно было без лишних уточнений.

- Мам… Я приехала, чтобы объясниться… Ты ведь уже давно не та женщина, которая должна быть рядом с папой, - проговорила Маша, и эти слова вопреки моему желанию, вновь разбили меня на части.

Прошло всего ничего с того момента, как я узнала про Тосю. У меня ведь есть право реагировать в соответствии с ситуацией, а не трезво обдумав произошедшее? Я считала, что есть. Самое настоящее право проживать эмоции здесь и сейчас.

Но и о самозащите забывать не стоит. Она мне очень даже пригодится.

- Маш… ты сама себя слышишь? - поинтересовалась у дочери, которая приняла воинственный вид.

Она наверняка понимала, какого рода разговор у нас состоится, стоит ей приехать. Понимала и воспользовалась возможностью к нему подготовиться. А вот я себя во всём этом ощущала самым уязвимым элементом.

- Ты вообще осознаёшь, что произошло с нашей семьёй и в каком виде? Твой отец меня столько времени обманывал… Проворачивал за моей спиной свои махинации с финансами, чтобы обеспечить своей девке жизнь в собственном доме…

Я не успела договорить, когда дочь вскинула ладонь, показывая тем самым, чтобы я замолчала.

- Мама, Тося никакая не девка! Да, в тебе говорит обида, но пойми уже… Папа тебя разлюбил. Он мне и Антонине это говорил регулярно. И вообще… пап, может так случиться, что мама беременна не от тебя?

Боже, дай мне сил! И терпения остаться на месте, а не броситься на эту незнакомку, которая вроде как выглядит как моя дочь, но по факту совершенно на неё не похожа. Дай мужества не выписать ей оплеуху, которую она заслужила на все сто!

- Маша, это слишком… - выдохнула я, не веря собственным ушам. - Ты просто неблагодарная сука, если сейчас говоришь это и веришь собственным словам!

Мой голос зазвенел от негодования, пока дочь смотрела на меня обиженно. Да-да! Она умудрилась сыграть в обиду, хотя кому и стоило испытывать это чувство - так это мне.

- Лапуль… мама скорее всего действительно в залёте от меня. Но я уже ей попытался донести, какая это обуза… - проговорил Журавлёв, опять используя, словно оружие, эту свою сраную улыбочку.

Он какое-то время посидел, прикрыв глаза, пока я пыталась постичь происходящее хоть как-то. Потом взглянул на меня с таким выражением, словно перед ним была какая-то досадная помеха, а не жена, с которой он прожил столько лет.

- Юля… Вот он - наш семейный совет. Другого не будет, - обвёл он пространство рукой, будто я была недалёкой барышней, которой требовались особые пояснения. - Давай решать всё здесь и сейчас. Маш… я сказал твоей матери, что отдаю вам эту квартиру, а сам ухожу к любимой женщине. Ты не против, если я перепишу на тебя свою долю перед тем, как мы с твоей мамой разойдёмся?

Дочь изобразила искреннее удивление, но я видела - она играет хорошо заученную роль. Они обсуждали этот исход заранее, и сейчас выдавали те реакции, которые успели отрепетировать.

- Это очень неожиданно… Но конечно, я согласна, - заявила Маша.

Я же не сдержалась - стала хохотать, что вызвало у мужа и дочери недовольство. Оба глазели на меня, даже не скрывая этого чувства. И если в случае с Эдиком я хоть как-то могла объяснить себе его поведение, ведь он действовал в своих интересах и интересах своей Тоси, то на каком крючке они держали Машу, ответа у меня не имелось.

- Слушайте… избавьте меня от этих дешёвых спектаклей, - отсмеявшись, проговорила я безэмоционально. - Никаких разменов и прочих отписываний имущества не будет. Я не даю согласия ни на развод, ни на раздел имущества. А ты, Маша, можешь забыть в принципе, что у тебя когда-то была мама. Такие вещи, которые ты творишь, не прощают.