Бесишь! Главное — не влюбиться

Глава 14. Круговорот.

Хотел извиниться, так извиняйся.

Олеся.

Выхожу из номера заранее, не хочу опаздывать. Решила же, что сейчас засуну язык куда подальше и буду супер-пупер милой и податливой. Надеюсь, что Мирославский не воспримет это как какой-то сигнал или ещё хуже симпатию.

Иду на кухню, чтобы забрать ужин для нашей звезды. Но возле самых дверей меня тормозит Костя. Набираю в лёгкие побольше воздуха, чтобы не сорваться.

- Лесь, — с какой-то нежностью говорит друг. – Прости меня, — складывает руки перед лицом. – Знаю, что фигню полную сморозил, — выдыхает. – Просто болтают всякое.

Не хочу разбираться, что там болтают люди и почему Костя решил, что это правда.

- Ладно, проехали, — отмахиваюсь. – Прости, мне нужно идти.

- Ты ещё на работе? – скользит по мне оценивающим взглядом, от которого мне тут же становиться не по себе. – Просто, — заминается. – Может, сходим поужинать?

- Давай в другой раз, — выдыхаю, чувствуя себя ужасно неловко. – Я ещё нянчусь с принцем, — не смогла удержаться от сарказма.

Так, ладно. С Костей же можно? Это я с Мирославским решила быть паинькой. Пока всё ровно.

- Ааа, — протягивает. – Может, быть завтра, — улыбается.

- Может быть, — следую его примеру. – Если не уволят.

Прощаюсь с Костей и иду к лифту для персонала, нажимаю кнопку, и когда двери открываются, захожу. Кабина за несколько секунд оказывается на нужном мне этаже. Я почему-то волнуюсь, пока жду эту секунду, когда двери откроются.

И как, видимо, не зря. Двери открываются, и я сталкиваюсь в коридоре с… Димой, тем самым другом Мирославского.

- О, Олесь, — приторным голосом врывается в мой мир этот Димон. - Ты-то, мне и нужна.

Ну вот чё надо? Мало получил? Так, я добавить могу.

Но вместо правдивости отвечаю наигранно.

- Правда? Чем могу помочь? – в какой-то момент нотка иронии проскакивает в мой голос, но я её давлю изо всех сил.

- Извиниться хотел, — растягивается в улыбке. - Мир?

Так, а это уже забавно. Мирославский со своим примирительным ужином. Потом Костя, с предложением поужинать. А теперь ещё и этот. Что сейчас будет звать на ужин? Если так, то смех я не смогу сдержать.

Господи, что за круговорот болванов сегодня?

Хотел извиниться, так извиняйся.

- Да проехали, — вместо своих мыслей, говорю вслух. – Мир.

Ох, видел бы меня сейчас Олег, глазам не поверил. Сама в шоке, что так могу. Начало положено.

- Может, прогуляемся? – всё с той же сахарной улыбкой.

- Прости, на работе, — показываю на поднос.

Он усмехается своим мыслям или моему ответу, не знаю. Да и неважно. Обхожу и направляюсь к номеру Мирославского. Под пристальный взгляд Димона стучу в дверь.

Чувствую себя ведущей в цирке. Вроде знаю, какие номера сейчас исполнять будут, но всё равно удивляюсь, что они могут отчебучить.

Дверь открывается. Мирославский встречает меня внимательным, оценивающем взглядом. Ну что мне ещё покрутиться нужно? Хорошо, что хоть в мыслях всё ещё могу быть собой.

Сам Антон одет в серую футболку, похожую на ту, что теперь бесповоротно испорчена кофе, обычные джинсы. Я бы сказала, что как обычный человек. Не будь бы у этих вещей известных эмблем, которые сразу говорят о стоимости этих шмоток.

Он пропускает меня внутрь. Послушно захожу, напоследок обернувшись на его друга, который всё это время таращит на нас глаза. Это не осталось без внимания Мирославского. Он выглянул, заметив друга, кивнул ему и закрыл дверь.

Олеся, просто, дыши. Тебе нужны эти деньги.

- Ваш ужин, — спокойно ставлю блюда на тумбу.

Но спокойна я только внешне, внутри я взвинчена до предела. Они все меня бесят!

- С Диманом болтала? – ровно спрашивает.

- Можно и так сказать, — также спокойно произношу.

- И чего хотел?

Оборачиваюсь на парня, который стоит, облокотившись на стену и почему-то скрестив руки на груди.

- Извинялся, — пожимаю плечами. — Предложил прогуляться.

Мирославский усмехается и отталкивается от стены, направляется ко мне. И мне тут же становится не по себе. Олеся, просто молчи.

- Что ответила? – останавливается слишком близко ко мне.

Ой, как мне всё это надоело…

- Что работаю, — устало выдыхаю, естественно, не забыв закатить глаза.

Ещё немного и паинька во мне умрёт.

- А если бы не работала, пошла? – снова сокращает расстояние до никчёмных сантиметров.

Ничего не меняется. Он всё такой же кретин.

Тебя это не касается. Вообще никак.

- Может быть, — пожимаю плечами и отвечаю совсем не то, что думаю.