Бесишь меня — сил нет! или главный экзамен Тары

ГЛАВА 8

Чай из Лузиинии был ароматным и насыщенным, пах персиком, грушей и карамелью, а еще был сдобрен щепоткой магии, развязывающей языки. Совсем чуть-чуть, и, заметьте, не я этот чай принесла. Но кто меня теперь осудит, если воспользуюсь ситуацией?

Итак, Иазара, черноволосая кудрявая девица, напоминающая своей белой кожей фарфоровую куклу, принесла конфеты из Кодаса, что недалеко от нашего имения. Их вкус с детства напоминал горькие моменты, когда болела мама, а меня пытались отвлечь этими конфетами. Они почему-то всегда казались либо горькими, либо солеными. Сейчас такого привкуса не было, но и всеобщего восторга не вызвали.

Туона была точной копией Иазары, хотя, как уверяли девушки, близкими родственницами не были, но, к слову, их матери дружили с самого детства и даже учились вместе в столице. Совпадение наводило на мысль, но кто я такая, чтобы задавать неудобные вопросы. Хотя обе девицы были похожи не только внешне – бесцеремонны тоже были одинаково.

Дилона была хрупкой блондинкой с прозрачными нефритовыми глазами, внутри которых вместо темных зрачков кружились звездные спирали – верный признак, что девушка из ледяных эльфитов. По всем параметрам она должна была оказаться надменной и высокомерной особой, но, видимо ледяные эльфиты, отправляясь на учебу, свой снобизм и высокомерие запирали в семейных сокровищницах, чтобы не испортить.

Яшта и Вышта были близнецами. Черноволосые парни с короткими стрижками, темными глазами под насупленными бровями и озорными улыбками отличались друг от друга гораздо сильнее, чем Иазара и Туона, но при этом старались сделать разницу еще сильнее: они выбривали виски особенными узорами. У Яшта были выстрижены двойные молнии, а у Вышта – знаки бесконечности… Или наоборот? Не запомнила.

– Новичков тут тьма! – сообщила Иазара, разливая по чашкам свежую порцию чая, пятую по счету. – В этом году Академию Крунго постигло несчастье: вся магия ушла из предгорий и там даже малюсенького светляка не разжечь. Говорят, наш король сам прибыл с Архимагом и попытался выяснить причины, но ничего не нашел.

– Не нафел, конефно, – Яшта (или Вышта?) закинул в рот очередную конфету и блаженно закатил глаза, на что ледяная эльфита закатила глаза с выражением на лице: «О, боги, как такого невоспитанного выпустили в люди?». – Кто нам фказет праду? Наверняка, это происки Карааса.

Яшта прожевал наконец-то конфету и потянулся за следующей, но, получив по руке красным галстуком от Туоны, с видом изголодавшегося буйнога сел обратно на свой стул.

– И зачем Караасу заимствованная магия? – отмахнулась от предположения Мэй и подложила недоедавшему парню печенье со своего блюдца. – Тебе же на прошлой неделе должны были читать лекцию по магии местности! Ты чем слушал?

Девушка вскочила со своего стула, поправила на носу предполагаемые очки и, заложив руки за спину, начала размеренно ходить по узкому пространству между дверью и кроватью.

– Магия местности имеет свойство исчезать и возвращаться с определенной периодичностью. Если магия ушла из местности полностью, значит, дальше она будет только прибывать! А в другой местности – убывать! Запомнили, адепт Яштобер Куотто?

На последней фразе Мэй остановилась напротив Яшты и ткнула того пальцем в грудь, отчего сам Яшта едва не свалился со стула, а все вокруг принялись смеяться, да так заливисто и ярко, что самой захотелось присоединиться, и стало немного грустно, что я пока не в курсе, в чем соль шутки.

– Ну, так что там с Академией Крунго? – спросила я, когда все отсмеялись, а я во время всеобщего веселья незаметно обеззаразила свою порцию чая. К сожалению, первые несколько глотков пришлось сделать со всеми, потому необычайную для себя разговорчивость приходилось изливать в вопросах, пока кто-нибудь из гостей не решил задать вопрос мне, неудобный какой-нибудь.

– К нам часть адептов отправили, – ответила Дилона и, аристократично оттопырив мизинец, отхлебнула маленький глоток чая, – тех, у кого тайная магия в перспективе…неудобная откроется.

Ну, надо же, так обтекаемо назвать магию, которую та же Таль совсем недавно определила как «страшненькую». Неудобная… Хм, пожалуй даже больше подходящее определение, чем просто «тайная»… Внезапно проснувшуюся силу, которая может увеличить врожденную магию совершенно непредсказуемо, причем так, что безобидный дар мог превратиться в убийственный, никто не назовет милой или приятной, а вот тайной или неудобной – да. Так менее обидно, чем страшный или смертельный.

– Между прочим, я тоже из Крунго! – заявила Мэй с радостной улыбкой, зародив во мне подозрение на свой счет, хотя я совершенно не чувствовала никаких потоков магии, схожих с той нитью, что вела меня в Академию. – И я, кстати, прибыла одновременно с принцем Ситхаром, вот! Говорят, что он прибыл раньше на целый месяц!

– Да?! – мне даже не приходилось скрывать заинтересованность.

– Это – да, – подтвердил молчавший до этого момента Вышта и потянулся, привлекая внимание к эмблеме академии с перечеркивающими поле четырьмя линиями. – Раньше наш принц прибывал только к Зимнему балу и к экзаменам, а в этот раз аж на целый месяц раньше. Когда это было, Мэй? В день Осеннего сбора урожая?

Я неловко дернулась и пролила чай, не заметив даже, что жидкость была на редкость обжигающей.

В день Осеннего сбора урожая? Это же на следующий день…