Бесконечное соревнование Ника

Глава 12. Смертельный поединок

Довольно снимая с себя маску, Никита выдохнул с облегчением. Его лицо было влажным, усталым. Волосы неуклюже торчали в разные стороны. Сражение закончилось в его пользу. Он принёс своей команде очередную победу

Подойдя к противнику, Филиппу Омнес[1], на предплечье которого красовался флаг Франции, пожал ему руку, скромно улыбнулся. Подобно благородный рыцарь, качая головой, развернулся к зрительскому залу, принимая аплодисменты.

Только зайдя за кулисы, сумел расслабиться. Начал глубоко и учащенно дышать через рот. Бросил рапиру и маску на пол. Снял с руки перчатку. Согнулся. Облокотился спиной на стену, а руками на колени.

- Быстрее бы эта чёртовая операция, - протянул сквозь зубы, хватаясь за застежки. Расстегнул электрокуртку. Задышал ещё глубже

К нему подошёл Олег, держа возле груди маску, а в другой руке рапиру.

- Как ты себя чувствуешь? – задал почти шёпотом вопрос он, не привлекая постороннее внимание.

- Жить буду, - потирая грудную клетку.

- Я следующий. Пожелай мне удачи, - подмигнул Олег.

Разгибаясь с трудом, Никита облокотился на плечо товарища, и пожелал:

- Не пуха тебе, не пера.

- К чёрту!… А ещё что-нибуть мне пожелаешь, товарищ по рапире? – намекнул Олег, что хочет получить от него более серьёзные слова поддержки.

Никита улыбнулся с мыслью:

«Вот, хитрюга».

И только он собрался открыть рот, чтобы пожелать успеха, как из динамиков донеслось:

«Олег Виноградов!»

Тот сразу выпрямился, бегло кивнул другу головой, и вышел из-за кулис.

- Вот умора, - улыбнулся Никита, ему в след.

Противником Олега был объявлен ни кто иной, как парень той самой Хельги Шторм, Генрих Бернхард.

Сначала дуэль шла, как по маслу. И Олег даже думал:

« Хорошо, что я не вижу выражение его лица» - намекая на маску. – «Похоже, он оказался довольно умным и обо всём уже позабыл».

Но, он глубоко заблуждался.

Когда Генрих приблизился в сражении к нему, то произнёс:

- Сегодня я покажу тебе, как пачкать репутацию моей сестры.

- А? – Не поспевая уловить момент, когда просто спортивное сражение перешло в агрессивное, а рапира противника нацелилась нанести не просто уколы, а кровавые раны.

«Что он творит?» - подумал Олег, пытаясь обороняться, мастерски уклоняться

Как оказалось, смышлёный Генрих Бернхард, зная наперед поочередное выступление участников соревнования, во время перерыва, хорошенько натренировал свою рапиру, точнее, её хорошенько выгнул, чтобы на ней образовались микротрещины[2].

Внимательно наблюдая за сражением со стороны, Никита сразу догадался, что здесь что-то не так. Генрих стремился, попасть в плечо, при этом нанося специально резкие и сильные уколы.

Замечая нарушения со стороны Генриха, стоящий вне фехтовальной дорожки арбитр, показал жёлтую карточку[3]. А диктор прокомментировал, что должно было заставить фехтовальщика ослабить порыв, вести сражение по правилам.

Никита, внимательно наблюдая за кнопкой Генриха, вскрикнул:

- Сломался! Да что он творит!?.... – намекая на то, что Генрих, не остановился со сломленным клинком, а ещё серьёзнее, вошёл в сражение. - Ах, а ты что не сражаешься, защищайся, слабак?! – Сдавливая ладонь в кулак, нервно посмотрел Никита на Олега, уклоняющегося от рапиры.

Арбитр показал чёрную карточку. Но, на это Генрих совершенно не среагировал. Тогда арбитр приказал, громко крича, разойтись. Это снова не подействовало на Генриха. Он наоборот, даже активнее замахал сломанным клинком на Олега, который в свою очередь, отскакивая, делал шаги назад, уже выходя с фехтовальной дорожки на штрафную. Ему не хотелось портить себе репутацию.

- Ха, - довольно обрадовался Генрих, говоря по-немецки. – Так и думал, ты слабак, - намекая на нанесенную рану на правом бедре.

Закусывая губу, Олег себя еле сдерживал, думая:

«Хватит быть пай-мальчиком. Если я буду отступать, он меня проткнёт насквозь».

И только замахнулся, готовый «дать сдачу», как ловко подскакивая, становясь между ними, появился Никита. Опуская своей маской Олега рапиру, по-немецки сказал:

- Хватит! Вы не слышали приказа арбитра? Ты тоже опусти свое оружие, Генрих Шторм, - строго, смотря ему прямо в глаза.

- Ещё чего?! Снова ты влезаешь между нами, - взмахнул огрызком клинка, раня Никите кисть руки.

Из раны выступила кровь. Капнула на штрафную фехтовальную дорожку.

Пытаясь казаться сдержанным, Никита закусывал нижнюю губу, заставляя себя молчать, не выкрикнуть прямо в глаза обидчику:

«Ты, с какого дуба рухнулся?! Головой помешался, что ли? Иди к доктору, проверься!».

В ответку своему молчанию, он слышал от Генриха поддразнивающее:

- Что случилось? Совершенно не больно? Ещё один слабак».