Бесконечное соревнование Ника

Глава 4. Вместе с прошлым

=По прилёту в Харьков, усталый, выжатый, словно лимон, Олег сразу обменял в аэропорту доллары на гривны, сел в такси и поехал на свою старую квартиру, которую Виноградовы всё время откладывали продавать. И как видно, не зря. Она ещё пригодилась.

Зайдя в подъезд, поднялся на лифте на нужный этаж. Открыл с трудом ключом дверной замок, заевший и покрывшийся коррозией за долгое время не пользования. Бросил в коридоре, прямо на проходе чемоданы и, направился в свою старую детскую комнату. В ней ещё стояла та мебель, та кровать, с металлическим изголовьем. Не хватало только мелочей, и тогда, можно было подумать, что он вернулся к себе в прошлое. Но, то, что он давно уже не школьник, а тридцатидвухлетний мужчина, возвращая его в реальность, выдавало сразу подлое зеркало в платяном шкафу. И, печалясь, Олег прошёл к кровати, на покрывале которой скопилась куча пыли, как и на всех поверхностях в комнате. Снимая рывком покрывало, бросил его на пол. Сел на постель. Пару раз попружынил, проверяя на прочность панцирную сетку. Снял поочередно с себя кеды и, закрывая глаза лег, говоря с блаженством:

- Вот я снова и дома.

Резко потянуло на сон. Поддаваясь ему, быстро уснул. А когда проснулся, спустя чуть больше четырех часов, то обнаружил в себя острую поясничную боль, из-за неудобства лежания. Несмотря, что он умостился на кровать, она ему была уже мала. И от скрюченого «зю», не только болела поясница, но и шея, в придачу с затёкшими ногами.

Пошатываясь, еле поднимаясь, что бы сесть. Олег сказал:

- Ничего. Значит, пришло время покупать новую мебель.

А так как пока в его планы не входили экскурсии по мебельным магазинам, то он решил перебраться в соседнюю комнату, на родительскую кровать. Переоделся в фиолетовую футболку и синие спортивные штаны, закатил штанины. Ноги засунул в резиновые шлёпанцы-вьетнамки. На голову повязал Карины Семёновны белую косынку с синими мелкими цветами. Занялся уборкой квартиры. Заметал, пылесосил, мыл всё, начиная от плафонов в люстре и окон, заканчивая посудой, мебелью и полом. Управившись лишь под вечер, скинул с себя запачканную, мокрую от технической воды, одежду. Переоделся, умыл лицо и пошёл скупиться в «АТБ[1]». Хотя, он и купил продукты, но на столько за сегодня устал, что лишь выложил их в шкаф-пенал на кухне и в холодильник, а перекусил уже готовой пиццой, купленной по дороге, в крошечном магазинчике-забегаловке. Сразу же после чего принял душ и лёг спать.

А с наступлением следующего утра, часиков в девять, позвонил Губашову. Тот его довольно поздравил с переездом и пригласил прийти по старому адресу спортивной школы, часикам к одиннадцати, на занятия к первогодкам-дошкольникам.

За дошкольниками потянулась ещё она группа детей, уже постарше, а за ними ещё. К часикам шестнадцати, Олег из-за непривычки, чувствовал себя уставшим, валился с ног. Он думал лишь об одном:

«Хочу посидеть».

Но, это оставалось лишь мечтой. В 17:00 планировалось проведение ещё одного, последнего на сегодня занятия.

Сидя на лавочке возле окна, Олег бросал взгляды на собирающихся ребят. Им было плюс-минус по четырнадцать. Переодетые в экипировочные одежды, они о чём-то болтали. Хаотично расползались по залу. Кто-то, садился на лавочку, кто-то, облокачивался на стену, кто-то рассматривал тренажёры. Не отставая от других, в зал вошла Ника, под сопровождением Иры и Игоря Вакушевых. Хлопая её по плечу, Игорь говорил:

- А дальше было ещё хуже.

- Не может быть, - улыбаясь, не верила Ника.

- Я тебе не вру, - становясь перед ней и идя вперед спиной. – За то, что Давыдов пробрался втихаря в школу и развесил презервативы в музыкальном классе на цветы, как новогодние игрушки, вызвали его отца.

Не прекращая смеяться, Ира добавила:

- Заработал. Моя воля – я бы его за такое пожизненно со школы бы исключила.

- Если так накажут, представь, какой это будет для него радостный подарок, - пожимая плечами, сказала Ника.

Наблюдая за ней, Олег непроизвольно начал волноваться, думая:

«Чего я волнуюсь?... Расслабься. Возьми себя в руки, слабак».

И быстро отвернул голову, засмотрелся себе на обувь.

А, замечая его, Ника, не веря, улыбнулась. Сказала друзьям:

- Смотрите, кто здесь сидит.

- А кто это? – Поинтересовался не знающий Игорь.

- Это же тот самый странный мужик, - быстро узнала Ира, щепча подруге на ухо.

- Это не странный мужик, а Олег Виноградов. Он фехтовальщик. К тому же, он был другом моего дяди. Я у него брала автограф.

- Никккаа… Когда ты успела? Зачем? – Протянула, возмущаясь, Ира.