Бескрылая в Академии Драконов. Книга первая

8 + визуал

Глубоко вдыхаю, чувствуя, как сердце всё ещё колотится после встречи с Брендоном.

Кто знает, как он решит действовать дальше?

В прошлой жизни я, будучи Аней, конечно, сталкивалась с подобными засранцами, но мне удавалось быстро терять ценность в их глазах. Кому нужна вечно огрызающаяся нахалка в окружении, когда вокруг полно заглядывающих в рот девиц?

Но здесь всё иначе. Другая жизнь, в которой очень много чего непонятного. И ставки куда серьёзнее. Ведь я по-прежнему хочу вернуться в своё прежнее тело и реальность. Так что отступать ни в коем случае нельзя.

Первый шаг уже сделала. Показала, что я — больше не та слабая Кристен Ариас. Теперь нужно хоть немного прийти в себя и вернуть видимость порядка. А ещё… не мешало бы помыться.

К счастью, общая душевая в раздевалке пуста. Почти все адепты на плацу. Да и вряд ли бы они сюда сунулись, у каждого в комнате свои купальные зоны. Это мой шанс.

Скинув одежду, захожу внутрь, зажигаю светильники, работающие на влитой в специальные артефакты магии. Пар от тёплой воды начинает окутывать помещение, как только я открываю кран. Поднимаю голову, подставляю лицо под струи воды, чувствуя, как грязь начинает стекать с волос и кожи.

«Просто расслабься. У тебя всё получится», – мысленно подбадриваю себя, пока вода обжигает тело, смывая не только грязь, но и остатки унижения, которое я испытала на плацу. Легче сказать, конечно, чем сделать.

Медленно провожу руками по мокрым шоколадным прядям волос, отмывая остатки земли. Туника, насквозь пропитанная грязью, осталась лежать на скамье. Её нужно будет почистить отдельно.

— Это тело заслуживает лучшего, — нахмурившись, бормочу себе под нос, глядя на бледную кожу с едва заметным шрамом на боку. И если мне не повезло с внезапным перемещением в это тело, то, будь прокляты все враги Кристен, остальным не повезёт куда больше.

Когда я выхожу из душа, обернувшись в тонкое полотенце, одежда всё ещё лежит на скамейке. Вся в грязи. Прикусываю губу, понимая, что мне не хватит времени для полноценной стирки.

Но тут моя рука невольно тянется вперёд. Внутри что-то колет, и я чувствую лёгкое движение — тепло в груди, которое растекается по пальцам.

Черно-фиолетовый дым. Он появляется снова, скользя между пальцев, как живое существо. Смотрю на него, затаив дыхание. Дым медленно тянется к ткани, окутывая её тёмной вуалью. Через несколько секунд грязь начинает исчезать. Материя снова становится чистой, как будто её только что постирали и высушили.

Отступаю на шаг, глядя на результат.

— Это… потрясающе, — выдыхаю я, но тут же хмурюсь.

И опасно.

Быстро одеваюсь, стараясь не думать о том, что только что произошло. Эту силу нужно изучить, но не сейчас. Сейчас мне стоит сосредоточиться на занятиях, чтобы смыть с себя клеймо бесполезности. А ещё — успеть поесть.

После душа я наконец чувствую себя человеком (если, конечно, им являюсь). Чистая, почти тёплая, хотя тонкая рубашка всё ещё слегка липнет к телу после спешной сушки. Пытаюсь убедить себя, что всё под контролем, что сегодняшний день пусть и начался не очень гладко, закончится без инцидентов.

Но, увы и ах, покой мне только может сниться.

Безошибочно найдя столовую, опираясь на обрывки воспоминаний Кристен, вхожу внутрь с некоторой опаской. Не могу себе позволить радоваться победам, пусть даже и мелким. Слишком рано. Голова кружится от голода, а раздражение после утреннего происшествия лишь нарастает.

Пройдя немного в зал, с прищуром оглядываюсь. Столовая почти пуста. Тренировка на плацу уже должна была закончиться, но, видимо, многие адепты всё ещё приводят себя в порядок, разбежавшись по комнатам. Ну, или успели поесть до утреннего занятия.

Вставать рано я не особо приучена и, если честно, от всей души ненавижу это дело. Так что считаю, что сейчас — идеальный момент, чтобы спокойно перекусить и хоть собраться с силами перед занятиями.

Беру миску каши и кусок хлеба на пустующей раздаче, занимаю дальний угол и подношу ложку с ароматной едой ко рту. Но, как ожидаемо, кое-что идет не так.

Ложка вдруг замирает в воздухе, словно наткнулась на невидимую преграду, а каша, что до этого была в ней, расплёскивается мне прямо на рукава. Твою ж!

— Бескрылая ящерица решила выползти из своей норы? — раздаётся насмешливый голос.

Оборачиваюсь и вижу смутно знакомое лицо парня.

«Ливан Моррис», — подсказывает мне внутренний голос. Это один из старшекурсников, входящий в свиту «золотого» мальчика. Высокий, русоволосый, худощавый, с родинкой под правым глазом. А ещё… невероятно бесящий! Он никогда не упускал шанса повеселиться за счёт Кристен.

— Чего тебе, Ливан? — бросаю я, с трудом сдерживая раздражение. Стараюсь осторожничать, чтобы понять причину его поступка. Было ли дело в моей дерзости его идолу или это всего лишь очередная придирка?

— Да просто забавляюсь, — отвечает он на мои мысли с невинной улыбкой, щёлкнув пальцами. — А что не так? Тебе же нравится внимание.

Моя миска поднимается в воздух и начинает кружиться, грозя расплескать содержимое по столу.

— Верни её на место, — требую я, сжимая кулаки.

— А если не верну? — усмехается Ливан. — Что ты мне сделаешь?

Скриплю зубами. Боги, как Кристен терпела этих нахалов? Может, всё-таки воспользоваться своим даром и… спалить его ко всем чертям? Нет. Нельзя.

Я уже собираюсь встать и попытаться решить дело парочкой острых слов, когда в столовой раздаётся шум. Двери распахиваются, и внутрь врывается шумная компания. Брендон Ховарт — в центре, как всегда сияющий и уверенный, окружённый своим привычным кругом поклонников. Его золотистое величество тут же притягивает к себе все взгляды.

Я же морщусь. Хоть бы не заметил меня. Однако сама не могу отвести взгляда с движущейся процессии. Потому что на этот раз в компании Брендона есть кое-кто ещё.

Он шагает сразу за Ховартом — смуглый, высокий, широкоплечий, с темными волосами, аккуратно уложенными, и хищными, но при этом утонченными чертами лица: высокие скулы, четкая линия челюсти и проницательный взгляд темных глаз. Весь в чёрном, как будто воплощение ночи. Мой взгляд застывает на нём, и я сразу понимаю, кто это.