Бескрылая в Академии Драконов. Книга первая

25

Я делаю резкий шаг назад, натыкаясь на холодную каменную стену. Воздух в зале, и без того спёртый, кажется, сгущается ещё больше, наполняясь моим жгучим стыдом и его ледяной, ядовитой усмешкой.

— Я… я ухожу, — выдыхаю я, сжимая кулаки так, что ногти впиваются в ладони. — Надоели твои больные игры.

Разворачиваюсь к выходу, но не успеваю сделать и двух шагов, как тяжёлая дверь с глухим, окончательным стуком захлопывается сама по себе. От массивных деревянных створок веет волной холодной магии — тёмной, плотной, непроницаемой. Я дергаю железную скобу — нет, даже не шелохнётся.

— Это ещё что за приколы? — шиплю я, оборачиваясь к нему. В груди что-то закипает — горячее, колючее, готовое сорваться с цепи. Воздух вокруг меня начинает мерцать, искажаясь от спонтанных всплесков чёрной энергии, что рвётся наружу, отвечая на ярость.

Рей стоит на том же месте, невозмутимый, как скала. Лишь слегка склонив голову набок, словно изучая редкий, диковинный экземпляр. Его ящерка ловко перебирается с плеча на запястье, и её изумрудные глазки-бусинки сверкают на меня с откровенным любопытством.

— Так дело не пойдет, — произносит он спокойно, и в его голосе нет ни злости, ни раздражения. Лишь констатация факта. — Истерика — плохой советчик в изучении магии.

— Чего? — я делаю шаг к нему, сжимая кулаки. Чёрный дымок тянется за мной, как живой. — Отопри дверь. Сейчас же. Это не просьба.

— С чего бы мне тебя слушаться? — он поднимает бровь. — Здесь я устанавливаю правила. Это ты должна слушаться меня. В своих же интересах. Или ты всерьёз полагаешь, что твоё выживание в Лесу зависит от кого-то другого?

— Я не собираюсь учиться магии у того, кто понятия не имеет, что такое личные границы! — голос мой срывается, выдавая отчаяние. — Тебе лишь поиздеваться надо мной надо. Унизить. Показать своё превосходство. Чем ты, в сущности, отличаешься от Ховарта или всей этой своры его подпевал?

— А я разве давал тебе повод думать, что я какой-то иной? — парирует он, и в его зелёных глазах мелькает опасная искорка. — Я всегда был прямее и честнее их всех. Я не обещаю тебе покровительства в обмен на рабскую преданность. Я предлагаю тебе шанс выжить. Жестко. Болезненно. Без гарантий. Но шанс.

Я поджимаю губы, чувствуя, как дрожь бессильной злости бежит по спине.

— Я тебе зачем-то нужна, — внезапно осеняет меня. — Иначе бы ты просто не тратил на меня время.

— Зачем? — переспрашивает он, и в его тоне снова звучит насмешка.

— Не знаю. Ты мне скажи. Может быть, ты собираешься использовать меня в качестве живого щита? Или приманки? — предполагаю я, в голосе звучит горькая ирония.

Его бровь приподнимается в легком удивлении. Он коротко хмыкает.

— Сейчас ты не годишься даже на роль пугала для ворон. Ты — неокрепший сосуд, трещащий по швам от силы, которую не можешь удержать. Если ты помрёшь в Лесу, то станешь ещё более бесполезной грубой органической массой. Так что для начала я просто даю тебе инструмент. Маленький, но, возможно, единственный, что позволит тебе выжить. И для этого тебе нужно изучить то, что сокрыто в твоих жилах. Силу, которой удостаиваются лишь единицы. Магию, что может убить как окружающих, так и носителя без должного контроля. Если я отпущу тебя сейчас — это будет прямой угрозой для всей академии. И для тебя самой в первую очередь.

— Но держать здесь против моей воли ты тоже не можешь! — пытаюсь я найти хоть какую-то лазейку. — Ректор заметит моё отсутствие на тренировке. Он…

— Ах, да. Ректор, — кисло перебивает меня Рей, и в его голосе внезапно появляются нотки лёгкого, почти презрительного раздражения. — Рейган Эднарт, наш всемогущий повелитель. Не беспокойся. Я скажу ему, что ты споткнулась на крутой лестнице в северной башне… и неудержимо полетела вниз.

Меня пронзает ледяной холод. Что он сказал?

— А… как же моё тело? — выдыхаю я, чувствуя, как подкашиваются ноги. — Его нет там.

— Унесли дикие животные, что бродят у подножия скал. Случается, — он пожимает плечами, как будто обсуждает погоду.

— Следы крови? — почти шепотом спрашиваю я, загипнотизированная ужасом его спокойствия.

— Организую. При необходимости, — его взгляд становится тяжёлым, не оставляющим сомнений в серьёзности намерений.

— И часто ты занимаешься… подобным? — голос мой предательски дрожит.

— Только когда некоторые непокорные ящерки начинают показывать зубки и забывают о субординации, — его губы трогает холодная улыбка.

Всё. Предел достигнут. Страх отступает, сменяясь чистой, белой яростью.

— Я. Не. Буду. Больше. С. Тобой. Заниматься. Ясно тебе? — выбрасываю я слова, как камни. — Всё. Нашему договору конец. Ищи себе другую дурочку для опытов.

Я разворачиваюсь к двери и с силой бью по ней ладонью, хотя знаю, что это бесполезно.

— Что ж, — раздаётся сзади его голос, всё такой же спокойный и методичный, будто он не угрожал мне только что смертью, а вёл академическую дискуссию. — Раз уж ты наотрез отказываешься осознать свою силу через боль и пустоту, — он делает паузу, и я слышу его шаги, — попробуем по старинке. Через более… базовые инстинкты. Они куда надежнее разума у таких непокорных натур.

Чертов упрямый дракон!

Он делает шаг ко мне. Потом другой. Его движения плавные, безмятежные, как у крупного хищника, уверенного в своей добыче. Я отступаю, пока спиной не упираюсь в запертую дверь. Бежать некуда. Пространство между нами сокращается, наполняясь невысказанными угрозами и тягучей, опасной магией.

— Не подходи, — мой голос звучит хрипло и неубедительно, предательски дрожит. Чёрный дымок, что только что вился вокруг пальцев, теперь клубится вокруг меня целиком, густеет, реагируя на панику, образуя слабый, но видимый барьер. — Я предупреждаю!

Он игнорирует мои слова, как будто это просто фоновый шум. В последний миг перед столкновением я инстинктивно зажмуриваюсь, всё тело напрягается в ожидании удара, толчка, грубой силы — чего угодно, к чему он меня уже приучил.