Бесплатно: Мой сеульский синдром

Глава 18

— Мисс Ким?

Оторвавшись от бурной переписки с Тхэ Ёном, я подняла глаза на шофёра и растерянно пробормотала:

— А... уже приехали, — подхватив рюкзак, дёрнула на себя ручку дверцы. — Спасибо, господин Пэ!

Тхэ Ён написал, что сегодня появится немного позже, убеждал, что всё закончится благополучно, и чтобы не перекармливала Корви — он и так уже с трудом залетает на ветку! Улыбнувшись, я бездумно послала в ответ смайлик с поцелуем и вошла в школу. Как же не хочется сейчас любопытных взглядов, смешков, перешёптываний, но... На сегодня назначена встреча родителей всех участников инцидента, произошедшего три дня назад на Чеджу, вместе с самими участниками. Это подобие очной ставки должно заменить дисциплинарное слушание, неизбежное, если бы речь шла об учениках из менее влиятельных семей. И инцидент, и «ставка» огласке не предавались, но, конечно, вся школа о них знала.

— Аэ Ри... — ко мне подбежала Ын Чжу. — Как ты?

— В бешенстве, — хмыкнула я. — Очень жалею, что Хён Су остановил меня и не дал врезать этой стерве ещё хотя бы разок.

Девушка улыбнулась.

— Твои мама и отчим приедут?

Я вздохнула, вспомнив объяснение с моим семейством. До сих пор становилось не по себе, когда вспоминала, как потемнели голубые глаза моей всегда спокойной, уравновешенной мамы, услышавшей о моём «приключении». Попросив меня выйти, она, может, даже догадываясь, что далеко от двери я не уйду, обратилась к господину Киму. Глухим от сдерживаемой ярости голосом попросила его использовать все связи, чтобы эти «зарвавшиеся негодяйки» на всю жизнь запомнили, что значит обидеть её ребёнка. Иначе она не посмотрит ни на что и разорвёт их собственными руками на глазах «их породивших». Господин Ким, кажется, не менее поражённый вспышкой жены, клялся, что сделает всё от него зависящее, и умолял её не волноваться. Потом позвали меня и заверили, что всё будет хорошо. И... всё. Больше ни об инциденте, ни о будущем слушании не говорили. Дядя, которому, я, конечно, выложила всё в тот же вечер, поднял большой палец вверх и прищурил голубые, как у мамы, глаза:

— И что мы выучили из этого урока?

— Что не нужно было слушать этого размазню Хён Су и всё-таки добить эту стерву!

Дядя покачал головой.

— Нет. Удержав тебя, он поступил благоразумно. Стукни ты её ещё, никак не доказала бы свою правоту. Но в следующий раз бей так, чтобы второй удар не понадобился. Поняла?

Иными словами, продолжать тренироваться! Тем более что теперь и мама признала необходимость тренировок, чтобы уметь защитить себя от «этих зверей».

Кстати, ни Бо Ра, ни её приспешницы в школе ещё не появлялись — видимо, залечивали ушибы и раненое самолюбие. «Флюгер» Хван Хён Су избегал меня все эти дни. Наверняка не хотел свидетельствовать против бывшей. Ю Ри и девчонки, узнав обо всём, страшно удивились, потом долго хихикали, гадая, во сколько Бо Ра обойдётся «новая челюсть», и начали безбожно донимать меня расспросами о Тхэ Ёне. Последний вёл себя, как если бы ничего не произошло. В понедельник заявился с подаренным мною кулоном на шее, проглядывавшим в расстёгнутый ворот рубашки, и довольно улыбнулся, увидев такой же на шее у меня. Я тоже изо всех сил старалась вести себя как обычно, но давалось это с трудом. Единственное, что по-настоящему радовало — общение с вконец обнаглевшим Корви, при виде меня мгновенно слетавшим под ноги с приветственным «кра-кра-кра».

Слушание было назначено на полвторого, и я понеслась кормить питомца, чтобы успеть до начала. Так же бегом вернулась в школу и замедлила шаг, только влетев в коридор, ведущий к кабинету директора. Перед дверью уже стояли Ын Чжу, довольно молодая женщина рядом с ней, видимо, её мать, и как раз подходили две разодетые дамы в сопровождении мужей и любимых чад — змеюк из свиты Бо Ра. Увидев меня, весь питомник зашипел, как Змей Горыныч. Но я сделала вид, что ничего не замечаю. А уже подойдя к кабинету, обернулась на звук каблуков. Остальные полуоглянулись в том же направлении... и на мгновение обратились в каменных харубангов. По коридору неторопливо, словно в замедленной съёмке, двигались господин Ким и моя мама. И... у меня слегка приоткрылся рот. Всегда считала маму привлекательной, но сейчас... С идеальным макияжем и причёской, в сногсшибательно элегантном белом платье и серьгами под цвет глаз, она казалась отфотошопленной моделью журнала Vogue, а не реально существующим человеком. А рядом с ней вышагивал сияющий от гордости господин Ким. Не глядя по сторонам, будто остальных просто не существует, мама подошла ко мне и, ласково погладив по волосам, по-русски проронила:

— Идём, котёнок.

Так и не удостоив взглядом негодующе-удивлённо таращившихся на неё змееродительниц, повернулась к двери, галантно распахнутой господином Кимом.

— Прошу, ёбо, — улыбнулся тот.

— Госпожа Шин, Ын Чжу, — кивнула я Садако и её матери.

И мы, не оглядываясь, вошли в кабинет директора. Переступив через порог, я остановилась. За длинным прямоугольным столом уже расположилась главная змея с забинтованным, как после пластической операции, лицом и недобрым блеском в глазах. Рядом сидели её родители. Миниатюрная, неестественно худая женщина с непропорционально большой головой и довольно крупный мужчина с откровенно неприятным лицом даже не двинулись, когда появились мы. Зато директор Со подскочил со своего места.

— Господин Ким, госпожа Ким, Мисс Ким, — он учтиво поклонился. — Прошу, присаживайтесь. Господин Пак, госпожа Пак, Господин Юн, госпожа Юн...