Бесплатно: Мой сеульский синдром

Глава 26

— Котёнок, ты готова?

От зеркала, в котором рассматривала своё отражение, я перевела взгляд на возникшую на пороге маму. Та улыбнулась и, подойдя ко мне, ласково пригладила волосы, спускавшиеся на плечи идеальными волнами.

— Просто куколка!

— Да уж... — буркнула я. — Скажи ещё «пупсик», как говорит дядя!

— Нет, куколка, — с улыбкой возразила мама. — Очень хорошенькая, с зелёными глазками.

Я только фыркнула. Ради дорогих гостей, вот-вот готовых переступить порог дома отчима, меня нарядили в лёгкое платье фисташкового цвета с открытыми плечами и многослойной юбкой с асимметричным кроем. Платье куплено специально для этого случая, супер дорогое, супер элегантное, супер женственное... но чувствовала я себя в нём, как Барби на сафари по диким пампасам.

— Тебе очень идёт, — снова улыбнулась мама. — Если этот Хван Хён Су в тебя ещё не влюблён, сейчас точно влюбится!

— Вот радость! — съязвила я, и мама рассмеялась.

— Ты ведь говорила, он приятный в общении!

— Ёбо! Аэ Ри! — послышался голос господина Кима.

— Идём! — откликнулась мама и посмотрела на меня. — Ну что, готова?

— А есть выбор? — вздохнула я.

Ночью я почти не спала — никак не могла уснуть из-за разговора с Гён Хи. А с приближением вечера у меня совсем начали сдавать нервы, хотя логического объяснения я этому не находила. Ну, познакомлюсь с дядей Хён Су. Ну, посижу за столом навытяжку и в дурацком платье... В принципе, ничего с чем нельзя справиться. Но почему-то, спускаясь в зал, я чувствовала, как у меня дрожат колени. Что за...

— Какие две красавицы! — восхищённый возглас господина Кима прервал мой мысленный нервный монолог. — Кажется, я ослеп!

— Как жаль! — выпустив мою руку, мама подошла к отчиму и поправила его галстук. — Для чего мы тогда старались?

В платье цвета слоновой кости она действительно выглядела ослепительно. Глаза господина Кима буквально излучали сияние, останавливаясь на ней, и я постаралась взять себя в руки. Ради мамы и отчима сделаю вид, что вечер доставляет мне удовольствие.

— Аэ Ри, — оторвавшись от мамы, господин Ким шагнул ко мне и вытащил из кармана пиджака маленькую коробочку. — Это для тебя. Думаю, подойдёт к твоему наряду.

В коробочке на тёмном бархате, словно капли росы, собранные на паутинку, поблёскивали изящные серьги. Я очень естественно улыбнулась.

— Спасибо, сэ-абоджи. Они потрясающе красивые.

Отчим тоже довольно улыбнулся, а мама начала тотчас вдевать их мне в уши. И только успела отдать опустевшую коробочку горничной, за дверью послышался гул приближающегося автомобиля, хлопанье дверцами, звук шагов... Горничная открыла дверь и, посторонившись, вежливо поклонилась. Семейство председателя SANGA Group прибыло. Замерев в полупоклоне с опущенными глазами, как учил отчим, я слышала шаги нескольких пар ног. Не многовато их? Я-то думала, придут только председатель и Хён Су...

— Господин председатель, — голос отчима. — Добро пожаловать. Позвольте представить вам мою жену...

Голос мамы, произносящий вежливое «Eoseo osipsio»[1].

— ...и дочь, Ким Аэ Ри.

Я подняла глаза... и обратилась в харубанга. Забыла поклониться, забыла, что должна была сказать, забыла даже дышать... Напротив стоял среднего роста кореец аскетического вида, немного старше господина Кима. Слева от него — разодетая девица, а справа — две пары не отрывающихся от меня глаз...

— Котёнок, — шёпот мамы по-русски, и я отмерла.

Выдавив улыбку, вежливо поклонилась и произнесла неизменное в таких случаях:

— Eoseo osipsio.

— Очень приятно, благодарю за приём, — милостиво улыбнулся председатель. — А это — моя невеста Сон Чже И, мой племянник Хван Хён Су и мой сын Ли Тхэ Ён.

Поклоны, улыбки, приглашение отчима пройти к столу... Я двигалась, как робот, не чувствуя под ногами пола. Элегантный Хён Су в чёрном костюме и белоснежной рубашке, не сводящий с меня взгляда раненого животного, взирающего на безжалостного охотника. И... «бро» весь в чёрном, не менее элегантный, чем Хён Су, со змеящейся на губах усмешкой и взглядом охотника на истекающую кровью дичь... Значит, он истинный наследник SANGA Group?! Председатель — его отец, а Хён Су — двоюродный брат... И всё это время...

— ...вместе с моим племянником, — словно прорвав вакуумную подушку, обрывок произнесённой председателем фразы достиг моего сознания.

Мы уже за столом, а в чувство меня привело лёгкое прикосновение маминой ладони к моей. Вздрогнув, вскинула на неё глаза. На лице мамы — неприкрытое беспокойство. Я невольно глянула на сидевшего напротив «бро»...

— Мы не подозревали, что тот самый Тхэ Ён, с которым Аэ Ри проводит столько времени, на самом деле ваш сын, — проговорил отчим. — Через неё не раз приглашали его зайти к нам, но он всегда отказывался.

— Хотел быть представленным официально, моим отцом, — с вежливой улыбкой проронил Тхэ Ён.

И мне захотелось снова уложить его хуком... Сейчас он не похож ни на двинутого психопата, ни на придурковатого «изгоя», ни на беспечного «бро», резвившегося со мной в набегающих на берег морских «барашках». Эта новая маска — безукоризненно воспитанный молодой чеболь. Сколько же обличий у этого Ньярлатотепа[2]?!