Беспомощная ведьма

Глава 6

Схватившись за бок, Эли остановилась. Зельем тело не обманешь: поступив в школу, она совсем перестала тренироваться, и мышцы были не в лучшей форме. Повезло, что не получила растяжения.

Густая трава, пришедшая на смену торчащим из земли корням, весело покачивалась на ветру, толкая Эли из стороны в сторону. С порывом ветра Эли сильно пихнули вперед, и ей пришлось идти дальше.

Мысли её при этом бежали сами по себе, то впереди, то позади: то она представляла, что скажет Тиль, когда она всё исправит и вернется в школу героем, то винила себя во всём происходящем. Ведь только она знала заранее, к чему может привести проблема с магией. Было наивно считать, что только ведьмы древности думали о закрытии врат. Судя по Советникам, они тоже давно размышляли об этом. И, вероятно, давно планировали. А она профукала целый год, задирая нос перед Зелдой и Тилем и доказывая всем, какая она крутая ведьма.

Неподалеку раздался рёв. Эли осторожно пошла на звук и обнаружила под ветвистым старым деревом игольчатого слизня размером с большую собаку. Круглые пятна, расположенные в ряд на его боках, тревожно мерцали красным. Его засасывало в траву, как в болото. Присмотревшись, Эли различила границу этой «травы» и поняла, что это лишь имитация зелени, а на самом деле — часть кого-то или чего-то желеобразного, живущего под землёй.

Слизень вдруг раздулся и побагровел, а пятна на его теле стали пунцовыми. Эли немедленно прыгнула в сторону, спрятавшись за замшелый валун. Из тела слизня со свистом вырвались длинные иглы и вонзились в деревья и землю неподалеку. В местах, куда они попали, из игл, как из трубочек, вытекли икринки — при смерти игольчатый слизень оставлял потомство, лишаясь защитной брони. Эли чуть не вывернуло наизнанку от мысли, что было бы, если бы она не успела спрятаться.

С бульканьем слизень скрылся в траве.

Эли давно нужен был отдых, и она решила остановиться прямо здесь. Она подобралась с другой стороны к дереву, растущему около желеобразного существа, и ловко залезла на высокие ветви. Сюда к ней никто не подкрадется.

Эли удобно устроилась, но на случай, если заснет, достала веревку и обвязала себя. Она вслушивалась в лесные шорохи и думала о том, что эта ночь тянулась медленно, будто смола или слизь улитки, жирными каплями свисающая над котлом. Она вспомнила, как ей помогал на зельеварении Тиль, а она зачарованно следила за движением его рук и внимательным выражением лица. Постепенно Эли расслабилась, тело стало словно каменным, перестав её слушаться. На неё навалился сон.

Ей снилось, что она лежит в саду возле дома тёти. В лучах солнца, пробивающихся сквозь туман, порхала бабочка. Эли привстала и протянула руку. Бабочка покружилась вокруг, а потом села ей на ладонь и сложила крылья. Эли прижалась к ним носом, разглядывая нежный бархат ярко-голубого цвета. Вдруг крылья оторвались, и их унесло ветром в туман. Эли снова взглянула на ладонь и обнаружила на ней бескрылого слизняка. Он был багровым, с пятнами на боках. Эли хотела отбросить его, но, присмотревшись, поняла, что это был Смысл. Он свернулся змейкой, мерцая ровным голубым цветом. Эли знала, что это и есть магия, и перед ней — какая-то безумно важная её часть. Фокус сместился и теперь Эли наблюдала за происходящим будто со стороны. Оказывается, Смысл держала не она, а Герда. Та самая Герда из легенд, которая привела ведьм в Источник, а потом пожертвовала собой ради их спасения. Она что-то ласково напевала, чертя на земле пентаграмму. Волшебная змейка зачарованно слушала, покачиваясь в такт. Герда положила её в центр начертанной звезды и придавила ладонью, чтоб та не вырвалась.

Герда медленно зачитала заклинание. Эли заплакала, смотря, как изворачивается перепуганная змейка. «Отпусти, отпусти её», — шептала Эли. Но хватка Герды стала только сильнее, и тогда змейка засветилась голубым цветом так ярко, что скрыла собой всё. Когда свет померк, Герда, а вместе с ней и Эли, оказались в лесу. Герда не отпустила Смысл и продолжила читать заклинание. Он закричал.

И Эли резко проснулась от крика. Снизу раздавалось громкое карканье и шумное барахтанье. Неужели ведьма?!

Эли подскочила, а потом свесилась вниз и обомлела.

— Дар? Тиль? — она проморгалась, не веря глазам.

Её друзья по пояс увязли в траве.

— Эли?! Эли!!! — закричал Мрак с головы барахтающегося Дара.

Эли различила лишь его горящие красным глаза. Она быстрыми движениями развязала себя.

— Дар! Лови веревку!

Как только Дар поймал один конец, второй она обмотала вокруг ствола. Она завязала узел и ухватилась за конец веревки покрепче.

— Лезьте! Я удержу!

Дар пересадил Мрака на плечи Тиля.

— Давай, ты первый, я подтолкну.

Себастиан громко каркнул, поторапливая.

Тиль попытался подтянуться, но лишь едва приподнялся. Зеленое чудище чавкая затягивало его вниз.

— Ты сможешь! — покричала Эли.

Веревка заскрипела под тяжестью, стирая кору со ствола. Эли испугалась, как бы сейчас ветви не взбунтовались и не сбросили их всех вниз, но дерево, как показалось Эли, даже немного наклонилось назад, помогая ребятам.

И мальчишки смогли выбраться из тягучей жижи. Дар подталкивал Тиля снизу. Когда Тиль, хрипя и шумно дыша, взобрался на ветвь, Эли еще раз проверила узел и бросилась к Дару, чтоб протянуть ему руку.

Дар был такой бледный, что в темноте казался белым, как простынь. Он висел, покачиваясь из стороны в сторону, уставший и лишенный сил. По глухим звукам частых взмахов крыльев Эли поняла, что Себастиан беспокойно кружит вокруг веревки.

Эли, взявшись за ветвь, свесилась вниз, но ей не хватило совсем чуть-чуть, чтоб дотянуться до него. Она вся напряглась и вытянулась, но лишь кончиками пальцев коснулась его руки.

— Всё хорошо, я передохну и подтянусь, — ответил запыхавшийся Дар.

Пот ручьями стекал по лицу, отражая лунный свет.

Раздался треск, будто старое дерево готовилось сломаться пополам. Ветвь, на которой висела Эли, опустилась ниже. Эли тут же подхватила Дара и вытянула наверх.