Беспощадная любовь

22

Утром за завтраком Ромка выглядел совершенно больным и несчастным.

Не только я, но и тетя Нина отметила его нездоровую бледность и легкий мандраж. Она пощупала лоб и даже предложила остаться дома, но он стоически отказался и поплелся на учебу как на казнь.

Только в подъезде еще раз попросил меня:

– Может, не надо?

– Тебе хочется платить им постоянно?

Он мотнул головой.

– Значит, надо положить этому конец.

Из дома мы вышли вместе, но почти сразу Ромка отстал и где-то потерялся. Конечно же, специально.

Не успела я зайти в школу, как сразу же увидела Морозова с его гопниковской компашкой. Они расположились у большого окна возле гардеробной.

В трех шагах от них перед зеркалом крутилась Сорока с подружками. Жеманно хихикала, болтала, поправляла то юбку, то прическу, но на самом деле глаз не сводила с Морозова. А он на нее не обращал никакого внимания.

Мерзкий Мутный сидел, задрав ноги и поставив грязные кроссовки прямо на подоконник. Фу, свин.

Заметив меня, он сразу оживился. Физиономия его так и расплылась в пакостной ухмылке. Он показал на меня пальцем и что-то сказал остальным. Что – я не услышала, слишком шумно было кругом. Но вся компания тут же посмотрела на меня, в том числе и Морозов. Только они все – с любопытством, а он – с мрачным раздражением. Затем тоже что-то коротко бросил Мутному, который уже снялся с подоконника и подался было в мою сторону, но после его слов нехотя вернулся и уселся обратно.

Я прошествовала мимо них к окошку, где толпился народ. Бабуля-гардеробщица явно не справлялась с наплывом учеников, которые всё прибывали и прибывали. Некоторые, те, что понаглее, расталкивали других локтями и лезли вперед без очереди.

Я поймала за шкирку одного такого шустрого пацаненка и всучила ему свою куртку.

– На вот, сдай и мою заодно.

Через полминуты он выбрался из толпы, весь расхристанный, и отдал мне номерок. Я поблагодарила пацаненка и хотела пойти в класс, но приостановилась.

Собственно, чего тянуть? Вся компашка подонков-вымогателей в сборе, вон сидят. Так что лучше покончить с этим делом сразу. Отдам им полторы тысячи и скажу, чтобы больше не смели лезть к Ромке.

Правда с собой у меня имелось только две тысячных купюры. Чудо, что и они оказались в сумке – наличкой я почти не пользуюсь. И разменять было негде. Ну да ладно, не обеднею.

Я достала деньги и решительно направилась к ним. Они как раз что-то оживленно обсуждали, и когда я подошла – все разом замолкли, глядя на меня с недоумением. Некоторых из них я видела впервые – вероятно, они из 11 «Б». Но интуиция мне подсказывала, что заправляет у них Морозов. Хотя при чем тут интуиция? Это просто было видно по тому, как он держался сам и как его дружки к нему обращались. Да и Мутного он осаживал.

Так что и Ромкин «должок» я отдам ему, хоть он и настоятельно просил к нему не приближаться. Ничего, потерпит.

Морозов тоже повернулся ко мне. Тотчас одарил жгучим взглядом. Даже не так – он как будто решил испепелить меня на месте. Я бы, может, и дрогнула, если бы меня их вымогательство не выбесило до глубины души. А сейчас я не только запросто выдержала его взгляд, но и сама на него смотрела примерно так же.

– Значит так, – отчеканила я, подойдя практически вплотную и глядя ему прямо в глаза. Морозов меня намного выше, но он сидел, и наши лица были на одном уровне. – Я в курсе, что вы высосали из пальца какой-то надуманный долг и теперь трясете деньги с моего брата. Полторы вы у него просили? Вот вам две…

Я швырнула обе купюры ему на колени, стараясь сделать это с максимальным презрением.

– И предупреждаю: если еще раз к нему полезете, то об этом узнают все. От директрисы до ментов. Чем это чревато, надеюсь, понимаете сами, не маленькие.

Я отступила на шаг и все-таки добавила, не удержалась:

– А сдачу оставьте себе, нищеброды-попрошайки.

А вот теперь я слегка дрогнула в душе, увидев, какой взрыв эмоций в один миг промелькнул в лице Морозова. От недоумения до страшной ярости. Его буквально исказило. В глаза вообще лучше было не смотреть. Казалось, вот-вот его прорвет, и он устроит мне армагеддон.

Но ждать этого я не стала. Развернулась и пошла прочь. К тому же через пару минут должен был начаться урок.

– А кто ее брат? – услышала я за спиной чей-то удивленный голос...