Беспощадная любовь

34

Максим

Я решил не обращать внимания. Она, конечно, нарывается. Прижать бы ей хвост. Но, опять же, что я ей могу сделать? Скандалить с девкой – ну это вообще дно. Руки распустить – так и вовсе последнее дело. Пусть себе орет, дура.

Однако эта ненормальная увязалась следом. В конце концов я не выдержал, схватил ее и… сам растерялся. Стою в темноте, слышу ее учащенное дыхание и не знаю, что делать дальше. Только сердце горячо бухает.

Она замолкла лишь на пару секунд, а потом снова из нее полилось. Совсем у нее нет инстинкта самосохранения, что ли? Или думает, раз теперь с Головиным, то всё можно?

С психу я долбанул по забору рядом с ее головой, и только тогда она заткнулась. А затем еще и Боренька нарисовался. За ней притащился. Вроде и хорошо, что увел ее, а то я себя сдерживал с большим трудом. Но почему-то и без того поганое настроение стало и вовсе хуже некуда.

Злой до предела я поднялся домой. Сосед, на свое счастье, сегодня помалкивал. Но у меня все равно весь сон как рукой сняло после стычки с ней. В груди кипело, и эта ярость требовала выхода.

Поколебавшись немного, я все-таки позвонил Мутному. Тот примчался минут через десять, и мы поехали в «Ласточку» выручать пацанов. Хотя, подозреваю, с ним там уже покуражились по полной программе.

Эти идиоты, конечно, сами виноваты. Какого черта прицепились к малолетке? И я бы пальцем не пошевельнул, если бы им там разборки устраивал кто-то другой, а не Головин с его дуболомом Пашей.

Сам Паша – это меньшее зло. Просто тупая гора мышц. А вот Головин… мразь каких поискать.

Я всегда считал его гадёнышем. Мелким живодером, который из любопытства мучает животных.

Еще в началке Мутный с Костяном застали его и Булатова за этим делом на какой-то заброшке. Эти два урода издевались над бедной кошкой. Я этого не видел, но мне и их рассказа хватило.

Тогда Головин предложил Мутному свой айфон последней модели, чтобы тот помалкивал, и Костяну тоже что-то пообещал. Приставку, вроде, свою отдать. Эти придурки, конечно, купились.

А Головин на следующее утро пришел к нашей директрисе и поведал, что это Мутовин с Калугиным истязали животное, а когда они с Русланом Булатовым случайно их обнаружили и попытались им помешать, то эти двое их побили и отобрали телефон.

Разумеется, директриса версию пацанов даже слушать не стала. Головин ведь отличник, гордость школы, на доске почета висит. Ее даже не смутило, что руки были исцарапаны не у них, а у Булатова и Головина. Мутного и Костяна потом очень долго мурыжили. А Головина расхваливали и ставили всем в пример.

Его вообще учителя любили, кроме прежней англичанки. Елены Ивановны. Но это понятно, он ее изрядно помучил.

Оказывается, она крутила роман на стороне. Откуда об этом узнал Головин – я без понятия. Но он умудрился где-то их впалить и заснять на телефон, насколько я понял. А потом стал ее шантажировать.

Англичанка была замужем, и муж ее жестоко бил. Я это и от ба слышал, да и на уроки она как-то приходила в темных очках. Головин тоже это знал и долго грозил, что отправит видео ее мужу.

Самое тупое, что ему от нее ничего не надо было. Ни пятерок, ни каких-то поблажек. Она у него даже не вела, он на французский ходит. Ему просто доставляло удовольствие держать ее в страхе, нравилось смотреть, как она умоляет, как унижается.

Причем длилось это довольно долго. Она ведь никому не рассказывала. Я бы и сам ничего не узнал, если бы случайно не услышал их разговор. Я накануне пропустил английский, ездил на соревнования. А у меня и так с ним туго, еще и конец четверти, надо было наверстывать срочно – вот я и подошел к Елене Ивановне после уроков. И услышал, как из-за двери она всхлипывает и просит: «Пожалуйста, не надо! Я не смогу это сделать…». А затем голос Головина: «Ну же, Елена Ивановна, вы же знаете, что тогда будет…».

Я дернул ручку – дверь была заперта. Они затаились. Я снова дернул, потом вообще чуть дверь не выломал. В конце концов англичанка открыла, вся красная, заплаканная, впустила меня, а из кабинета вышел Головин с непроницаемой миной.

Я до сих пор не знаю, что именно он от нее требовал. Пытался его прижать, но Головин только ухмылялся. А после каникул Елена Ивановна в школу уже не вернулась. То есть она вообще уехала из города вместе с тем мужиком.

К слову, он отец этого малохольного Славко.

Получается, ее дядя?

Но после этого Головин, видать, вошел во вкус и нашел новую жертву. Из нашего класса. Варьку Рукавишникову. Повод высосан из пальца: Варька во время физры толкнула Веронику, она тоже из их компании.

Сначала Головин по приколу наплел ей, что она ему нравится, позвал с ними в клуб. Эта дурочка развесила уши. Нарядилась, накрасилась и понеслась на всех парусах.

В тот раз все обошлось. Хотя Варьку несколько раз ударили «для разминки» и здорово запугали. Но она – молодец. Сумела укусить Булатова и вырваться (они там в какой-то отдельной комнате сидели). Потом забежала в туалет, заперлась в кабинке и позвонила мне. Когда мы приехали с пацанами, ее уже опять уволокли в ту комнату, но, слава богу, еще ничего не успели сделать. Мы забрали Варьку, ну и потолковали с Головиным.

– Только попробуй еще тронь ее, – предупредил его я, впечатав его в стену.