Бесприданница для архимага

Глава 14

― Я поговорю с архимагом завтра, только ты будь рядом. Не представляю, как вообще завести такой разговор...

― Сейчас, Клэр! Не завтра! Я ждала восемь лет, – потребовала Амалия, светящиеся глаза вспыхнули ещё ярче.

― Ночью? Ты хочешь, чтобы я пошла к Де Брину, подняла его с постели и вот так, без подготовки заявила, что с ним хочет поговорить покойная невеста? Что он решит, по-твоему? По моему, подумает, что кочерга мне в голову угодила, и руку он зря лечил.

Я невольно потёрла место ушиба, а призрак смутился.

― Прости... Наверное, зря я так. Это всё от отчаяния, понимаешь?.. Я просто не знала, что делать, не могла видеть тебя рядом с моим любимым человеком... Это больно, Клэр. Передать не могу, как это больно.

― Догадываюсь. Но и кочергой, знаешь ли, тоже неприятно, – проворчала я, хватая халат. – Ладно, нет большой разницы, когда архимаг решит, что я спятила. Идём.

Амалия вдруг исчезла, врезавшись в стену, а когда вынырнула, улыбнулась.

― Сэлвин не спит, и он тоже в халате, так что всё хорошо.

― Ему-то что не спится в такое время?.. – с самым мрачным настроем, ожидая очередных проблем для себя, я вышла в коридор и постучала в соседнюю дверь.

Де Брин открыл быстро, и от удивления у него глаза округлились.

― Клэр? Что-то снова случилось? Вам нужна помощь? – маг смотрел встревоженно.

Я, мысленно проклиная свою отзывчивость, кивнула. Ну, вот я и на пороге сумасшедшего дома...

― Кое-что случилось, да. Мы можем поговорить внутри? Или в кабинете?

Мужчина выглянул в коридор, огляделся, убедился, что там никого нет, и вопросительно выгнул бровь.

― Думаете, стены могут помешать разговору?

― Я не посягаю на вашу добродетель, – припомнила ему вчерашнюю фразу. – Но разговор будет... сложным. Вероятно, вы будете кричать и ругаться. И тогда мы разбудим людей.

― Мне досталась на редкость загадочная жена, – с сарказмом хмыкнул маг и жестом пригласил меня войти. – Прошу. Действительно, рано или поздно вам придётся побывать в этой спальне. Почему бы и не сегодня?..

При этих словах один из магических кубов свалился на пол, словно его кто-то скинул в ярости. И я знала, кто... Амалия стояла у столика, стиснув кулаки, и зло смотрела на бывшего жениха, который озадаченно разглядывал улетевший в угол предмет.

― Вот... Об этом и пойдёт речь, – вздохнула я. – А ваша спальня мне совершенно не интересна.

― У вас снова какая-то жуть творится? – сразу подобрался маг.

― Строго говоря, она творится у вас. В замке. Уже восемь лет. И только вы один ничего не замечали, – Де Брин хотел возразить, но я не позволила. – Нет, послушайте, пожалуйста... Вы нашли злоумышленника сегодня? Хотя бы какие-то мысли появились?

― Нет, – неохотно ответил маг и предложил присесть в кресла у камина. – И это странно...

― Или логично, если учесть, что, как мне сказали, магия холода не способна взаимодействовать с миром духов и призраков.

― Сказали вам правильно, хотя интересно, с кем вы такие занимательные разговоры вели, – рассмеялся он. – Но призраки? Здесь? Клэр, я понимаю, что вы напуганы, ищете ответы, но...

― И откуда вы знаете, что их тут нет? А я уверена, что есть. И именно этот призрак устраивал мне неприятности. Да и ваше зеркало и куб – его, вернее, её рук дело.

― Её?.. – Де Брин рассмеялся, а потом напрягся, пробормотав: – Восемь лет... Призрак...

Амалия засияла ярче, в глазах застыло предвкушение, но, увы. Красивое лицо мужчины стало холодным и злым.

― Уходи! – прикрикнул он на меня, указав на дверь. – Решила покопаться в моём прошлом? Влезть в душу? Я понял, куда ты клонишь, но не смей даже упоминать её имя! Не смей осквернять его своими грязными интригами!

Он схватил меня за руку и поволок к выходу.

― Скажи ему о ледяном цветке! – подсказала покойная невеста. – Он подарил мне его на балконе при свете луны!

― Ледяной цветок! – выкрикнула я, пытаясь вырваться, хотя Де Брин уже открыл дверь, чтобы меня выставить. – Ты подарил его Амалии на балконе! Светила луна! – я оглянулась на девушку: – Помогай! Ты же хотела поговорить! Скажи ему что-то, известное лишь вам двоим!

Маг оттолкнул меня, кривя губы в ярости, но в глазах полыхала жуткая смесь боли, злости и недоверия.

― Конная прогулка на юг от замка, – я смотрела то на призрака, то на мага, и повторяла слова Амалии. – Вы играли в снежки, она споткнулась, и ты свалился рядом в сугроб, а потом впервые поцеловал её. Ты сказал... что с такой тёплой улыбкой она просто не может носить в себе магию холода... Ты перекатился на спину, потянул Амалию, чтобы она оказалась сверху и не замёрзла. Тогда она сказала, что согласна провести с тобой всю жизнь в этих снегах. Ты ждал её ответа, потому что утром сделал предложение, написал его инеем на столе...

Я пересказывала чужую историю любви, и сердце медленно леденело. Мне уже не было неловко, как в первые секунды, осталась только печаль и бесконечное одиночество. Я видела окаменевшее, бледное лицо Де Брина, и понимала, что лишняя тут, а уйти было нельзя.