Бесприданница. Изумрудный бизнес попаданки

Глава 1.2.

За два месяца до этого…

– На кого ж ты нас бросаешь, Лизавет Петровна, – гулким шмелиным басом гудел мне на ухо начальник восьмой части, – пропадем ведь без тебя с этой вертихвосткой!

– Ничего, еще научится, – поторопилась я утешить расстроенного подполковника, – все мы когда-то были молодыми специалистами.

Даже по широкому плечу его погладила, как маленького; хорошо хоть, что оба сидели, иначе бы не достала. Офицеры у нас, как на подбор, – высоченные, крепкие, а я чуть побольше метра с кепкой ростом вытянулась.

Всего на полкепочки.

Пока была молодой и стройной, выглядело это изящно, потом сидячая работа и возраст прибавили килограммов. И сейчас я выглядела не хрупкой статуэточкой, а бойким круглым шариком на ножках.

– Да нечему там учиться, – поддержал горький «плач» коллеги зам по кадрам, – видел я ее: юбчонка с мой ремень шириной, губки уточкой, мозги – дудочкой. На все вопросы только нарощенными ресницами хлопает. Разве ж сравнить ее с тобой, Петровна?

Я тоже видела свою будущую замену и скажу честно, ни знаниями, ни сообразительностью она меня не порадовала. Но заранее ронять репутацию будущего главного бухгалтера не хотела, поэтому своим мнением с окружающими делиться не спешила.

– Подвела ты нас, на горячем посту бросила, – еще один голос присоединился к общему хору сожалений. Празднование моего выхода на пенсию все больше напоминало торжественное прощание.

Даже как-то неуютно сделалось: о живых так много хорошего не говорят обычно.

– Не бросаю, а выполняю распоряжение нашего заботливого руководства, – улыбнулась шутливо, хотя у самой тоже кошки на душе скребли, – оно решило, что пора мне отдохнуть от вас, бездельников!

Сослуживцы, почувствовав мое настроение, начали наперебой поднимать тосты за счастливое превращение лучшего бухгалтера всей пожарной службы в ленивого тюленчика. Я, как могла, поддерживала их, изображая радость и удовольствие, но ничего подобного в душе не чувствовала.

С удовольствием бы еще поработала, но… дамы пенсионного возраста ценятся только в среде профессоров. А может и нет, только со стороны так кажется. Начальству нужны молодые, бойкие, «продвинутые», креативные.

Хотя какой креатив можно применить в бухгалтерии?

Да и я была совсем не так проста, как кажется, глядя на мой возраст. Целевое финансирование – вечная беда всех бюджетников. Если выделили деньги на покраску забора, а детские пособия задержали на неопределенное время, только попробуй хоть копейку из покрасочных средств на другие нужды выделить.

Подсудное дело!

А дети каждый день кушать хотят, невзирая на бюрократические сложности. У пожарников и так зарплаты невысокие, не в пример риску для жизни.

Нет, я могла, конечно, просто механически разносить бюджет по нужным линеечкам, ничего не придумывая, да совесть не позволяла. Вот и старалась, крутилась, пытаясь и закон не нарушить, и людей без денег не оставить. Не зря мне наш начальник постоянно твердил в восхищении:

– Какой в тебе финансовый талант пропадает, Лизавет Петровна, через пару лет бы уже с золотых тарелок бриллиантовой вилочкой устриц кушала!

А я всю жизнь проработала бухгалтером в пожарной части.

И вот теперь… почти выгнали.

Уже вечером, дома, готовясь ко сну, я задумалась: что же дальше делать? С супругом давно разошлись, ушел к модой. Дочь с мужем и внуками живет в другом городе, видимся мы не часто. Зять у меня хороший, но считает, что теща не должна надоедать своими визитами.

Вот я и не лезу, не приезжаю, лишь бы дочка была счастлива.

Ни особых талантов, ни увлечений у меня нет. И еще на них нужны деньги, а на пенсию не разгуляешься. Впереди маячила беспросветная скука, разбавляемая телевизором.

Жаль, что судьба – не финансовый отчет: нельзя ни новые графы внести, ни ошибки исправить. Наверное, сейчас я попыталась бы прожить все эти годы совсем иначе, – более ярко и интересно. Найти настоящую любовь, настоящее призвание, чтобы не остаться в шестьдесят лет на обочине.

Одинокой и никому не нужной, не знающей, чем заполнить внезапную пустоту в душе и жизни.

С этой печальной мыслью я и заснула.

А проснулась уже… в прошлом..