Бесприданница. Изумрудный бизнес попаданки

Глава 8.4.

– Давайте я вам еды принесу, – предложила я, как-то даже для себя неожиданно, – и спички, ночью в лесу холодно. Не волнуйтесь, не выдам, честное слово!

Волноваться, конечно же, стоило совсем не человеку с ножом, который в любой момент мог мне горло перерезать или, как обещал, попросту шею свернуть. Просто не сообразила, как сказать поубедительней.

Может кто-нибудь в такой ситуации постарался бы отбиться, но я никаких специальных приемов не знала, всю жизнь просидела с актами сверки и ведомостями. И совсем не была уверена, что смогу с вооруженным преступником справиться. А вот в обратном как раз не сомневалась.

Рискнула все-таки посмотреть на каторжанина, оценить, как на него мое внезапное предложение подействовало. Взгляд сначала зацепился за простую холщовую куртку – явно с другого снятую. В плечах узко, длинные, не по росту рукава закатаны.

Нож в руке мужчины проскочила не останавливаясь: боялась снова попасть под гипнотическое внушение. Хотя он так в глаза и бросался, блестел, притягивая.

Лицо у напавшего на меня было… своеобразное. Широкое, плоское, неподвижное, без всякого выражения. Как у древнего каменного истукана, грубовато, резкими косыми штрихами из булыжника высеченного. И узенькие щели-бойницы глаз, сквозь которые не разобрать, какие чувства во взгляде прячутся.

– Добренькая очень, пожалела меня?

– Нет, – я отрицательно замотала головой. Знала откуда-то, что врать этому опасному человеку не стоило, – выкупаю наши жизни за самую разумную цену.

От понимания, что никуда он меня не отпустит, а просто убьет здесь по-тихому, было ужасно обидно. И страшно до невозможности. Но все равно попробовать стоило. Вот и попыталась соблазнить тем, что беглецу прямо сейчас могло понадобиться. Переключить беседу с предполагаемого грабежа на мирную дележку.

Вместо ответа мой собеседник выдернул из-за пазухи нечто еще более, чем он сам непонятное.

Не поддающееся опознанию.

Замызганную бечевку, к которой были привязанынесколько перышек, пожелтевшие тоненькие косточки, бусины и маленькие медные фигурки. В самом центре болтался крупный камень с дыркой посредине, мы такие в детстве «куриный бог» называли. Только те были обычной галькой, а этот черный, яркий, поблескивающий на солнце.

Думала, опять меня гипнотизировать будет, даже глаза заранее зажмурила. А мужчина поводил своим самодельным ожерельем у меня над головой, похмыкал с удивлением, забубнил ритмичный речитатив и принялся меня обходить по кругу.

Один раз, второй, третий….

Больше всего это напоминало шаманские ритуалы, я такое в передаче про путешествия видела. Но откуда шаманам в России взяться? Додумать не успела, да и какая разница: главное, не убивает пока, уже надо радоваться..

– Деньжат тогда прихвати, раз вторую жизнь себе покупаешь! – оборвал свой мерный полунапев каторжник, – и не вздумай обмануть, пожалеешь!

Второе приглашение мне не понадобилось. Подхватила юбку и понеслась к стоянке так, как от медведя не бегала. И, наверное, этот странный мужчина на меня все-таки воздействовал, потому что подбежав к своим спутникам даже не подумала звать н помощь или требовать немедленно трогаться.

Никита с возчиком продолжали возиться с вещами, – у одного из дорожных сундуков покосилась крышка. Лушка сунулась было ко мне, но я отмахнулась, – некогда! Быстро побросала в мешок припасы, спички, злополучный горшочек с медом, высыпала в носовой платок немного денег, завязала узлом и туда же отправила.

И все обратно в лес потащила.

Вот зачем, спрашивается?

То ли ожерелье каторжника с заговорами совсем мозги затуманило, то ли честность не вовремя проснулась, – я же слово дала. Хорошо хоть хватило ума к самому роднику не идти: оставила мешок неподалеку, крикнула , обозначая место, и скорей назад повернула.

– У семи братьев свидимся, – донеслось в спину негромкое. С такой незыблемой уверенностью, что я аж плечами от набежавших мурашек передернула.

Нет уж, чур меня! Надеюсь, не сбудется, – и одной такой встречи достаточно!