Бессердечный

VII

С вечера новоселья прошла уже целая неделя, и все это время Кавалли отдавали ответные визиты всем своим гостям, как того требовали приличия. До того насыщенная выдалась неделя, ведь в один день Агата с дочерью посещали два или три дома. Все их встречали радушно, как старых добрых друзей. Когда все ответные визиты были отданы, настала очередь Глена Леви. Агата уже не могла дождаться, когда же она своим глазами увидит его роскошный особняк, в то время как Анна совсем не разделяла ее энтузиазма. Каких отговорок она только не придумала за это время, но Агата все пресекала на корню: «Так положено, он посетил нас, а в ответ мы должны отдать ему визит. Не вредничай. Что он о нас подумает?». Анна не была уверена, что Леви вообще о них думал, но переубедить старшую Кавалли у нее не получилось. Агата отправила Глену письмо с просьбой написать время и день, когда ему удобно будет принять ее с дочерью у себя. В тот же день ей пришел вежливый ответ: он будет рад принять их завтра в 12 часов дня. Агата бегом помчалась выбирать наряд, в то время как ее дочь, узнав «хорошие» новости, не знала, куда себя день от безнадеги. Ладно терпеть этого грубияна на своей территории, но находится в его логове, где ты собственно не имеешь никакой власти, довольно неуютно. Черт бы побрал эти общественные порядки! Анна сокрушалась весь день, всю ночь и все утро, но ничего не поделаешь. Единственное, что успокаивало девушку, так это то, после этого она Глена Леви больше не увидит. Им просто негде будет пересечься, так как они из разных кругов. Все, это лишь случайность, не более. Утешала она себя так, даже уже сидя в карете. На ней было светло-зеленое муслиновое платье, с кружевными рукавами и подолом. Волосы уложены в высокую прическу со спадающими локонами. Ее мать была одета в темно-зеленое платье из тафты, а ее черные волосы прикрывала маленькая шляпка. Вместе чета Кавалли смотрелись очень гармонично. Вскоре их экипаж остановился у подъездной дорожки восьмого особняка. Их встретил кучер Леви, показал, где оставить карету, и провел Агату и Анну до дверей. Девушка оглядела особняк, она его уже видела и помнила впечатление, которое он произвел в первый раз. Несмотря на роскошь и архитектурный размах, он выглядел угрюмо и пустынно. Он больше походил на декорацию, нежели на жилой дом. Дом, в который не хочется возвращаться. Дом, который не ощущается домом. От него не исходит ни тепла, ни уюта, ничего. Анну передернуло. «Как будто дом самого черта».

Едва она под руку с матерью переступила порог, их уже встречали Руфина и Фонита. Анна переводила взгляд с одной на другую, немного растерявшись. Потом она поняла, что это всего лишь сестры-близнецы, а не какая-то дьявольская шутка. Из гостиной на встречу им выходил Леви. Одетый безупречно, как и в прошлые встречи. Без единой складки брюки, хоть он до этого и сидел на диване, белоснежная рубашка с распахнутым воротником, Глен никогда не застегивал две верхние пуговицы, темная жилетка поверх рубашки, галстук с брошью, украшенной красными камнями, рубинами, надо полагать, ну и, конечно же, уложенные темные волосы с немного выбивающимися прядями. Анна нехотя на него загляделась. Прямая спина, легкие движения, свойственные мужчинам аристократам, приятная дружелюбная улыбка.

– Вы прибыли как раз вовремя! Здравствуйте, Агата, Анна, – поприветствовал гостей Глен, кивнув по очереди каждой. Девушка, будто бы очнувшись, поздоровалась в ответ, надеясь, что она смотрела на Леви с закрытым ртом.

– Здравствуйте, Глен! Спасибо, что нашли для нас время и приняли нас сегодня.

– Ну что вы, Агата! Я рад принимать вас у себя, кроме того гости у меня бывают редко. Пройдемте в столовую, вы, наверное, еще не обедали, – Глен указал им рукой, призывая следовать за ним.

– Да нам с дочерью не хочется вас утруждать. Мы же пришли просто отдать визит, а не на званый обед, – начала отмахиваться руками Агата. Хотя в ее глазах сверкало желание узнать, чем же владельцы таких хоромов кормят своих гостей. Глен прочитал в ее взгляде это желание.

– Но уже все готово, неужели вы хотите пренебречь стараниями моих служанок, которые так трудились над сегодняшним обедом. Я уверен, их это очень расстроит.

Стоящей неподалеку Руфине едва удалось подавить приступ смеха. Фонита дернула ее за рукав, но и ей показались поведение и слова хозяина странными. Сколько раз ему приходили письма с просьбой ответного визита, почему же он дал свое согласие именно на визит этих Кавалли? Вот уж действительно странно.

– Ох, ну раз вы настаиваете, – Агата прошла за Гленом. Анна чуть отставала, оглядывая внутреннее убранство особняка. Высокие колонны, золотые резные украшения на их верхушках и потолке, белый потолок с гравюрами неизвестного ей сюжета, красные ковры на лестнице. Снова изобилие, роскошь, великолепие и пустота. Как будто в музее. Все здесь выглядело искусственно. «Как вообще можно здесь жить?» – думала Анна, проходя под аркой. Через гостиную они попали в небольшой коридор, а из него, свернув на право, оказались в просторной столовой. В центре стоял большой стол персон так на двенадцать. Пропустив дам вперед, Глен Леви каждой отодвинул стул, помогая сесть. Агата на такой жест широко улыбнулась, выражая безмерную признательность и благодарность, а Анна лишь едва растянула губы в скромной улыбке. Пока Агата и Глен перебрасывались светскими любезностями, девушка оглядела стол. Фарфоровая дорогая посуда, серебряные приборы, хрустальные бокалы. Рядом с каждым стояло три тарелки. На первое суп из индейки, на второе какая-то рыба, Анна не разобрала, или гуляш с говядиной, на выбор. А также рядом стояла тарелка с тушеными овощами. А в центре стола стояли графины с красным и белым вином.

– Ваши служанки постарались на славу! – заметила Агата.